Белые пятна новой реальности — Предприниматель и Республика. Часть 1 Предприниматель

Рабочие названия — Российский Манифест и План создания предпринимательской республики

Предпринимательская республика — опыт будущего Золотого Века без войн и революций, новая экономическая стратегия и политическая повестка дня

Предприниматели построили мост город Шарья

Предприниматели города Шарья спасают убитую чиновниками экономику

Сбой кода эволюционного развития

Граждан России и других стран, более всех пострадавших в 20 веке, остро занимает вопрос: когда, в какой момент человеческая цивилизация совершила трагический поворот – прямо в звериную пасть Ленина, Сталина, Гитлера и прочих человеколюбивых людоедов. Это тем более актуально, что многим до сих пор не удалось выбраться из этой беды, а немногих счастливчиков не оставляет чувство опасности и страха.
Считается, что Россия в 1917 году изменила ход истории 20 века. Но нельзя исключать, что и без Октябрьской революции мир выглядел бы сегодня, через сто лет, точно так же. Потому что судьбоносный перелом в мировой и российской истории случился раньше, еще до 1917 года, во время Первой мировой или Великой войны. Не случайно первую в истории человечества мировую войну называют главной причиной Февральской и Октябрьской революций, изменивших ход мировой истории, но при этом причину массового озверения людей, тотального уничтожения не только армий, но и мирного населения в ходе Первой мировой войны, первой «войны всех против всех» до сих пор невозможно считать проясненной. Нельзя считать убедительными «объяснения» историков, которые сводятся к парадоксу: «никто не хотел воевать, поэтому все друг друга перебили».

Именно в конце 19-го — начале 20-го века не только Россия, но и все страны мира оказались в эволюционном тупике. Именно перед Первой мировой были заложены причины будущих массовых войн, кровавых революций, геноцидов, а также экономических катастроф — от Великой Депрессии в США и Европе до нынешнего глобального кризиса.
Причин, которые в 20 веке завели самые передовые страны и самых просвещенных разумных людей в тупик, две – это непонимание содержания профессии Предпринимателя и непонимание законов многовекового устройства и ежедневного функционирования Республики. Этот тупик — мировоззренческий.

Строго говоря, больше человеку и не обязательно понимать еще что-то, кроме этих двух вещей: откуда берется и для чего предназначено богатство и каким образом устроено разумное общество. Удивляться стоит не тому, что произошло в 20 веке, а тому, что мы до сих пор живы! Мы, ныне живущие, должны каждое утро благодарить эту дикую случайность или это божественное чудо – МЫ ЕЩЕ ЖИВЫ!

Если человек не осознает происходящего, если через сто лет, в начале 21 века повторяются те же беды начала 20 века — опять ряд стран до основания сотрясают революции, а демократические выборы приводят к власти популистов, националистов, радикалов, террористов – то человек не творец истории, а щепка в потоке мутных вод. Но если человек – творец истории, то должен понимать, что происходит, сознательно принимать долгосрочные решения.

Начало сознательной истории

История человека разумного начинается с того момента, когда он расчетливо планирует будущее и действует по плану, не повторяя старых ошибок. Лучше всех это умеет делать Предприниматель. Во все века лучше всего у Предпринимателя получалась Республика – от Афинской, Римской, Флорентийской, Венецианской и Новгородской купеческих республик до США.
До Российского манифеста предпринимательские республики вырастали из монархий и деградировали обратно в империи, монархии и демократические квази-монархии во многом случайно, по стечению объективных и субъективных обстоятельств, иррациональных войн, разрушительных революций.

До Российского манифеста у человечества не было сознательной истории — была бессознательная история, предыстория.
Причина этой бессознательности в том, что государство-образующая профессия Предпринимателя до сих пор оставалась трагически непонятой, и столь же неописанными и недооцененными оставались — и до сих пор остаются — основы государственного строительства на базе республиканских традиций и морально-нравственных ценностей.

Российский манифест, открывая суть и эволюционную роль профессии Предпринимателя, описывая эволюционные преимущества и практические детали создания предпринимательской республики, провозглашает начало сознательной истории человечества.

Реальная экономика

Несмотря на успехи отдельных экономистов, экономика как наука до сих пор не состоялась. Об этом красноречиво свидетельствует последний кризис 2008 года (да и многие из предыдущих) — никто из ученых мужей его не предвидел, причины до сих пор остаются загадочными, а значит неизбежно повторение или аналогичных кризисов, или новых невиданных по форме и содержанию. Будущее непредсказуемо, произойти может все, что угодно — в том числе по вине экономистов, работа которых как раз и заключается в том, чтобы исследовать, анализировать и предвидеть. Ход мыслей современных научных светил вызывает как минимум улыбку: в лучшем случае они пытаются задним числом что-то в своих теориях подправить, в худшем — обвиняют практиков в том, что те недостаточно четко следовали их теориям и сами во всем виноваты. Например, недостаточно последовательно и жестко занимались государственным регулированием, мало цепей навешали на зверя по имени «свободный рынок», то есть на Предпринимателя.

Ошибаются все — и сторонники этатизма, как мейнстрима, и немногие их критики со стороны австрийской школы. Ошибка — в определении предмета исследования — изучается не реальная экономика, а некий идеальный объект. Даже если речь идет об анализе реальных кейсов поведения на рынке реальных компаний, понимание реальности искажено существующими теориями. Исследователь как правило ищет в реальной экономике не ответ, а подтверждения априорным теориям.

Трудно удержаться от сравнения современного экономиста с биологом, который наблюдая за тем, как обезьяны «атакуют» ветками предоставленное им чучело леопарда, делает вывод о начале орудийной деятельности приматов. Обезьяны при этом не настолько глупы, способны отличить чучело от настоящего хищника — они просто играют в предложенную им игру. Забавно, что последний писк экономической теории — это как раз «экономика поведения» — по сути о том, как бизнес играет в навязанную ему правительством и Центробанком игру.

Современные экономисты — это в большинстве своем чучельники, имеющие дело не с реальной экономикой, а с искусственными объектами. В оправдание им следует сказать, что ошибка в определении объекта исследования была допущена еще в ту эпоху, когда новая наука только зарождалась. Что удивительно: ведь как раз в экономике тех времен можно было более отчетливо увидеть экстремальную, апокалиптичную составляющую экономической жизни. «Тучные годы» тогда намного чаще прерывались неурожаем и голодом, чем это случается сегодня. Общественное сознание было апокалиптичным, а сценарий Апокалипсиса всегда начинался с экономического «базиса», с неурожая и голода, а затем уже следовали эпидемии и войны. Но первые экономисты словно не замечали этой экстремальной части реальной экономики. Кто знает: если бы они с самого начала определили объект научного анализа более точно, мы бы сейчас имели более адекватное представление о профессии Предпринимателя, а отнюдь не примитивное «зарабатывание прибыли», явно имеющее отношение только к «тучным годам». Имей мы в начале прошлого века более адекватное знание роли бизнеса в экономике и политике, не случилось бы в 20 веке социалистических революций, кризисов, голодоморов и войн.

Трагический пробел в мировоззрении

В 19 веке в ходе естественного экономического развития человек по профессии Предприниматель в большинстве стран Европы пришел на смену представителю прежней главной системообразующей профессии — Монарху. Предприниматель стал в конце 19-го века главным субъектом экономики — главным собственником и работодателем, главным инвестором в экономическое развитие, научный прогресс, культуру и социальное благополучие. На место нескончаемых феодальных войн пришли мирная торговля, технологический рост, подъем уровня образования и социальных благ. Многим казалось, что этот Золотой Век науки, мира и прогресса никогда не кончится, что война никогда больше не случится — просто потому что войны стали слишком дороги, никому не выгодны, не приносили пользу даже победителю. Благодаря Предпринимателю общественные отношения и личные судьбы людей того времени сильно изменились. Изменились в позитивном направлении историческая судьба почти всех, кроме самого источника перемен, двигателя прогресса — Предпринимателя.

Теоретический пробел в мировоззрении – непонимание роли Предпринимателя – на практике выразился в недостаточной общественной легитимности наследника его капитала.

В отличие от Предпринимателя прежний исторический лидер Монарх свою роль в обществе и свою профессию понимал досконально. И соответственно передавал наследнику свою профессию и свою роль вполне осознанно, четко и уверенно. Воспитание и образование юного наследника, будущего монарха нацеливало его на исполнение профессиональной функции по управлению наследуемой территорией и проживающими на ней подданными. А у самих подданных не возникало принципиальных сомнений в легитимности Монарха и его наследника.
Когда перед конкретным Предпринимателем — коммерсантом, банкиром, промышленником — вставала сходная задача передачи наследнику не только заработанного капитала, но высокого положения в государстве и общественного уважения — ему это в 19 веке это уже не удавалось по целому ряду причин:

Во-первых, в старые времена, когда монархи были еще сильны, для противостояния их жестокой воле городское самоуправление или сельская община остро нуждались в единстве всех жителей. Но как только монархи оказались повержены или поставлены под контроль республиканских парламентов, отпала потребность в единстве членов общины перед лицом общего врага. Встал вопрос о справедливости получения наследниками крупных капиталов, о неравномерности распределения общественных благ. То есть фронт политической борьбы «вольный город против Короля» сменился на линию противостояния «наемные работники против работодателя».

Во-вторых, эпоха Просвещения — это как раз то время, когда ослабло влияние религии и стремительно росло значение науки, практического знания. Была разрушена не только божественная легитимность монархического престолонаследия, но и божественная легитимность имущественного наследования — того, что традиционно называлось «Богатство — от бога!».

В-третьих, наследники крупных капиталов могли быть сколь угодно успешными купцами и организаторами производства. В своей бизнес-практике они могли мастерски пользоваться унаследованными профессиональными инструментами. Могли при этом быть настоящими лидерами прогресса, мудрыми просветителями и щедрыми благотворителями. Но в век рационализма, в эпоху Просвещения Предприниматель не мог приобрести заслуженного общественного статуса, пока у него и его соседей не было разумного рационального понимания профессии Предпринимателя и общественной роли этой профессии.
Со своей стороны и Предприниматель, как человек своего времени, должен был это знание своей роли в обществе отрефликсировать, осознать и сформулировать — прежде чем сам в это поверить. А потом уже попытаться объяснить другим и втолковать своему сыну — осознанно, с убеждением. Однако в реальности Предприниматель мог передать наследнику свой профессиональный инструмент — заработанный капитал, мог передать навыки пользования этим инструментом, правила успешной работы на рынке, торговли, опыт организации производства. Но не мог так же полно, как ранее Монарх, передать знание своего места в обществе. Такого знания не существовало и не существует до сих пор! Очень трудно было другим поверить в высокий общественный статус бизнеса, если сам Предприниматель в свое право на общественное лидерство не верил.

В-четвертых, в начале 20 века была жива еще потомственная аристократия с ее дворянской честью, благородством, героическим пролитием своей и чужой крови за Родину. На их фоне купцы, продававшие за границу свои родные товары и привозившие оттуда чужие, а поэтому подозрительные товары, сами выглядели подозрительно. Попытки Предпринимателя позаимствовать аристократическую легитимность и популярность, внедрить в общественное сознание аналоги дворянской чести (например, в России это «купеческая честь») не помогли решить проблему.

Таким образом, в начале 20 века образовался мировоззренческий вакуум. Не нашлось тогда, и не найдено до сих пор научно обоснованных и убедительных ответов на вопросы: «Что такое Предприниматель как профессия?» и «Что такое бизнес как историческое явление и общественно-политическая сила?». Не было, и нет до сих пор убедительной методики воспитания и образования будущего наследника капитала, которого общество приняло бы не просто как формально законного наследника огромного состояния, но и как гражданина с высокой репутацией и общественным авторитетом. Молодой Предприниматель получал от своего отца лишь неуверенность в будущем, ощущение нестабильности своего положения в обществе.

В поисках общественной легитимности Предприниматели в течение 20 века поднимали на знамя и поддерживали все старые и новые идеологии — от самых человеколюбивых до человеконенавистнических. Они участвовали сами лично и опосредованно своими финансами в создании всевозможных общественных сил и политических партий — от либеральных до авторитарных. Но заполнить мировоззренческий вакуум опытным путем, методом проб и ошибок не удалось.

Если проанализировать состав российских региональных парламентов, то окажется, что почти все депутаты — это предприниматели или менеджеры, которых предприниматели послали во власть отстаивать интересы своего бизнеса. Все партии в России, включая и коммунистическую – предпринимательские по составу и финансированию. И одновременно в России нет ни одной предпринимательской партии, не существует адекватной политической идеологии. Потому что никто до сих пор не знает, в чем истинное общественное предназначение профессии Предприниматель. И сами Предприниматели этого не знают.

Именно отсутствие у Предпринимателя самоидентификации сломало в начале 20 века естественный ход истории, прервало естественное эволюционное развитие цивилизации. Новой предпринимательской экономике при всех ее очевидных практических успехах не удалось создать новой общественной системы и политической надстройки. По этой причине сама предпринимательская экономика оказалась беззащитной и подверглась разрушению со стороны радикальных популистов. В 20 веке начался возврат к нео-феодализму, к централизованной государственной власти, к монархическим принудительно-силовым методам решения экономических проблем. Причем усиление роли государства в экономике происходило при одобрении большинством народа — через всеобщие голосования и референдумы. Начался и до сих пор продолжается откат к войнам, переворотам, репрессиям, геноцидам — старым и до боли знакомым инструментам из профессионального арсенала Монарха.

В разных странах этот процесс развивался по разным сценариям и с разной скоростью. Одни страны после ряда демократических выборов быстро становились Советским Союзом или нацистской Германией, в других этот процесс до сих пор не закончен. Но тренд очевиден, и он всеобщий — это усиление роли центральных правительств, административной и силовой бюрократии, ослабление роли бизнеса, падение предпринимательской активности. Сами Монархи к власти не вернулись, государствами и миром правят сегодня Чиновники — через правительства, многочисленные международные организации и агентства. Очевидно, что правят катастрофично и апокалиптично, ибо случайно и временно, по историческому недоразумению занимают место настоящего творца истории — Предпринимателя.

Адам Смит считал, что предприниматель — это собственник капитала, берущий на себя риск хозяйствования. По Смиту хозяйственная деятельность не является предпринимательской, если ведется без капитала. В 20 веке экономическая наука сильно отступила (или ушла налево) от таких, по крайней мере четких позиций. Это произошло даже с австрийской школой, которая до сих пор считается самой рыночной, самой либеральной. Первооснователь школы Людвиг фон Мизес писал: «В любой реальной и живой экономике любое действующее лицо всегда является предпринимателем». Ученики Мизеса, развивая представление о Предпринимателе как о «человеке деятельном», Homo agens, отделили его от собственника, объявили предпринимательство и владение собственностью разными профессиями. Очевидно, они старались быть в тренде общественных настроений, держаться подальше от всеми ненавидимых и гонимых собственников «капиталов». В итоге представление «австрийцев» о сущности предпринимательства оказались очень близким к теоретическим построениям Йозефа Шумпетера. По Шумпетеру творческий креативный человек любой профессии, энергично что-то меняющий в экономике и в жизни, разрушающий при этом сложившееся равновесие, может считаться «предпринимателем». Если следовать подобной логике, то такие «созидательные разрушители», яркие представители «креативного класса» как Сталин и Гитлер, а ранее Наполеон и Петр I, тоже были предпринимателями.
Показательно, что в современной экономической науке отсутствует такой субъект экономического действия, как предприниматель. Он стыдливо подменен «компанией», «фирмой».

Апофеозом непонимания сущности предпринимательства стала прозвучавшая из уст Барака Обамы оценка бизнесмена как человека, который ошибочно считает свою собственность своей. И это сказал президент на самого предпринимательского государства мира!

Что такое Российский манифест

Непонимание сути и смысла профессии Предпринимателя привело к доминированию в экономике государственной и международной бюрократии, нарастанию экономических проблем, углублению кризисов до глобальных масштабов. В политике произошла подмена многовековых республиканских традиций демократическим экспериментом — трагическая неудача этого эксперимента уже остро проявляется и чувствуется, но фундаментальная ущербность и общественная опасность демократии до сих пор не осознаны.

Российский Манифест в первой части «Предприниматель» восполняет трагический мировоззренческий пробел в понимании сути профессии Предпринимателя, устраняет сбой в экономическом развитии. По своему содержанию Российский Манифест — это новая теория предпринимательства, новая экономическая теория и теория кризиса. По существующей классификации это эволюционная экономическая теория. Российский Манифест объясняет эволюционные причины современной глобальной экономической катастрофы и представляет позитивную программу успешного преодоления кризиса, создания экономически высоко-конкурентного государства. Предлагается практическая пошаговая программа воспитания новой экономической и политической элиты — предпринимательской и республиканской.

Российский Манифест начинается с постановки проблемы образования и воспитания будущих Предпринимателей, и заканчивается подробной пошаговой методикой, практической программой воспитания новой экономической и политической элиты — предпринимательской и республиканской.

Во второй части Российского Манифеста «Республика» подробно описывается устройство государства под руководством Предпринимателя, функциональная структура предпринимательской республики. Предлагается пошаговая программа практической реализации подлинного народовластия, создания социально справедливого государства на основе республиканских социальных механизмов с использованием отдельных полезных инструментов монархии и представительной демократии.

Российский манифест написан кровью людей, которые остались в 20 веке без правил общественной, государственной и международной безопасности. Миллионы людей оказались в ситуации, когда старые правила противоречили новой реальности, а новые правила еще не были созданы. Эта опасность до сих пор не устранена и даже возросла.
Нерешенные даже на теоретическом уровне противоречия социальной справедливости и экономической свободы, принципа нерушимости границ и права наций на самоопределение, противоречие свободы и безопасности — эти и другие противоречия продолжают вызывать конфликты и приводить к массовым жертвам. Тупиковое сознание, неверие в будущее, деградация политических элит и важнейших профессий, де-социализация и атомизация личности, экзистенциальное одиночество человека и целых государств, морально-нравственный упадок ведет человечество ко все более глобальным экономическим и политическим катастрофам.

Российский Манифест снимает все нерешенные противоречия, предлагает новые правила личной, общественной, государственной и международной безопасности.

Российский Манифест — это новая политическая идеология, теоретическая основа и практическая инструкция для создания — снизу, от местного самоуправления, общественных, волонтерских организаций, ТСЖ и домовых комитетов — новой конструкции государственного управления, новой эффективной, ответственной и патриотичной элиты.

Предприниматель и Республика

Как связаны между собой две составляющие предпринимательской республики — Предприниматель и Республика, насколько и когда обязательно их взаимодействие?
В экстремальных ситуациях пожара, наводнения, нападения на поселок бандитов местное население стихийно само-организуется по законам республиканского самоуправления, по отработанным за многие века правилам и традициям жизни и выживания. При этом люди не знают этих правил и традиций, не думают ни о какой республике или просто самоуправлении — алгоритм социального действия не передается генетически и до сих пор нигде не описан как практическое руководство. Люди в критической ситуации угрозы жизни спасают себя и свои семьи самым естественным и эффективным образом — действуют так же, как действовали всегда, многие тысячи лет.

Это еще не Республика, это временная стихийная самоорганизация. Отступили огонь и вода, убежали бандиты, и люди возвращаются к ежедневным мирным занятиям как ни в чем не бывало. И через какое-то время беда приходит опять — и так же неожиданно! Предвидеть опасности и готовить к ним поселение, город, страну, долгосрочно оценивать ресурсы и риски способны представители только двух профессий — Монарха и Предпринимателя.
То же самое можно сказать об экономическом кризисе. Когда он пришел, например, в Россию в начале 90-х годов, произошла стихийная реакция. Возникли стихийные рынки, предприниматели взялись за дело и вытащили страну из разрухи (как ранее их коллеги в годы НЭПа). Проблема физического выживания была решена, но построить экономическую жизнь на долгосрочной и бескризисной основе — так, чтобы снизить риск в будущем опять свалиться в проблему выживания — российский бизнес не смог. Он просто утерял практические навыки создания предпринимательской республики — еще со времен разгрома Великого Новгорода Иваном Грозным.

В 20 веке власть — политическая и экономическая — оказалась в руках Чиновников (квази-монархов, имитирующих действия Монарха) и Олигархов (квази-предпринимателей, имитирующих свободный частный бизнес). В итоге обеспечивать долгосрочную бескризисную экономическую жизнь оказалось некому. Антикризисные действия власти сводятся к тому, чтобы пересидеть кризис. Оппозиция тоже ждет — когда кризис ввергнет народ в стадию физического выживания — после чего придет к власти, сменит старых чиновников во власти на новых, своих чиновников.

По-настоящему бороться с кризисом в России (и в любой другой стране) способны только предприниматели — просто по факту, по содержанию своей профессии. Любые практические антикризисные действия — такие как импортозамещение, девальвация валюты и даже уничтожение импортного продовольствия — могут иметь смысл и позитивный эффект лишь в том случае, когда исходят не от чиновников, а принимаются и проводятся консолидировано отечественным бизнесом, как профессиональное решение профессионалов.
Постоянное стабильное существование Республики невозможно без Предпринимателя. Предприниматель со своей стороны способен выполнять свои профессиональные обязанности без Республики, в Монархии — при условии экономической независимости местного самоуправления, самостоятельности общин, муниципалитетов. До 20 века такое сотрудничество Монархов и Предпринимателей (Купцов и Банкиров в то время) было достаточно распространенным. Но абсолютно невозможным, как показала практика 20 века, оказалось сотрудничество Предпринимателя и Чиновника — по причине тотального вмешательства последнего в дела бизнеса и в жизнь местного самоуправления. Поэтому вопрос возрождения (создания, строительства) предпринимательских республик на месте чиновничьих квази-монархий сегодня, в 21 веке еще более актуален, чем в прошлые века был актуален вопрос победы республик над монархиями. И чем дальше будет откладываться создание предпринимательской республики, тем дальше эта нерешенная задача будет отодвигать человека от нормальной экономической жизни, погружать в проблемы экстремального физического выживания.

Две стратегии выживания. Профессия Монарх

Предприниматель – субъект реальной экономики, а не объект абстрактных исследований. Профессия Предпринимателя, как и профессия Монарха, появилась и эволюционировала исходя из необходимости спасения племени, общины, города, государства в экстремальных ситуациях – в первую очередь угрозы голода.

Для первобытного племени в критической ситуации голодной зимы спасительными и эффективными оказались две стратегии выживания — монархическая и предпринимательская.

Самый сильный, удачливый охотник или рыболов мог запасти на зиму больше провианта, чем соседи. Но с наступлением голода он был вынужден делиться с соотечественниками, иначе они, собравшись вместе, просто его бы убили и ограбили. При этом соплеменники быстро уничтожили бы его запасы, и все равно не дожили до весны. Чтобы племя выжило, выдача продовольственной помощи должна быть жестко и даже жестоко распланирована. И человек, распределяющий продовольственные ресурсы, спасающий племя от голодной смерти, становится по факту своей миссии Вождем. В дальнейшем с переходом к земледелию эту работу распорядителя запасов зерна стал выполнять Монарх. Через много веков, кстати, это стало называться диктатурой пролетариата и плановой экономикой. И что интересно, монарх нового времени, социалистический или национал-социалистический правитель стал называться Вождем — то есть вернулся в свою первобытную ипостась.

Вождь племени, будущий Монарх, охранял свой Склад, нанимая для этого воинов. И, разумно рассчитав запасы, помогал соплеменникам дожить до весны. С этими же воинами он мог нападать на соседние племена, отбирая их запасы и пополняя свой Склад (Казну, Бюджет). В интересах выживания племени Вождь в кризисной ситуации был также обязан сокращать количество едоков, сбрасывать со скал стариков, инвалидов и детей. В обосновании таких действий Вождю помогали шаманы, иногда и сам Вождь был Верховным Шаманом. В дальнейшем это выкристаллизовалось в религиозные ритуалы принесения жертв богам, но эволюционный смысл оставался прежним — ослабление продовольственной нагрузки на племя.

Выживанию общины хорошо помогало уничтожение и ограбление тех, кто не соблюдал дисциплины, обычаев предков, выглядел подозрительно, говорил слишком умно или на непонятном языке, молился другим богам. За счет имущества репрессированных, изгнанных, ограбленных пополнялись запасы. Проводить внутренние репрессии намного проще, чем воевать с соседями, но все же война всегда была главным и универсальным инструментом в арсенале Монарха. Помимо захвата чужих запасов, обложения данью захваченных территорий, в боях уничтожалась часть подданных, снижалась нагрузка на Центральный Склад продовольствия – до наступления более благоприятных «тучных» времен!

Профессия Монарха (Вождя в своей изначальной первобытной ипостаси) — «Обеспечение безопасности племени, общины, города, государства через монопольный контроль над Центральным Складом, Казной, Бюджетом, Резервным Фондом». «Один Центральный Склад — один Хозяин» — это главный основополагающий принцип монархической системы выживания. В точном следовании этому принципу — единственная гарантия стабильности и дисциплины в обществе! Любое сомнение в силе, в божественной легитимности Монарха (Царя, Императора) может стать губительным не только для него, но и всех его подданных. Свергнув Монарха и разграбив Склад, граждане вряд ли доживут до нового урожая. Подданные это понимают, поэтому склонны подчиняться силе, которая обеспечивает порядок в очереди к Центральному Складу, гарантирует скудное, но все же выживание в трудные времена до наступления более «тучных» времен.

Доказательства легитимности может предъявить и родственник Монарха, и откровенный самозванец. Но при этом большинство людей благоразумно доверяют лишь силе, способной в трудный час навести порядок, обеспечить организованное насилие и соответственно выживание. Династические или божественные доказательства легитимности востребованы подданными во вторую очередь, на первом месте, безусловно, сила и способность Монарха эту силу применить, то есть жестокость.

Жестокость — основное требование к человеку, претендующему на профессию Монарха. Именно поэтому мягкий Николай Второй был плохим царем, а жестокий Сталин стал Великим Вождем — причем без всякой династической или божественной легитимности, только за счет высокого профессионализма! Когда Макиавелли в своем «Государе» писал о полезности монархический жестокости для управляемого народа, он просто описывал реальную потребность народа, ни капли не лукавил и призывал монархов не лукавить, а работать жестоко, то есть профессионально.

Поэтому какие-то претензии к Ленину или Сталину по уничтожению миллионов людей в голодоморах и войнах следует признать неуместными — сменив негодного царя Николая Второго, они заботились о народе согласно монархическим традициям, монархическими методами и инструментами. Все ресурсы свозились в Москву, на один Центральный Склад, распределялось под присмотром Хозяина, а «лишние рты» массово изгонялись и уничтожались — во имя высокой цели выживания оставшихся, самых лояльных Монарху подданных.

Монарх всегда нанимал силовиков для охраны Склада и чиновников для учета запасов и сбора налогов. Самые большие затраты Монарха шли на укрепление крепостных стен вокруг Склада (Замка, Дворца), на чиновников и на армию, на административную и силовую бюрократию. Чиновники, которые формируют очередь к Бюджету и силовики, которые следят за порядком в очереди — главные помощники Монарха в исполнении профессиональных обязанностей. Важно, что это наемные работники, свою должность они не наследуют. При этом Монарх — главный непререкаемый собственник, инвестор и работодатель, передающий все свои профессиональные навыки и проблемы наследникам.
В «тучные годы» Монарх готовится к будущим войнам, инвестирует в армию, вооружения и собственную оборону от соседей-агрессоров, таких же монархов.

Профессия Предприниматель

Во все века и в современном глобальном мире сущность профессии Предпринимателя была и остается неизменной — это спасение общины, города, государства, человечества в экстремальных ситуациях, и подъем уровня жизни людей над пропастью смерти в «тучные годы».

По своему историческому призванию Предприниматель, как и Монарх — общественный спасатель. Но профессиональные методы и инструменты принципиально разные. Товары, деньги, капитал, инвестиции, прибыль — это инструменты, необходимые Предпринимателю для выполнения профессиональных обязанностей общественного спасателя, для обеспечение безопасности племени, общины, города, государства через торговлю и коллективную самоорганизацию.

Купец — он же первый Предприниматель — голодной зимой ехал в соседние племена и за какие-то товары выменивал еду. Он нанимал воинов на охрану своих товаров, караванов, но это была мирная торговля. Чем более успешным было экономическое развитие племени в «тучные» годы и чем больше создавалось товаров для обмена, тем более высок был шанс у общины благодаря Купцу выжить в кризисный, неурожайный год. Высокая активность Предпринимателей и рост капиталов позволяли им инвестировать в производство новых видов продовольственных и непродовольственных товаров для обмена, в строительство торговых судов и дорог, необходимых для успешной торговли. А также в защиту общины от пожаров, наводнений, болезней.

Профессия Предпринимателя — это не только обеспечение безопасного настоящего, но и безопасного будущего. Предприниматели не только спасают людей в чрезвычайных ситуациях, но и, предвидя возможные опасности, заранее готовятся к ним, укрепляют безопасность общины, города, государства, поднимая уровень жизни как можно выше над пропастью смерти.

Стратегия выживания общины под управлением Купцов выстраивалась таким образом, чтобы успеть за тучные годы накопить больше товаров и быть готовыми к голодному году. Понятно, что мяса и рыбы на много лет вперед не запасешь, эти продукты быстро портятся. Мясо, сало и рыбу можно засолить — поэтому соль на многие века стала стратегическим товаром. Зерно хранится еще дольше, поэтому с изобретением земледелия произошла настоящая демографическая революция: численность людей на Земле выросла в сотни раз. Но еще дольше хранятся шкуры и меха, одежда, обувь, оружие, украшения. Их можно заранее произвести больше, чем нужно для себя — произвести на «черный день», чтобы в кризисной ситуации обменять на продукты. Естественным образом Купцы переходили от торговли к производству долгосрочных товаров. Не случайно объединения предпринимателей до сих пор называют себя Торгово-промышленными палатами, то есть торговля — на первом месте!

Предприниматель – это организатор жизни местного самоуправления, главный собственник, инвестор и работодатель для человека по месту его жительства. Для успешного выполнения этой фундаментальной задачи Предприниматели создают государства и международные организации. На всех уровнях власти Предприниматель использует собственные социальные навыки, традиции подлинного народовластия, наработанные в отношениях с коллегами и соседями по местному самоуправлению.

Если бы еще в далекой древности не было создано предпринимательской экономики, то человек как вид так и остался жить на плодородном юге, в границах сельскохозяйственных монархий типа вавилонской или египетской, страдая от неизбежных климатических и экологических катастроф. Никогда не был бы построен Херсонес (сегодня это Севастополь), греческий полис в Крыму, где хорошо рос виноград, но плохо пшеница, и выжить можно было только через «купи-продай». Не было бы Древней Греции, состоящей из десятков городов-полисов на берегах Средиземного и Черного морей, живущих торговлей между собой. Не было бы Великого Новгорода, Пскова и других русских городов.

Народ-предприниматель — создатель Руси

Каждый россиянин по своей исторической памяти — Предприниматель, общественный спасатель! Русь создана Купцами, без Купца как организатора жизни в суровых северных широтах никогда не появилось бы Руси и России, русских и россиян.

На нашем Севере более половины лет неурожайные и другого способа выжить, кроме организации торгового обмена «пушнина, лес, пенька, деготь — на зерно», просто не существовало. Потенциальные Монархи просто не нашли бы на русском Севере столько зерна, чтобы хранить его в Центральных Складах «на черный день». Именно Купцы осваивали или финансировали освоение новых территорий Урала, Сибири, Дальнего Востока и Аляски — но не для того, чтобы ограбить и обложить данью, как Монархи, а в поиске новых товаров и торговых путей.

Новгородская купеческая династия Строгановых начала завоевание Сибири вопреки воле Ивана Грозного и наняла для этого волжских казаков. Царь повелел братьям Строгановым повернуть назад войско Ермака и пригрозил «большой опалой». Но купцы рискнули и выиграли: казакам удалось захватить столицу Сибирского ханства, а победителей не судят даже такие жестокие самодержцы, каким был Иван IV.
Русские люди бежали как можно дальше от Москвы, от наступающей монархической экономики, голода, опричников, междоусобных войн, унося с собой умение выживать и жить по-предпринимательски. На Север бежали староверы, на юг — крестьяне, становясь вольными казаками, воинами-землепашцами. А купцы с казаками начали освоение Сибири и Дальнего Востока. Как только они осваивали новые территории, налаживали торговлю с местными народами, тут же следом приходили царские чиновники и обкладывали налогами. Приходилось или поднимать восстание, как Пугачев, или бежать дальше. Так и была создана великая страна — с территорией на шестую часть земной суши.

Россия создана не царями, а вопреки царям, как спасение от экономически губительной царской власти. Россия создана Народом-Предпринимателем в процесса бегства от голода в монархической экономике в спасительный достаток предпринимательской экономики. Россия — это территория многовекового бегства народа из монархической экономики в предпринимательскую.

Величие России не в ее царях, не в армии и флоте, а в таланте и высоком профессионализме ее купцов и промышленников. Цари, армия и флот содействовали могуществу государства тогда, когда помогали усилиям предпринимателей и защищали их, а не предавали, как случилось с Аляской и Русской Калифорнией.

Каждый россиянин от рождения Предприниматель — пока не докажет обратного! Но доказать не сможет — даже если сильно постарается победить свои исторические и культурные корни! В этом объяснение экономической пассивности россиян в СССР — советские чиновники так и не смогли найти ключ к сердцу россиянина, разбудить в нем мотивацию к труду, потому что предлагали любой иной труд, кроме предпринимательского!
На Кубе или в Северной Корее, в ряде других стран у коммунистов это получилось и до сих пор получается — просто потому что там живут не россияне.
Когда нет возможности трудиться предпринимателем, россияне применяли свои таланты в смежных творческих профессиях — в изобретательстве, в науке, а также в свободных занятиях искусством, писательством. Советские люди или находили себя в профессиях, которые вырывались за красные флажки, установленные чиновниками, или спивались.

В какой-то мере реализовать свой предпринимательский потенциал удавалось гражданам СССР, когда они оказывались за границей — в составе групп войск, посольств или нелегальных резидентур. Советские офицеры и прапорщики стали еще во времена «застоя» первыми «челноками» — как минимум во время отпусков перевозили туда и обратно через границу бытовые товары для перепродажи. А самым активным и успешным удавалось за время службы в Чехословакии или ГДР договариваться с местными предпринимателями и даже бизнесменами из ФРГ, создавать свои маленькие теневые «бизнес-империи» по торговле хрусталем, коврами или автомобилями. Что касается сотрудников КГБ или внешней разведки, то в их служебные обязанности часто входило создание коммерческих предприятий в самых развитых странах мира для финансовой поддержки местных компартий, «отмывания» денежных средств, поступающих из СССР.
Неудивительно, что именно КГБ стал организацией, наиболее адекватно оценивающей экономические перспективы Советского Союза, а Андропов и его протеже Горбачев — инициаторами экономических реформ.

Российский Предприниматель — это богатырь, который проснулся в 1991 году и продолжил делать свое дело, словно и не спал 70 лет. Практически инстинктивно выполняя работу Предпринимателя — сразу в полном объеме, со знанием дела, быстро изучив и освоив те инновации, что появились в международном бизнесе, пока он спал!
Русское слово «богатырь» означает человека, сберегающего данное ему богом богатство. Главное богатство русского человека — это его природная память талантливого и успешного предпринимательства. Величие его таланта, степень активности и успешности может оценить каждый, просто посмотрев на карту, на территорию России, огромной бизнес-империи, созданной нашими предками.

Российская государственная идеология и русская национальная идея формулируется одним словом — Народ-Предприниматель!

Вековой кукиш в кармане россиянина в адрес власти — это кукиш Предпринимателя. Каких бы идей не придерживались россияне, как бы они не проклинали буржуев и спекулянтов, все мечтают, чтобы если не они, то их дети стали процветающими предпринимателями, учились, рожали и отдыхали в Европе. И если в своем кругу собираются сколь угодно упертые российские коммунисты, националисты, патриоты-государственники, то самым уважаемым среди них будет тот, кто может похвастаться бизнесом в Европе, Америке или Австралии. И гордиться детьми, которые учатся в Великобритании.

Нет такого собственника-инвестора-работодателя, такого экономического субъекта, как Либерал, Социалист, Патриот, Консерватор, Националист, Глобалист, Изоляционист, Христианин или Мусульманин. Нет такого собственника-инвестора-работодателя как Государство или Власть. Есть только Монарх и Предприниматель.

Нет таких собственников-инвесторов-работодателей, как сторонники или враги либерального, демократического, авторитарного, тоталитарного или диктаторского устройства общества. Либералы могут бросить все силы на поиски и поддержку нового Пиночета — для защиты своих частных компаний — а затем, получив от авторитарной власти новый передел собственности, разочароваться и опять требовать либерализации экономики и демократизации общества. И невозможно исключать, что после разгула демократии завтра вновь захотят «крепкой руки» и жесткого наведения порядка!

Все старые и новые идеологии, представления о государственном устройстве существуют в современной России в виде внешних корпоративных стратегий частных, семейных, дружественных бизнесов и бизнес-империй. И эти внешние корпоративные стратегии оперативно меняются в интересах стабильности и безопасности бизнеса.

Запутанность и противоречивость политических терминов, идеологическая неустойчивость, изменчивость действий общественных лидеров в зависимости от ситуации места и времени — естественное отражение затянувшегося в 20 веке переходного периода — передачи собственности и власти от Монарха к Предпринимателям.

Будущее России в нерушимых границах от Калининграда до Курильских островов зависит только от того, будет ли на этих территориях достаточное количество Предпринимателей, которые свяжут свои долгосрочные личные и семейные бизнес-стратегии с этими российскими территориями. То же самое условие работает и относительно территории Крыма и крымских предпринимателей — независимо от их национальности, языка и веры. Это главное и при этом простое условие. Рыночные законы, защита частной собственности всей мощью государства, свобода торговли, независимость местного самоуправления — все это работает на целостность России.

Две экономические системы

Человечество изначально, с момента своего рождения как новый биологический вид, выработало две основные стратегии выживания в чрезвычайных ситуациях, прежде всего в ситуации голода — монархическую и предпринимательскую. Обе эти стратегии сложились естественно в ходе эволюции, методом успешных проб и трагических ошибок. Сообщества наших предков, не принявшие на вооружение одну из этих двух стратегий, просто не переживали голодную зиму, погибали до нового сезона охоты или нового урожая. Тем паче, если один за другим следовало несколько голодных лет. Если вспомнить, сколько нам известно погибших великих и богатейших цивилизаций — от Вавилона до государства майя — то можно представить, сколько более мелких цивилизаций, народов и племен не выжили, погибли, не оставив следа.

В ходе исторического развития на базе этих двух стратегий выживания развивались, конкурируя и сотрудничая, монопольная монархическая и коллективная предпринимательская экономические системы — во главе с Монархом или во главе с Купцами. Других вариантов экономического устройства в истории или не существовало, или их следов не сохранилось.

В целом предлагаемую в Российском Манифесте новую экономическую теорию можно назвать теорией двух экономик, главный тезис которой:

Существуют только две долгосрочно жизнеспособные экономические системы — монархическая и предпринимательская, и только две  системообразующие и государствообразующие профессии – Монарх и Предприниматель.

Вполне возможно, что когда-то в каких-то племенах существовали и другие стратегии выживания, но они не выдержали проверки в экстремальных кризисных ситуациях — а именно в таких ситуациях и действует безжалостная эволюция. Возможно, даже сегодня где-нибудь на тихоокеанских островах, в глубоких джунглях или высоко в горах, очень изолированно от мира существуют иные виды экономики, где все одинаково бедны и счастливы. Балуясь при этом людоедством и отправляя в лес своих инвалидов и стариков умирать. Были племена, зарабатывавшие на жизнь разбоем, например, викинги, варяги — но самостоятельной экономической системы они не представляли, рано или поздно шли на воинскую службу к Монарху или к Предпринимателям, к византийскому царю или к новгородским купцам. А те, кто не сделал разумного цивилизационного выбора, исчезали в тумане веков, не оставив следа, как великие завоеватели гунны. Или как великая Монгольская Империя, которая завоевала Китай и Северную Индию, дошла до Польши и Вены, но оставила после себя лишь нищую Монголию.

Предпринимательская экономика, как более разнообразная, была способна не только захватывать уже освоенные кем-то пространства, как поступали Монархи, а осваивать и развивать новые, еще необжитые пространства. Свободная торговля более успешно, чем военные набеги, поддерживала и развивала биологическое разнообразие человеческих рас и народов. И благодаря росту поведенческого и экономического многообразия все дальше отодвигала человечество от пропасти голода, эпидемий, природных катаклизмов — то есть от гибели человечества в целом. Не надо забывать, что до человека планету покинули не только динозавры, но и тысячи других видов, не сумевших приспособиться к резко меняющимся природным условиям. Купцы осваивали новые земли и природные зоны, повышая общую выживаемость человечества как биологического вида. Если голод охватывал страну или целый ряд стран, то купцы всегда находили «на другом конце Земли» страну, более успешную по собранному урожаю.

Рост торговых связей приводил к росту населения в городах и союзах городов, управляемых Предпринимателями. Внутренне менялись и традиционные монархии Европы. Эдуард IV, английский король, собрав в очередной раз деньги на очередную войну с Францией, воевать не стал, а накупил кораблей и начал торговать с той же Францией. Потом прекратил вражду и начал торговать со старым врагом Голландией, с Ганзейским союзом. Король-рыцарь стал королем-купцом. Он строил порты, развивал промышленность, давал привилегии иностранным купцам и поддерживал за границей английских. Доходы короны настолько выросли, что король перестал обращаться за деньгами к парламенту, то есть к купцам, а сам начал давать в долг под проценты!

Генрих VII продолжил ту же предпринимательскую линию. Он жестко ограничил государственные расходы, но при этом вкладывал средства в развитие флота, торговой инфраструктуры, промышленности, создавал все условия для роста богатства граждан и экономического могущества государства. Страна вышла из мрака средневековья, и началось английское Возрождение. Англия настолько окрепла, что при Генрихе VIII осмелилась выйти из-под власти всесильного Ватикана, то есть стала еще более финансово независимой. Так благодаря поддержке свободы торговли всей мощью государства родилась Великая Британская империя, первая мировая сверхдержава, «владычица морей», наследница предпринимательской Римской республики.

А на другом конце мира в это же время китайские императоры запрещали международную торговлю под патриотическим лозунгом «В Китае и так все есть!», для верности даже уничтожили торговый флот — и самодостаточная Поднебесная на многие века погрузилась в застой и упадок.

Человек может родиться или мужчиной, или женщиной. И тот, и другой вариант имеет свои плюсы и минусы. Есть у каждого варианта ситуативные под-варианты. Родиться женщиной сегодня в Англии и в Иране — это две большие разницы. Американский мужчина времен войны за независимость США и сегодня — это разные мужчины. Но никакие обстоятельства места и времени не могут отменить существования двух полов, а также их базового различия. Также и с экономикой. Кто-то может презирать рынок и деньги, ненавидеть тех, у кого этих денег много. Но никакие благородные речи и революционные действия не отменяют реальности: человеку суждено жить или в монархической, или в предпринимательской экономике. Третий вариант — не выжить, не пережить голода или эпидемии.

Иных жизнеспособных экономических систем, кроме монопольной монархической и коллективной предпринимательской, не существует. Либо один Центральный Склад с запасами зерна, золота, нефтедолларов под охраной Монарха. Либо множество Частных Складов с товарами и капиталами Купцов, Банкиров и Промышленников.
Соответственно, наследник Монарха получают от отца контроль над Центральным складом с источниками его пополнения в виде территории и проживающих на ней подданных. А наследник Предпринимателя – капитал торговый, промышленный или финансовый.

Наглядные иллюстрации двух видов экономики у россиян перед глазами: это Москва с кремлевской крепостью в центре и радиальной крепостной застройкой, и Санкт-Петербург с Биржей и складскими пакгаузами купцов в центре, на Стрелке Васильевского острова – город, открытый по воде и суше купцам всего мира.

Предпринимательская Республика

Римский Форум — это изначально базар, торговая площадь, затем уже ставшая местом для собраний граждан, дискуссий и голосований. Слово «форум» так и переводится с латыни — «базар». Свобода торговли, новые товары и торговые пути, безопасные дороги – это условие успешного предпринимательского выживания. Римская республика не облагала данью покоренные города и области (исключением был Карфаген, который выплачивал компенсацию за разрушенные Ганнибалом города Италии). Римляне завоевывали новые территории для того, чтобы протягивать туда дороги, предлагать купцам покоренных стран логистическую систему, экономически выгодную Риму. По римским дорогам товары ехали, например, из Британии в Рим, там продавались, а уже из Рима могли поехать в Германию. А не напрямую — из Британии в Германию, минуя Рим.

Все дороги вели в Рим и все дороги выходили из Рима — и в этом случае все налоги с купцов оставались в Риме. Налоги от торговли, собранные в месте купли-продажи, а не дань с завоеванных территорий. И налогами изначально облагались только иностранные торговцы, не граждане Рима. Налоги направлялись на строительство новых дорог в новые страны, что приносило новый прирост торговли, налоговых поступлений, рост уровня богатства и безопасности — во славу римских купцов и бога торговли Меркурия.

Если стимулом процветания Афин стало развитие морской торговли, то главным ноу-хау бизнес-проекта «Рим» стало освоение сухопутных пространств Европы. Римляне построили сеть всепогодных дорог — за много веков до того, как это сделали США и Германия, когда их постигла Великая Депрессия. Всего римлянами было построено около 300 тысяч километров дорог с мостами и туннелями — это в длину 7,5 экваторов Земли. При этом технологический уровень римских дорог потрясает специалистов даже сегодня. Многие дороги, мосты и туннели — до сих пор действующие!

Развитая инфраструктура, удобная логистика, безопасность частной собственности и справедливый суд по римскому праву — главные условия процветания предпринимательской экономики не только для древнего Рима. В современном мире экономика растет там, где эти условия соблюдаются, там, где сходятся товары и инвестиции — на Нью-Йоркской или Лондонской бирже, в Силиконовой долине. Коммунистический Китай, чтобы стать производственным хабом планеты, делает то же самое — совершенствует логистику, строит дороги, создает условия для бизнеса. Сегодня Китай увлечен проектом «нового шелкового пути», его цель — отодвинуть Россию и занять ее место на выгодной позиции «моста между Европой и Азией». Цель вполне достижимая — Россия дорог почти не строит, за год у нас появляется столько новых дорог, сколько в Китае за неделю.

Предпринимательская система не просто экономически эффективней монархической. Она более гуманна, миролюбива, более бережна человеческому ресурсу, к жизни каждого человека, к ценности каждой личности. Поэтому во все века, когда эти две экономические системы соседствовали рядом, самые активные и талантливые люди всегда бежали в одну сторону — из феодальной деревни в вольный город, из Европы в Америку, из ГДР в ФРГ, из Сирии в Европу. В ходе исторического развития предпринимательская экономика неизбежно должна была стать и более многочисленной по населению и более качественной по уровню общественной и личной безопасности, уровню жизни, образования, здравоохранения, культуры.

В этой гуманности по отношению ко всем людям независимо от их различий и особенностей, в либерализме 19 века и в сегодняшней толерантности, конечно, присутствует на первом месте прагматичный расчет, который можно назвать эволюционным прагматизмом. Эволюционность человеческой истории проста – выживает и процветает, захватывая и увлекая людей и территории, более многообразная экономика Великобритании или США, скукоживается и деградирует однообразная, управляемая из одного центра экономика имперского Китая или Советского Союза.

С ростом предпринимательской активности, развитием торговли и промышленности население Земли опять многократно выросло. И это было городское население, включенное в предпринимательскую экономику. Если в древности был лишь один город с миллионным населением — Рим, то к началу 20 века в Европе благодаря промышленной революции их стало несколько.
Предприниматель неизбежно должен был взять верх над Монархом, что он почти и сделал к 1914 году.

Социальные инструменты Монарха

И Монарх, и Предприниматель как представители двух системообразующих профессий, по своему изначальному историческому призванию являются общественными спасателями. Но для достижения этой благородной цели спасения людей в «тяжелую годину» они используют разные инструменты, в том числе и социальные.

Для Монарха главное качество, определяющее профпригодность — жестокость, готовность к насилию. Поэтому страной он управляет, не договариваясь с другими сторонами политического процесса, представителями разных общественных групп, а демонстрируя и применяя силу. Даже в спокойные времена Монарх не имеет права расслабляться, он должен постоянно доказывать подданным и соседним монархам свою силу и свою волю, превентивно держать всех в страхе.
Помимо высоких крепостных стен Монарх строил грандиозные по своим размерам пирамиды, статуи, которые демонстрировали его мощь и отпугивали врагов, посмевших пересечь границу. Гигантизм в архитектуре, в праздниках, парадах, спортивных состязаниях — это признак монархического социума. Естественным образом этот монархический пиар возродился и расцвел в вождистских квази-монархических режимах 20 века, прежде всего в СССР и гитлеровской Германии.

Главные признаки монархической социальной системы — это навязываемая сверху всеобщая враждебность, взаимная недоверчивость, неспособность людей самостоятельно, без мудрой власти, договариваться между собой. Профпригодный Монарх был обязан воспитывать в своих подданных ненависть ко всем «чужим» — к представителям иноземных государств, религий, рас, национальностей — культивируя ненависть к внешним и внутренним врагам, взаимную ненависть всех ко всем. Только такое общество, воспитанное на взаимном недоверии и страхе, Монарх способен в трудные времена спасти — просто уничтожив часть, устроив Варфоломеевскую ночь, холокост, голодомор, чистку «врагов народа», послав молодежь на войну или в крестовый поход. Помогают в этом Монарху, кроме чиновников и силовиков, специалисты по религиозной, расовой, национальной или классовой ненависти.

Иные, более гуманные идеи для монархической системы неестественны, они могут возникать в угоду так называемым «просвещенным монархам», как правило, в «тучные годы». То есть эти идеи ситуативны, кратковременны, а любая «оттепель» — лишь короткий отдых перед очередными репрессиями и войнами.

В монархической системе носители гуманных человеколюбивых идей просто торопятся воспользоваться временной ситуацией — угодить монарху, назвав его «просвещенным», оказаться поближе к нему и к бюджету, к возможности выжить.
Отсюда понятно, почему в современных централизованных экономиках, в которых роль монархов выполняют лидеры кланов чиновников, даже идеологически родственные политики никогда не договариваются. Напротив, как конкуренты в одной очереди к одному бюджетному окошку, на котором написано «Демократы», «Либералы» или «Патриоты» — лидеры близких по идеологии партий толкаются локтями между собой намного более ожесточенней, чем с идейными противниками. Это вопрос не идеологии и политических убеждений, а задача физического выживания. Всю свою человеческую жизнь и творческую энергию эти достойные люди убивают на толкание локтями к старому окошку госбюджета или на угадывание планов Вождя по открыванию нового окошка, чтобы успеть к этой новой кормушке перебежать первыми. Точно также и придворные олигархи, назначенные правящей бюрократией, тратят свое рабочее время и энергию на выстраивание отношений с чиновниками, интриги вокруг госбюджета и госпроектов, а отнюдь не на профессиональную предпринимательскую деятельность.

Второе главное профессиональное качество Монарха — лицемерие. Это качество позволяет монарху разделять и властвовать, менять свои взгляды и союзников в зависимости от политической ситуации и карты идеологических разломов в обществе — прикидываться то либералом, то консерватором, то запрещать частную торговлю, то разрешать, то уничтожать церковь, то использовать в своих целях. Чудеса лицемерия продемонстрировали величайшие вождистские правители 20 века — Ленин, Муссолини, Сталин, Гитлер, Мао.

Еще один социальный инструмент Монарха — религия. Смысл жертвоприношения древнему божеству в том, что человек отдает часть, чтобы сберечь целое. Создаваемое таким образом религиозное сознание формирует поддержку аналогичным действиям Вождя, Монарха, который в экстремальных ситуациях действует точно также — жертвует частью населения во имя спасения остальных.

В древнейшие времена в отдельных племенах Вождь одновременно мог выполнять и обязанности Жреца – так было, например, у древних римлян. Позднее у большинства народов произошло разделение труда, при этом Центральный склад продовольствия или золота мог располагаться в Храмовом комплексе, под управлением Верховного Жреца. Самый поздний пример, когда священнослужитель выполнял профессиональные функции хозяина Центрального склада средств выживания, главного страховщика от голодных и прочих народных бедствий — это Ватикан. Но при всем многообразии вариантов это в любом случае монархическая монопольная система выживания и монархическая экономика.

Коммунизм, пролетарский социализм и национал-социализм – это гражданские религии, в которых часть народа приносится в жертву не просто ради того, чтобы выжили оставшиеся, а чтобы хорошо жили будущие поколения. Что предполагает возможность и полезность даже более масштабных репрессий, чем в традиционных религиях – можно уничтожить в войне всех взрослых сограждан, чтобы их дети когда-нибудь смогли жить лучше!

В арсенале Монарха и Вождя много социальных инструментов и приемов — «хлеба и зрелищ», «разделяй и властвуй», «сдержки и противовесы». Но, несомненно, самый главный и самый универсальный инструмент, он же единственный выход из затяжного экономического кризиса для Монарха — это война, гражданская или с соседними государствами. Чтобы всем хватило накопленных запасов до нового урожая, Монарх должен или уничтожить часть голодной очереди, или пополнить запасы продовольствия. Война помогает сделать и то и другое.

Сегодня в самых демократических странах мира по самому важному для каждого гражданина вопросу войны и мира — то есть жизни и смерти — демократически избранные президенты, они же верховные главнокомандующие, не проводят всеобщего голосования. А часто даже не обязаны спрашивать у парламента разрешения начать войну! Демократически избранные лидеры бюрократических кланов, поклявшиеся соблюдать права человека, в том числе право на жизнь, легко начинают войны — в предвыборных интересах себя любимых и своих партий. Когда президент-главнокомандующий сам принимает решение о боевых действиях, не спрашивая у народа и его представителей — это признак монархического государства. Когда говорят о том, что США и Европа вышли из Великой Депрессии только благодаря Второй мировой войне, а выход из сегодняшнего глобального кризиса опять же возможен только через новую большую войну – такие разговоры уместны только в узких рамках монархической экономики.

Социальные инструменты Предпринимателя

Для Предпринимателя изначально главное профессиональное качество — это умение договариваться. Отправляясь в спасительное для общины путешествие, Купец должен был договориться с соплеменниками, убедить их во время своего отсутствия (или в случае гибели в дальних странах) поддержать его семью.
Купцу было трудно договориться с Монархом или с разбойником, профессия которых война и грабеж. Монарх и бандит могли быть одной национальности, религии и культуры с Купцом, разговаривать на одном языке и верить в одного Бога. Но в самом лучшем случае Монарх, чиновник и бандит всегда рассматривали Предпринимателя как «дойную корову» или «курицу, несущую золотые яйца». Их можно зарезать в голодные годы, а пока оставить в живых, дать нарастить «жирок».
При этом Купцу легко было договориться со своим торговым партнером на другом конце света, пусть при этом иноземный Предприниматель был другого цвета кожи, другой веры, говорил на непонятном языке и жил по диким обычаям. Но профессия-то у обоих одна, роль в обществе аналогична, долгосрочные профессиональные планы — понятны обоим и взаимополезны. Каждый планирует передать свои торговые связи наследнику, каждый заинтересован, чтобы партнер также рассказал своему сыну, что есть на другом конце света купец Н., он и его семья пользуются высокой репутацией, торгуют честно, дают хорошую цену.

Умение договариваться с самыми невероятными людьми в самых неожиданных ситуациях опасного путешествия определяет умение Купца договориться со своими коллегами и представителями других профессий и в своем родном городе, в родной стране. Заседая в городском совете, парламенте, или в совете городов Ганзейского союза (куда входил и наш Великий Новгород), Предприниматели способны были договориться с кем угодно по любым самым сложным вопросам. Например, договориться с соседними государствами об эффективном противостоянии очередному самоуверенному и агрессивному Монарху, или наступающим из Азии ордам варваров.

Что еще было привнесено Купцом в социум, кроме пацифизма, гуманизма, взаимного доверия и уважения, а также страсти к путешествиям в неведомые страны? Купец, озабоченный выводом на рынок новых товаров, тянется сам и тянет все общество к просвещению, науке, изобретательству. Он становится Промышленником, заражает несколько поколений молодежи любовью к технике, верой в науку и прогресс.

Предпринимательское умение договариваться в историческом итоге оказалось сильнее любой сверхсилы и сверхволи любого сверхвеликого Монарха, любого сколь угодно харизматичного и популярного Вождя. Монопольное управление Монарха проиграло коллективному управлению Предпринимателей.

Экономические ресурсы Монарха и Предпринимателя

Создание и поддержание в монархическом социуме атмосферы всеобщего недоверия и агрессии, постоянной готовности воевать друг с другом и с соседями обусловлены экономически, то есть императивно — кушать хочется всем. Но дело в том, что для Монарха накормить всех подданных, если неурожай или кризис затягивается, принципиально невозможно — даже при самой строгой экономии, при самом эффективном государственном управлении, при самых профессиональных и честных чиновниках и силовиках. Как бы не были велики накопленные запасы Центрального Склада, Резервных Фондов Монарха или квази-монарха, они всегда ограниченны и конечны — в отличие от безграничной деловой активности и бесконечной творческой энергии Предпринимателей.
Поэтому в отличие от Предпринимателя Монарх заинтересован даже в «тучные годы» не баловать народ, не повышать сильно уровень его благополучия,  уровень жизни, чтобы при неизбежном кризисе накопленных резервов хватило на большее время.

Оскудение бюджета и принципиальная конечность любых запасов — главная головная боль Монарха. Если нет запасов — нет и его. Как только запасы кончаются, кончается и профессиональная миссия Монарха как спасителя народа. Каким бы просвещенным, мудрым и отважным этот Монарх или Вождь ни считался – если казна пуста и нечем платить армии, то или голодная армия, или голодный народ его свергнут. Так с исчерпанием запасов нефтедолларов закончилась миссия Горбачева как квази-монарха и КПСС как правящей партии.

В отличие от принципиальной ограниченности резервов монархической экономики ресурсы предпринимательской экономики практически неисчерпаемы. Это эволюционное преимущество определило неизбежность победы Предпринимателя над Монархом на исторической арене – монархии просто не выживали в условиях затяжных кризисов, власть переходила к восставшему народу, к республике в лице предпринимательского парламента.

Бесконечность ресурсов предпринимательской экономики ярко воспета нашими предками в былине о новгородском купце Садко:

«Однажды на пиру Садко похвастал:
— Золотой казны у меня столько, что могу все товары новгородские скупить. И не станет товаров никаких в Великом славном Новгороде.
…Целый день с утра до вечера Садко, богатый купец, со своими верными помощниками скупали все товары во всех лавках Великого славного Новгорода и к закату солнышка скупили всё, как метлой замели. А на другой день – глядь-поглядь – от товаров новгородские лавки ломятся, навезли за ночь товаров больше прежнего.
Со своей дружиной, с помощниками принялся Садко товары скупать по всем улицам торговым и в гостином ряду. И к вечеру, к закату солнышка, не осталось в Новгороде товаров ни на медный грош. Всё скупили и свезли в амбары Садка-богача. На третий день послал с золотой казной Садко помощников, а сам пошёл в гостиный ряд и видит: товаров во всех лавках больше прежнего. Ночью подвезли товары московские. Слышит Садко молву, что обозы с товарами из Москвы идут, и из Твери идут, и из многих других городов, а по морю корабли бегут с товарами заморскими.
Тут призадумался Садко, пригорюнился:
— Не осилить мне господина Великого Новгорода, не скупить мне товаров всех русских городов и со всего свету белого. Видно, сколь я ни богат, а богаче меня Великий славный Новгород».

Понятно, что экономическая непотопляемость предпринимательской республики не образовалась на пустом месте и не свалилась с неба – это плод многовековых усилий многих поколений Купцов и Промышленников, наработанных деловых репутаций Предпринимателей. Репутаций личных и семейных, репутаций бизнес-сообществ городов и государств.

Профессиональные риски Предпринимателя

Профессиональная деятельность Предпринимателя во время любой беды, катастрофы — спасение общины, полиса, города. В более спокойные «тучные» годы — производство товаров и финансовых запасов на случай неурожая, создание новых защитных барьеров между человеком и враждебной природой, строительство защитных сооружений от наводнений, пожаров, все более смелые инновации, технические решения, изобретение новых товаров, продуктов, орудий труда, лекарств. А также экспедиции в поисках новых товаров и рынков, все более далекие путешествия. Накопленные богатства не только помогают купеческой республике выжить, но и привлекает голодных варваров и завистливых Монархов — что заставляет укреплять стены города и нанимать военные дружины.

Еще одна опасность: чем дальше Предприниматель отодвигал общество от голода, эпидемий, природных катастроф и прочих бед, тем быстрее люди забывали о самом существовании этих угроз. Люди, переселившись в комфортные города, все меньше связывали новый высокий уровень жизни без голода, холода, массовых болезней с работой Предпринимателя. Люди быстро забывали о том человеке, благодаря которому смертельные угрозы остались далеко в прошлом.

Если Монарх выделял деньги на развитие науки, прогресса, то его в веках прославляли «просвещенным». Если Предприниматель финансировал в науку и прогресс, то оказывался сразу подозреваем в погоне за презренной прибылью!
При этом объективно с ростом научно-технического прогресса, комфорта и безопасности жизни в городах профессия Предпринимателя становилась все более сложной для понимания неискушенными в экономике простыми гражданами. А вот накопленные бизнесом богатства — они у всех на виду, всем на зависть! Хотя даже самые крупные капиталы нельзя и близко сравнить с сокровищами средневековых Монархов или Ватикана!

Еще задолго до социалистических теорий были популярны уравнительные теории. В 14 веке прозвучал и через века прошел красной нитью знаменитый вопрос: «Когда Адам пахал, а Ева пряла, кто был тогда дворянином?». Удивительным образом на этот вопрос никто не ответил — в том ключе, что погода на земле не так стабильна, как в раю, и для того, чтобы община или город выжили в неурожайные годы, кто-то должен собирать и охранять запасы. В той же мере это можно отнести и к Купцам: кто-то должен во время голода закупить и привезти из-за моря хлеб

Как только уравнительные социалистические теории стали социальной практикой «отобрать и поделить» — в германских городах времен Реформации или в Советском Союзе — так сразу же естественным образом к людям возвращались голод, людоедство, эпидемии, войны. Законы экономики так же неумолимы и бесчувственны, как законы природы. Природа не верит в добрые красивые сказки социалистических и демократических демагогов о всеобщей справедливости. Этих сказок Природа просто не слышит. Холодная Вселенная даже не заметит, если однажды с лица Земли исчезнет это странное человечество со всеми своими красивыми утопиями о равенстве и светлом будущем. Природа автоматически убивает всех, кто не прилагает усилий для того, чтобы выжить — причем усилий энергичных, постоянных, системных.

Если Предпринимателям не дают работать, то начинается голод, дефицит, бартерный обмен и бутылка самогона в качестве твердой валюты. И когда общество оказывалось на краю гибели, бизнесу опять приходилось приниматься за работу — будь это НЭП или реформы 90-х — оттаскивать страну подальше от края экономической пропасти. А потом, как только люди видят, что пропасть далеко позади, угроза голода преодолена, они опять обвиняют своих спасителей в несправедливом обогащении, в незаконной приватизации, обзывают предпринимателей спекулянтами, бесчувственными торгашами, жадными «купи-продай».

Если говорить не о поводах, оправдывающих подобные упреки в адрес российского бизнеса, а о причинах, затрудняющих выполнение Предпринимателями своих профессиональных обязанностей, то первая и главная – это уничтожение в России независимого местного самоуправления, подчинение муниципалитетов государственной власти или «партийным машинам». В России в последний раз это произошло уже в новой постсоветской реальности.

Чрезвычайное самоуправление

Профессия Предпринимателя в любой стране мира даже с самой высокой централизацией и бюрократизацией экономики никогда не теряла своей изначальной эволюционной сущности и содержания — «Безопасное местное самоуправление и самоорганизация».
Местное самоуправление, организованное снизу свободными гражданами во главе с бизнесом, гармонизирует человека с природой, обеспечивает выживание, делает человеческую популяцию разнообразнее и сильнее. Псевдо-самоуправление, то есть государственное управление муниципалитетами, организованное сверху центральной властью и губернаторами, неизбежно превращает жизнь в смерть, ранее обжитые предпринимателями территории — в безлюдную пустыню. То есть заставляет людей покидать ранее обжитые — ценой колоссальных многовековых усилий — территории.

Анализ природных катастроф в России последних лет показывает, что центральная и региональная власти полностью отстранились от спасения граждан во время природных и техногенных катастроф, от выполнения самой важной задачи — срочной эвакуации людей из зоны бедствия. Государство оставило себе самые простейшие функции — предварительного оповещения о надвигающейся беде, а также коррупционно емкую материальную помощь семьям погибших или потерявших жилье, а также возбуждение уголовных дел — уже после того, как трагедия произошла.

Бездействие государственной власти в главном — предотвращении трагедии и спасении людей — обусловлено препятствиями непреодолимой силы. Это не чья-то субъективная вина, пресловутая коррупция — это объективная реальность времени и пространства. В России, самой большой по территории стране мира, человек и государственная власть на таком расстоянии друг от друга, что своевременная помощь гибнущим людям объективно невозможна.

Более 170 человек в Крымске погибли потому, что в России разрушено местное самоуправление и местный бизнес лишен возможности исполнять свои профессиональные обязанности — спасать людей там, где они живут. Центральная власть неспособна спасать людей, даже если бы искренне этого хотела — сколько бы денег для этого не выделялось по линии МЧС и по линии любых других ведомств!
Дело не в том, что большая часть этих денег чиновниками разворовывается. Просто есть препятствия, непреодолимые даже с помощью самых больших денег и при самой честной просвещенной центральной власти, избранной на самых честных демократических выборах. Есть непреодолимые законы природы — законы времени и пространства. Один и тот же чиновник или спасатель МЧС не может одновременно находиться в Москве и Крымске, или — в Краснодаре и Крымске. Только местные предприниматели всегда на своем рабочем месте!

Во время наступления фронта лесного пожара или многометровой волны наводнения вопрос жизни и смерти сотен и тысяч жителей поселка или городка решается в считанные минуты. У государственных служб спасения нет, и не может быть достаточных средств и сил для спасения людей в любой момент времени в любой точке пространства. Но транспортные и технические средства есть у местного бизнеса – при условии, если он еще не задушен окончательно чиновниками и силовиками. Объективно только малый, средний и крупный местный бизнес способен еще до приезда спасателей МЧС организовать противостояние стихии и спасение людей.

МЧС не может держать большие силы во всех потенциально рискованных точках страны. Если бы это было возможно, то в России не появилось бы волонтерского движения, которое организовано предпринимателями или финансируется предпринимателями. Когда местный бизнес задавлен чиновниками, то на помощь приходит бизнес из соседних городов, где он еще не задавлен. Только Предприниматель имеет ресурсы для того, чтобы отправиться в Крымск на грузовичке, набитом предметами первой необходимости для пострадавших. Оперативное спасение людей и оперативное оказание помощи — профессиональная обязанность Предпринимателя, а не Чиновника. Именно это и доказал Крымск — неслучайно жители Крымска просили волонтеров остаться и возглавить их город.

В большинстве стран мира нет специального министерства чрезвычайных ситуаций, подобного нашему МЧС. На помощь людям в масштабных катастрофах, подобных Амурскому наводнению или сибирским лесным пожарам, приходит армия или национальная гвардия. Но в любом случае первичная и главная ответственность на Предпринимателе. Готов ли город или поселок к наводнению, очищены ли русла рек и надежны ли дамбы, насколько сейсмо-устойчивы построенные дома — все это забота местной власти, независимой от государственной власти по любой, в том числе российской Конституции. Каждый человек проживает в каком-либо муниципалитете, будь то маленький поселок или город. Не все жители – предприниматели, но настоящий хозяин местного самоуправления, главный собственник, инвестор и работодатель, исторически и профессионально ответственный за жизнь всех людей на данной территории — это Предприниматель.

Профессиональное качество Предпринимателя, которое роднит его с Монархом — это умение оценивать риски, готовность разумно рисковать. Это означает готовность идти первым, вести за собой общину и город, быть лидером не формально, а реально — то есть брать на себя ответственность. Чиновники не умеют просчитывать риски, не готовы нести ответственность за принятые решения. Точнее: Чиновник всегда оценивает риск понести ответственность за принятое решение как риск неприемлемый. И поэтому вся его деятельность направлена на то, чтобы избежать ответственности, ничего не решать, а если уж пришлось, то переложить все риски на других.

Кто построил мост?

Как чиновники, контролирующие власть в муниципалитетах, регионах, государстве восстанавливают разрушенный стихией мост, без которого в городок не могут доехать ни скорая помощь, ни пожарные?
Все самые значимые и стабильные налоги от местного бизнеса собираются в столичный Центральный бюджет, потом деньги распределяются по регионам, затем предлагаются местному бизнесу на конкурсах по госзаказу. В том случае, если интересы всех чиновничьих кланов в итогах аукциона не учтены, неизбежны суды по реальным или мнимым нарушениям, отмена итогов и назначение нового конкурса. Восстановление моста затянется на месяцы и годы — пока деньги из госбюджета не дойдут до мостостроителей. Сколько жителей городка за это время умрет без элементарной медицинской помощи, сколько рожениц не доедет вовремя до роддома, сколько раз сам городок может за это время погибнуть от лесного пожара? Люди могут от этой неустроенности разъехаться, многие сбегут в столицу. Но даже если после всех откатов всем чиновникам мост будет построен, то получится он одноразовый, до следующего паводка. На этом мосту будет предвыборная надпись «Мост построил губернатор Иванов» или «… мэр Петров». Когда мост опять смоет, появится новый с плакатом «Мост построил губернатор Сидоров» или «Мост построил депутат Козлов». И первой мыслью каждого жителя, который этот мост увидит, будет: «Сколько же губернатор (мэр, депутат) на этом строительстве украл?!». Мысль правильная, основанная на многолетнем опыте жизни россиян под властью Чиновника! А дети этих чиновников, обучаясь в Лондоне на украденные деньги, будут стыдиться своих отцов и скрывать свою принадлежность к их фамилиям и местам работы.

Предприниматели российского города Шарьи не стали ждать — они сами, на свои средства построили мост. Чиновники собирались потратить из бюджета на его строительство 14 миллионов рублей, предприниматели потратили на мост 600 тысяч. Построили сами для себя и своих соседей. Дети этих предпринимателей гордятся своими отцами, гордятся перед сверстниками своей фамилией и мечтают стать Предпринимателями, стать героями!

Один этот пример разрушает все прежние представления о цели бизнеса как извлечении прибыли. Прибыль — лишь инструмент для той настоящей работы, которой занят Предприниматель многие и многие века от зарождения человечества до наших дней. Выполняя самую значимую общественную работу, а если надо — выполняя ее героически.

Нет ничего более естественного для человека, чем желание жить долго и не видеть смерти своих детей. И нежелание видеть смерть детей своих соседей — при этом имея возможность и ресурсы не допустить этого. Профессия Предпринимателя не всегда связана с героическими поступками, более того она всей своей многовековой мудростью направлена на то, чтобы никому никогда не пришлось совершать подвиг, рисковать жизнью. А для этого надо заранее предотвратить угрозу, создать барьеры между человеческой жизнью и враждебной природой — заработать прибыль, построить дамбу, выкопать канал, произвести лекарство.

Предприниматели Шарьи, Приморья и других регионов России, спасающие себя и своих соседей, свои села, поселки и города от наводнений, пожаров и других бедствий — это настоящие профессионалы, честно занимающиеся своим делом.

Герой нашего времени и Жилищно-Коммунального Хозяйства

Власть времени и пространства сильнее власти денег и любой власти вообще. Пример, более близкий каждому российскому горожанину, чем наводнения и лесные пожары, пример совсем простой, банальный и будничный — катастрофа в ЖКХ. Быстро убрать снег после обильного снегопада — нереальная задача для самого богатого государства, для самого честного и активного мэра или губернатора. Эта задача принципиально невыполнима для наших чиновников, выполнить ее может только Предприниматель, как настоящий хозяин города с того момента, как на планете появился первый город.

Каждый год мы видим беспомощность городской власти во время сильных снегопадов. Никакая экономическая целесообразность не может оправдать содержание в течение 12 месяцев парка снегоуборочных машин и обслуживающего персонала ради двух-трех дней или даже двух-трех недель обильных осадков! Это экономически странно и финансово подозрительно. Только Предприниматели, умеющие считать деньги, способны решать, что разумней в плане городского бюджета и налогов: содержать круглый год такой парк или несколько раз зимой выйти самим и вывести технику своих предприятий, в том числе строительных и дорожно-строительных, убрать снег своими силами и силами своих рабочих.

Это лишь один пример из тысяч дел и забот городского хозяйства. Российские чиновники лишили граждан возможности самостоятельно решать вопросы муниципального бюджета, поэтому вполне заслужили и равнодушие жильцов, и общественное презрение за некомпетентность и вороватость.

Только предприниматели способны разумно и эффективно, в интересах всех жителей и вместе с жителями организовать работу ЖКХ, городского хозяйства в целом. Легко заметить, что как только чиновники доводят какой-то сектор нашей жизни до полного развала, они растерянно отступают в сторону и пытаются взвалить неподъемный для них груз на бизнес. Предприниматели создают ТСЖ, кооперативы жильцов, домовые комитеты. Как только чиновники приоткрывают дверь для народной инициативы, неизбежно предприниматели берут в свои руки местную власть, наводят порядок в многоквартирном доме и муниципальном округе.

Общий интерес корпорации чиновников состоит в том, чтобы скрыть настоящую роль Предпринимателя в жизни общества. Чиновник каждый день имитирует свою значимость, приписывает достижения бизнеса себе и списывает на бизнес свои ошибки и преступления. Причем ошибки объективные и преступления неизбежные – произошедшие из принципиальной невозможности чиновника быть не просто субъектом экономического развития, но даже гарантом элементарного физического выживания человека, общества и государства. Чиновник как наемный служащий, менеджер, бухгалтер, секретарь по своей профессии не является субъектом движения денег, товаров, услуг, ресурсов. Он может совершать экономические действия только по приказу Монарха или по поручению собрания Предпринимателей, республиканского парламента. Как только Чиновник берется не за свое дело — за принятие решений — то начинаются разруха, кризис, безработица и голод. Разумеется, и причину кризиса и голода чиновник старается свалить на бизнес!

Чиновник против безопасности граждан. Размывание ответственности

Свидетельства того, что Чиновник объективно не способен обеспечить элементарное физическое выживание людей там, где они реально живут — это объявления «Осторожно, сосульки!», «Осторожно, гололед!» или «Купание запрещено!», которые встречаются в наших городах на каждом шагу. Например, на весь многомиллионный морской город Петербург многие годы признавался безопасным для купания лишь один небольшой пляж Безымянного озера в Красном Селе, а в 2014 году купаться было запрещено и здесь! Но люди купаются везде и тонут везде. Власть города это знает, но ничего сделать не может, потому что централизованно обеспечивать пляжи спасателями и спасательными средствами на 2-3 жарких месяца — дело экономически невыгодное.
Объявления, подобные «Осторожно, сосульки!» или «Купание запрещено!» снимают с власти ответственность за гибель россиян, но не спасают людей от гибели. В Петербурге — да и в любом другом городе России — безопасно купаться нельзя нигде, случайно утонуть можно везде. Спасение людей – естественная работа местных предпринимателей через самоорганизацию на местах. Но Чиновники бизнесу такой возможности не дают, забирая налоги в региональный и федеральный бюджеты, тратя их на более масштабные и полезные для себя проекты, не думая о насущных проблемах своих соседей.

Есть правила личной и общественной безопасности, правила технической и экологической безопасности. И есть еще очень много правил безопасной жизни и работы на каждом малом или крупном предприятии в сложно устроенном современном городе и государстве. За соблюдением этих правил следят чиновники многочисленных контролирующих органов — от городской пожарной инспекции до МАГАТЭ. Если случается пожар в ночном клубе или падает самолет, то чаще всего в этом виноват чиновник, конкретный инспектор, подписавший акт приемки пожароопасного здания или допустивший эксплуатацию аэропорта с неисправным навигационным оборудованием. Но в итоге виновным объявляется собственник клуба или водитель снегоуборочной машины, выехавший на взлетно-посадочную полосу.

Чиновники контролирующих органов избегают законного наказания благодаря бюрократической уловке, которую можно назвать «размывание ответственности». Решение о вводе в эксплуатацию пожароопасного помещения или неисправного оборудования принимает инспектор, начальник отдела, департамента, имеющий право по закону принимать такое решение. Но сам не подписывает акт, а дает устное указание поставить подпись своему подчиненному, как правило молодому, начинающему чиновнику. Если случается катастрофа, то начальник ни за что не отвечает, так как нет его подписи, а подпись подчиненного недействительна, так как он вообще не имел законного права такие решения принимать и такие бумаги подписывать. В худшем случае он получит административное наказание за «превышение должностных полномочий» или «халатность», но уголовной ответственности избегают оба. Молодой чиновник доказал свою преданность начальнику, лояльность Системе, сделает хорошую карьеру и уже сам будет «подставлять» своих подчиненных.

Безответственность власти намного опаснее для человека, общества и государства, чем пресловутая коррупция. Чем сильнее в стране власть Чиновника, чем крепче «вертикаль власти», тем менее безопасна жизнь в этой стране.

Если какая-то авиакомпания прославилась авариями и крушениями самолетов, то можно поменять компанию, не летать ее самолетами. Авиакомпания потеряет репутацию и обанкротится. Но как поменять государство, Родину, власть которой потеряла репутацию ответственной власти? Переехать в другую страну, где чиновники пока еще под контролем бизнеса, общества и жизнь пока еще более безопасна? Но, к сожалению, именно «пока» — всеобщий тренд на бюрократизацию, падение уровня личной, общественной, государственной безопасности очевиден во всем мире.

Две системы власти и две элиты

С уходом с исторической сцены Монарха его место готовы были занять Предприниматель и Чиновник. Первый — с опытом управления городами и государствами, второй — с опытом наемного служащего у Монарха. То есть опыт субъекта долгосрочного развития, творца истории был только у Предпринимателя. Причем опыт успешный — свидетельством тому города-республики Европы и России, Ганзейский союз городов, Голландия как государство купцов-воинов. Петр Первый, как известно, перед тем как реформировать Россию, ездил учиться именно в Голландию, которая в то время превосходила в морской торговле и соответственно в морском деле Испанию и Англию. Традиции самоорганизации голландских купцов-воинов в управлении государством не были забыты и на другой стороне Земли — стоит вспомнить, что до 1664 года Нью-Йорк назывался «Новый Амстердам».

Опыт создания США — последний чистый пример создания государства предпринимателями «с нуля». США — это союз предпринимательских государств, созданных предпринимателями, бежавшими из Европы от притеснений монархов и чиновников. Чиновники в Америку не эмигрировали за полной их там невостребованностью. В фундамент нового государства были заложены предпринимательские интересы и профессиональные репутации, переселенцы сами создавали свое местное самоуправление, затем из муниципальной самоорганизации естественным образом выросли государства-штаты, затем выросло государство, объединяющие штаты. Цель каждого штата и Соединенных Штатов – помогать предпринимателям выполнять свои профессиональные обязанности на местах.

Власть Монарха — власть лояльности. В центре жизни монархического государства — монарх, президент, правительство, Центральный бюджет, Резервный фонд. Все крутится вокруг бюджета и все взоры обращены к бюджету — и тех, кто платит налоги, и тех, кто получает от государства помощь, ждет госинвестиций, дотаций, субсидий, трансфертов. Реализуется принцип «Человек для государства». Элиты формируются сверху, по признаку личной преданности, лояльности Монарху или иному Хозяину Центрального склада.

Власть Предпринимателя — власть репутации. В центре предпринимательского государства, предпринимательской республики — муниципалитеты. Все институты, уровни и ветви власти подчинены задаче обеспечения успешной жизнедеятельности местного самоуправления. Таким образом реализуется принцип «Государство для человека» и по-другому он не может быть реализован — весь народ и каждый человек со своей семьей живет в конкретном городе или селе.

Республиканская элита формируются снизу, по признаку честного энергичного служения родному муниципалитету и людям, в нем проживающим. Это и есть подлинное народовластие, власть народа: народ обладает всей полнотой власти в муниципалитетах, а муниципалитеты — цель и центр государственного устройства.

Любая профессиональная и гражданская репутация и соответственно успешная карьера берет свое начало на местном уровне. В США это неписанное правило было прервано партийным чиновником Бараком Обамой — отсюда как следствие его социализм, анти-патриотизм, недоверие к бизнесу и беззаветная любовь к централизованному государственному управлению.

Разница между Монархом и Предпринимателем во главе государства – это разница между лояльностью и репутацией. Лояльность – это то, что Монарх требует от народа в виде преданности и готовности умереть за династию. Репутация – это то, что народ требует от Предпринимателя в его экономических и общественных делах в виде честности, справедливости, патриотизма. Элита репутации приходит снизу, из народа, и этим она кардинально отличается от элиты лояльности.

Разница между Монархом и Предпринимателем во главе государства проявляется в том числе во время чрезвычайных ситуаций. Монарх тоже может оказывать помощь своим подданным. Например, во время эпидемии послать деньги, лекарства, лучших врачей в район бедствия. Но может и не послать – если население пострадавших районов кажется ему недостаточно лояльным.
Или – квази-монарх, президент, лидер правящей бюрократии, партии или иной «элиты лояльности» не окажет достаточной помощи избиратели пострадавших районов, неправильно голосовали на последних выборах. Такое предметное наказание заставит подданных быть еще более лояльными «партии власти».

Предпринимателю или иному представителю «элиты власти» , возглавившему республику, ставшему президентом в результате аналогичных всеобщих выборов, не простят такую жестокую несправедливость. Президента не поймет ни поддержавшая его предпринимательская элита, ни избиратели. Пусть жители пострадавших районов голосовали за другого кандидата и нелояльны победителю предвыборной гонки, но ведь они платят налоги. Они заплатили за эту государственную услугу – помощь в трудный час. Глава государства потеряет репутацию и с «подмоченной» репутацией потеряет власть. В дальнейшем никто не захочет вести с ним дела — ведь если однажды он нарушил договор с избирателями, то способен опять нарушить – уже с партнерами по бизнесу. Потерять репутацию легко, а восстановить очень трудно.

Государственные риски Предпринимателя

История — не только американская — доказывает, что современные, так называемые национальные государства, созданы именно бизнесом соответствующей страны. Это исторический факт — национальные государства создавались национальными буржуазиями. Цель выросшего естественным образом из местного самоуправления государства, назначение собираемых в государственный бюджет налогов — это помощь местному самоуправлению в кризисных ситуациях, помощь Предпринимателям в исполнении своих профессиональных обязанностей. Эта помощь как высшая цель государства по пунктам:

1. обеспечение законами и правоохранительными органами свободы торговли и неприкосновенности частной собственности;
2. защита своих купцов, предпринимателей всей военной мощью государства во всех уголках планеты;
3. компенсация из централизованного бюджета тех расходов, которые предприниматели понесли, спасая людей в борьбе со стихией, в иных чрезвычайных ситуациях;
4. господдержка образования, фундаментальной науки с целью помочь Предпринимателю в ускорении научно-технического прогресса, создании новых технологий, производств товаров и услуг;
5. охрана торговых путей, строительство новых дорог, господдержка инфраструктурных проектов, необходимых для развития бизнеса.

При этом на стыке местного муниципального управления и централизованного государственного управления неизбежно возникает противоречие, которое создает для Предпринимателя государственные риски. С одной стороны, чем больше и сильнее государство, тем больше помощь отечественному бизнесу по всем пунктам. Но с другой стороны, чем сильнее государство (благодаря усилиям отечественного бизнеса!), тем сильнее влияние федерального центра, наемных чиновников и силовиков. Как следствие, растет риск того, что исполнительная власть и силовые структуры выйдут из-под контроля предпринимательского парламента.

Чтобы этого не произошло, предприниматели, создавшие США, заложили в политическое устройство государства принципы и механизмы общественной безопасности (частично привезенные из Великобритании). По тем же пунктам законодательно были приняты следующие меры:

1. частная собственность, экономические свободы и принцип конкуренции — под защитой суда и правоохранительных органов, при этом полиция — муниципальная, судьи и прокуроры выбираются на местах самими жителями. Президент США лишен права помилования преступников, оно есть только у губернаторов. Добровольная Национальная гвардия (подчиняется губернатору) и свободное ношение оружия — еще два серьезных препятствия вмешательству вашингтонских чиновников в дела штатов и муниципалитетов;
2. если вспомнить Великобританию, то в этой «конституционной монархии» до сих пор нет Конституции. При этом первыми же законами парламент обеспечил защиту купцов во всех уголках света — всей военной мощью государства. Таким образом, для практичных британцев свобода и безопасность торговли важнее и полезней Конституции! Под безусловной жесткой защитой за рубежом находятся и бизнесмены, все граждане США;
3. американские предприниматели во время стихийных бедствий спасают свои городки и всех жителей. Механизмы компенсации их расходов четко отработаны, традиционно это освобождение от местных налогов на несколько лет. Налоговую недостачу муниципалитету компенсирует штат, при необходимости подключается федеральный бюджет. Система бюджетных отношений в США, таким образом, выстраивается снизу вверх и четко обеспечивает исполнения предпринимателями своей профессиональной обязанности спасения жизни и собственности людей. Если бы предприниматели Шарьи, восстановившие смытый наводнением мост, жили в Америке, то были бы освобождены на пару лет от налогов. Происходит это потому, что мэр и губернатор штата если сами не бывшие бизнесмены, то их отцы были бизнесменами. Любая партийная карьера в США обязательно начинается с местного самоуправлении, любая общественно-политическая репутация зарабатывается на местном уровне. Для того, чтобы федеральное правительство не отрывалось далеко от интересов предпринимателей, все основные политические решения, в том числе и выбор президента, принимаются на уровне штатов. В Великобритании действует еще более строгий механизм обеспечения приоритетности интересов общины перед интересами государства. По традиции местное самоуправление беспартийно, претендент на любой пост в муниципалитете не может быть членом обще-британской партии. Например, отец Маргарет Тэтчер, торговец, скрывал свои партийные взгляды, чтобы стать мэром. В самом деле: кому интересна политическая программа кандидата, когда соседи знают человека с детства;
4. образование, наука и культура в самых предпринимательских странах, в США и Великобритании — лучшие в мире. Благотворительные взносы бизнесменов в университеты, в научные исследования вычитаются из налоговой базы – таким образом научно-технический и экономический прогресс четко отнесены к профессиональным обязанностям Предпринимателя, а не госчиновников. После 2008 года Барак Обама организовал государственное финансирования ряда высокотехнологичных компаний, но все они обанкротились, бюджетные деньги исчезли. В США нет министерства культуры — поэтому кино, музыка и поэзия на первом месте в мировой культуре;
5. автодорожная сеть США и Европы — стимул к развитию внутренних рынков, основа многообразия местных малых и средних предприятий. В этом ее отличие от российской в основном железнодорожной транспортной сети, ориентированной на крупный бизнес и госкомпании.

В России прямо противоположная ситуация — де факто полное подчинение Предпринимателей административной и силовой бюрократии, а местного самоуправления — губернаторам и Кремлю. Тенденцию к росту государственных рисков для бизнеса можно наблюдать по тем же пунктам:
1. частная собственность и экономические свободы условны, не защищены судебной властью и правоохранительными органами. Частный бизнес не может конкурировать с госмонополиями, госкомпаниями, пользующимися административной и силовой поддержкой на всех уровнях власти;
2. российская власть официально признала неспособность отстаивать интересы российских бизнесменов за рубежом, призвав их возвращаться в Россию. Даже самые слабые и малые страны не боятся действовать жестко в ущерб российскому бизнесу. Последние примеры — конфликты Черногории с Дерипаской и Белоруссии с Керимовым;
3. Предпринимателям, построившим мост в Шарье, чиновники никогда не простят то, что те помешали им «освоить» 14 бюджетных миллионов. Постараются посадить под любым надуманным предлогом. По той же причине был посажен Ходорковский — он собирался построить на свои деньги нефте-газопровод в Китай — намного дешевле, чем госкомпании строят за счет бюджета;
4. образование и наука в России быстро деградируют, бизнес не получает для своего развития специалистов необходимого качества. Не только учителя и ученые — практически все профессии собираются чиновниками в «колхозы» — министерства, творческие союзы, академии — и выстраиваются в очередь к Центральному Бюджету. Управление этой очередью и поддержание в ней порядка входит в профессиональные обязанности чиновников и силовиков, поэтому в российской экономике чиновники и силовики — самые востребованные профессии! Востребованность и благополучие всех остальных профессий зависит не от профессионализма, качества образования, таланта и трудоспособности, а от соблюдения порядка в очереди к окошкам-кормушкам, лояльности главе «колхоза» (своему министру, председателю творческого союза; президенту Академии наук);
5. транспортная инфраструктура в России на уровне 19 века, то есть железнодорожная. Автодороги не строятся, поэтому местный малый бизнес, для которого железная дорога недоступна, даже если проходит рядом, не имеет перспектив развития в потенциально богатейшей стране мира. А без Предпринимателя, без настоящего хозяина глубинка вымирает, огромные территории становятся безлюдными.

Почему распался СССР и распадется Россия?

Профессия Монарха «Монопольное управление Центральным Складом, Казной, Бюджетом» подразумевает управление обширными территориями, сбор налогов с живущих на этих территориях подданных. Эта территория часто называлась государством, а Монарх — государем, а страна отождествлялась с государем. Но государство Монарха сильно отличается от государства Предпринимателя по такому признаку, как целостность. Целостность государства является неотъемлемым атрибутом государства, созданного Предпринимателями. А для Монарха целостность подвластной территории отнюдь не столь существенна — для него высшей ценностью являются интересы династии. Монарх всегда и в любой момент мог разделить подконтрольную территорию между наследниками, он даже считал своим долгом перед смертью разделить владения, чтобы избежать братоубийственной войны сыновей за престол. Монарх мог пополнить бюджет за счет продажи части территории вместе с подданными.

Аляска с 1732 года осваивалась сибирскими купцами, но в 1799 году была создана полугосударственная монополия Русско-Американская Компания, штаб-квартира которой переместилась из Иркутска в Санкт-Петербург, а купцов в руководстве компании постепенно вытеснили царские сановники и морские офицеры. Бюрократизация управления привела к тому, что прибыльный бизнес захирел, Аляска стала обузой для царской казны и в 1867 году была продана США. Нерасторопность чиновников госкомпании привела также к потере Россией Гавайских островов и продаже поселений в Калифорнии, крупнейшим из которых был легендарный Форт-Росс.

Екатерина II была категорическим противником монополий и убежденным сторонником свободной частной инициативы, поэтому до ее смерти в 1796 году Русско-Американская Компания не могла быть создана. Если бы новый российский царь Павел I был воспитан в том же экономически прогрессивном духе, как и его мать, то Аляску и Калифорнию продолжали бы осваивать купцы, поддерживаемые, а не руководимые государством, чиновниками и флотом. И России сегодня принадлежала бы не только Аляска, но и часть Западного побережья Северной Америки.

Форт-Росс был основан Россией в 1812 году на земле, купленной русскими купцами у индейцев, а караваны американских переселенцев пришли в Калифорнию лишь в 1836-м. У российских, американских и канадских колонистов был тогда общий злейший враг в Новом Свете – Британия, поэтому был хороший стимул договориться. Кто знает, как бы повернулась история Русской Америки, российского фронтира в Западном полушарии, если бы с американскими и канадскими предпринимателями договаривались не государственные чиновники и военные, а русские купцы, действительно умеющие договариваться.

Предприниматели для исполнения своих профессиональных обязанностей, для защиты (если нужно — военной) торговых путей, караванов и судов во всех уголках планеты кровно заинтересованы в сильном государстве. Государство — родное детище Предпринимателя. Это не первый, самый любимый ребенок, коим является Муниципалитет, но тем не менее дитя родное и желанное.
Любое ослабление государства ставит под угрозу интересы и безопасность Предпринимателя за границей. Тем более катастрофичен для бизнеса распад государства — появляются новые границы, таможни, разрушаются налаженные торговые и производственные связи.

У Монарха интересы династии и принцип целостности государства не совпадают, могут противоречить друг другу. У Предпринимателя интересы бизнеса и нерушимости государства совпадают, работают в одной упряжке.

После смены монархического правления республиканским и благодаря ведущей роли Предпринимателей в парламентах ряда ведущих стран целостность государств и нерушимость границ были объявлены высшей ценностью, очевидными и привычными для всех руководящими принципами в международных отношениях.
Человек быстро привыкает к хорошему: люди быстро привыкли к тому, что государство и его целостность, государство и нерушимость границ — понятия неразрывные. Люди забыли, что совсем недавно, до предпринимательской экономики и буржуазных национальных государств это было совсем не так. Поэтому никто в мире не мог предвидеть такого невероятного казуса, чтобы великое могучее государство — Советский Союз — вдруг за несколько дней распалось и исчезло с карты мира. Никто до сих пор не может понять, почему это произошло, а многие до сих пор не могут поверить в то, что это действительно произошло!

На самом деле все предельно просто: в СССР не было бизнеса как субъекта, безусловно и долгосрочно заинтересованного в целостности государства. Не было в СССР такого мощного заказчика и лоббиста целостности государства, каким является отечественный Предприниматель. Поэтому советская империя и распалась — в полном соответствии со славными монархическими традициями. Наследники Горбачева, правители республик во главе с Ельциным просто подсидели и свергли слабеющего правителя. И успешно поделили наследство. А Горбачев во время этой бескомпромиссной схватки с Ельциным использовал, раздувал статусные мечты и планы более мелких правителей Урала, Сибири, Кавказа и других регионов. То есть уже тогда в квази-монархических интригах советской номенклатуры были заложены предпосылки будущего распада России.

Стремлению амбициозного государственного деятеля или просто влиятельного партийного функционера отделиться вместе с частью государства, возглавить собственную вертикаль власти, создать свою династию, может противостоять только Предприниматель. Советское государство было исторически обречено в тот момент, когда большевики уничтожили буржуазию, запретили частную собственность и право наследования.
Если новой посткоммунистической Россией будут управлять Предприниматели через сильную местную власть и республиканский парламент, то государство сохранится. Если бизнес будет окончательно задавлен бюрократической вертикалью, если править страной будут чиновники и силовики, то Россию следом за СССР ждет неизбежный распад.

Предприниматель при необходимости делит между наследниками свой капитал, свою бизнес-империю — но не делит государство. Монарх собирает свою империю, завоевывает новые территории — для того, чтобы потом разделить страну и проживающий в ней народ между наследниками. Так Александр Невский поделил русские земли между сыновьями, Иван Грозный долго собирал русские земли кровавой ценой междоусобных войн — только для того, чтобы в «Духовном завещании» разделить их между своими сыновьями. Царь умер, наследники умерли (сами или им помогли) и страна погрузилась в еще более кровавую междоусобную Смуту. Русь перестала бы существовать, ее поделили бы между собой западные, южные и восточные соседи, но на историческую арену вышел более эффективный общественный спасатель – Предприниматель.

Нижегородский купец Минин вместе с коллегами собрали деньги, наняли войско во главе с Пожарским и освободили Москву от поляков. Минин не хотел стать царем, даже не баллотировался на Земском Соборе — он, как и все купцы, хотел безопасной торговли, стабильной мирной жизни в сильном едином государстве. День Единства и Согласия, который мы недавно начали праздновать — это, конечно, его праздник, это День Предпринимателя, настоящего спасателя и собирателя Руси.

В наше время Предприниматели действуют так же, как действовали всегда, на самых крутых поворотах истории. Более половины промышленников Каталонии выступают против отделения от Испании и призывают каталонских политиков отказаться от планов развала страны. При этом на всякий случай многие уже перерегистрировали свой бизнес в другие испанские регионы или вообще покинули Испанию. А в Великобритании 132 крупнейших шотландских предпринимателя резко выступили с открытым письмом против распада единого экономического пространства и неизбежной экономической катастрофы.

Политики и чиновники могут не слушать отечественных предпринимателей, проводить референдумы, делить власть и территории. Бизнес, потеряв стабильность, веру в будущее, в возможность долгосрочного планирования своей работы, будет вынужден покинуть Родину. А без бизнеса страна обречена сваливаться в штопор, разваливаться на все более мелкие осколки — до суверенных деревень и полевых командиров.

Если без учета профессиональных интересов Предпринимателей государство падает в пропасть экономически и рассыпается на мелкие осколки политически, а с Предпринимателем все дальше удаляется от пропасти и распада, то логический вывод очевиден: управлять государством должны именно предприниматели.

Сегодня власть в России уже начинает формироваться снизу, естественным образом – через домовые комитеты, ТСЖ, органы местного самоуправления. Школу управления проходят самые активные граждане, среди них много местных Предпринимателей. Тормозят эту перспективную эволюцию народной власти даже не чиновники, главное препятствие – непонимание самим бизнесом своей роли в государстве, потеря многовековых навыков созидания эффективной и справедливой власти. Если восстановить эти навыки и практически ясную цель, то бюрократические барьеры и правительство перестанут быть препятствием, а вчерашний соперник – Чиновник – станет союзником в разумной и выгодной для всех эволюции.

Профессия Чиновник

Изначально профессия Чиновника — это «Учет запасов Центрального Склада, исполнение решений Монарха или парламента Предпринимателей».
Как представитель любой наемной профессии, Чиновник ограничен в своей деятельности сроком найма на работу. Его профессия — исполнительская, собственных решений по управлению государством и развитию экономики — профессиональных ответственных решений — Чиновник не принимает. По содержанию задач это профессия секретаря, советника, помощника, менеджера, администратора.

Профессия чиновника, безусловно, является полезной и важной – но лишь в том случае, когда чиновник на своем профессиональном месте занимается своим делом. Если он оказывается в роли, к которой профессионально не готов и пытается принимать решения, ответственность за которые выходят за рамки его профессии – то мы получаем кризис в экономике и хаос в политике. Точно также если всеми уважаемый слесарь-жестянщик берет в руки скальпель и пытается сделать больному операцию на сердце, всякий разумный человек постарается его остановить – но не потому, что хочет как-то оскорбить профессию слесаря-жестянщика.

Темпологическое и субъектное несоответствия профессии Чиновника тому месту, которое он занял в государстве и в международных делах в 20 веке, сделало экономические кризисы неизбежными. По итогам каждого кризиса Чиновник все более увеличивал свою самозваную власть, все более подгонял долгосрочную частную экономику под свои краткосрочные интересы. В результате государственного вмешательства еще более сужался горизонт планов и возможностей для бизнеса – и новый кризис получался еще масштабней. А это в свою очередь служило демагогическим основанием для еще более жесткого государственного контроля над бизнесом, делало власть еще более бюрократизированной.

В 20 веке Чиновник — встав не на свое место, на вершину государственной и мировой власти — де факто стал главным бенефициаром разрушения экономики, глобального экономического и военно-политического Апокалипсиса.

Почему после Монарха к власти пришел Чиновник? Он был силен и при Монархе — сановники правили, когда Монарх был занят войной, болел или просто по разным причинам доверял своим министрам какую-то часть полномочий. Разумеется, это была временная власть и временные полномочия.
Монарх всегда считал для себя самым важным и прилагал все силы для того, чтобы воспитать и оставить после себя мужественного, мудрого и волевого, то есть профессионально подготовленного наследника. Если волею судьбы после сильного Монарха приходил слабый, несовершеннолетний или по иной причине недееспособный отпрыск — тогда ближайшие сановники временно правили сами от имени юного Монарха. Очевидно, что такая ситуация — самая желанная и приятная для влиятельных чиновников.
В 20 веке возникла аналогичная ситуация, приятная для бюрократии во всех отношениях. Чиновники стали править сами от имени народа, а народ — он с одной стороны вроде бы источник власти, а с другой – всегда недееспособен и неопытен, как малолетний царевич.

Демократия в 20 веке — это власть чиновников от имени политически недееспособного и неопытного народа, в том числе и неготовых к бремени государственной власти предпринимателей.

В интересах правящей бюрократии — сделать свое временное правление постоянным, а для этого надо всегда держать народ в подростковом состоянии. Этого невозможно было добиться с Монархом, за которым стоит династия, а в династии всегда найдется какой-нибудь сильный близкий или дальний родственник, который повернет ситуацию в свою пользу и взойдет на престол. Да и царевич неизбежно подрастет и возмужает. А вот народ при всей своей многочисленности и многообразии одинок и беззащитен перед административной и силовой бюрократией, армией чиновников, политиков, генералов.

Но чем больше времени Чиновник занимает не свое место на вершине власти, тем чаще и глубже экономические кризисы, тем разрушительней политическая смута. Чиновник на рабочем месте Монарха или Предпринимателя — это эффективный менеджер Апокалипсиса.

Власть Бюрократии

В Российской империи и в целом в Европе к началу 20 века сила и влияние бюрократии были очень велики. Даже в международных отношениях европейские правительства не всегда проводили линии своих Монархов, министры и послы часто придерживались своего мнения, кого считать союзником, а кого врагом, действовали самостоятельно.

Пресловутые бояре, с которыми насмерть бился Иван Грозный, были по своему происхождению полководцами дружин его отца и деда, опытными военными и политическими специалистами, которые «доставали» молодого царя своими советами.

В России сила чиновничьего сословия объяснялась еще и огромностью территории, разнообразием условий жизни и экономических интересов на далеких окраинах. Николай II, входивший в пятерку самых богатых людей планеты и державший свои активы в английских банках, объективно был менее гибок в хитросплетениях внешней политики и экономики, чем его министры и губернаторы.
Править таким колоссальным по территории и многообразию государством, как Российская империя, из одного центра, принимать одно решение для Варшавы и Порт-Артура — невозможно. Монархия в России была обречена, на смену ей должна была прийти или сверху — административно-силовая корпорация чиновников, или снизу — сообщество предпринимателей, выстроивших республиканскую власть от сильных земств и губерний до Государственной Думы. Выбор определился тем, что в России в 1917 году общественное мнение оказалось анти-предпринимательским.

По уходящей в древние времена традиции Чиновник — это часто пожилой человек, с богатым стажем работы в своей профессии. Например, полководец в отставке, по состоянию здоровья неспособный сам ходить в походы, но ценный своим опытом. Или опытный дипломат, ученый, судья, адвокат, бывший успешный губернатор или промышленник, передавший дела наследникам. В общем, признанный специалист, эксперт в какой-либо области. В России это Витте, Столыпин и другие — каждый со своим мнением и голосом.

В 20 веке, в эпоху временного безвластья и отсюда революционных экспериментов с властью, стала больше цениться молодая энергия, чем репутация и опыт. Правящие бюрократии стали все чаще пополняться молодыми функционерами, которые недостаток профессионализма и знания жизни восполняли радикализмом и революционностью. И при этом как ни странно – повышенной лояльностью к партийному начальнику. Когда своим назначением во власть юный воспитанник ленинской или маоистской партии, комсомола или гитлерюгенда, простой парень из деревни обязан только воле начальника, он бесконечно своему начальнику предан. Таким образом в политических партиях демократического 20 века возрождалась в виде партийной дисциплины, так называемых «социальных лифтов» монархическая лояльность, мощно пошла наверх элита лояльности. Такого не было в буржуазно-республиканских революциях 18 и 19-го веков, и даже в Февральской революции в России, когда к власти приходили независимые профессионалы, популярные в народе адвокаты и журналисты, то есть элита репутации.

Власть Чиновника в 20 веке — это коллективная власть  нескольких кланов административно-силовой бюрократии, сменяющих друг друга по результатам демократических выборов. Итоги демократических выборов неоднозначно предсказуемы – неизвестно, какой именно из кланов победит, но побеждает всегда административно-силовой клан.

Буревестники новой власти

То, что государствами в 20 веке будет править бюрократия, предвидел и описал еще в 1910 году великий провидец будущего Герберт Уэллс — в романе «Новый Макиавелли». Устами одного из героев он так представил свое видение нового мироустройства: «Со временем управление общественными процессами становится все более сложным делом, требующим специальных, и в том числе технических, знаний. В такой ситуации выборный чиновник все менее надежен. По нашему мнению, всемерно подготовленные для управления страной специалисты должны стать особым, весьма могущественным классом общества. Добиться этого — наша цель. Возможно, мы строим государство будущего».

Главные герои романа Беатриса и Сидней Вебб (под вымышленными именами), идеологи английского социалистического Фабианского общества, осознанно и целеустремленно готовили победу нового правящего класса — государственной бюрократии. Министр торговли и будущий премьер-министр Британии У. Черчилль, самый прилежный и внимательный ученик супругов Вебб, так говорил о новой государственной идеологии, о роли государства в экономике: «Государство должно все больше играть роль запасного работодателя… Мы все хотим свободной конкуренции… но надо натянуть защитную сетку над пропастью».

Если ранее роль такой «защитной сетки» над пропастью, роль страховых резервов на «черный день» играла частная собственность, капиталы Предпринимателей, или казна Монарха, то экономической основой нового государственного устройства должен был стать госбюджет, управляемый Чиновниками (просвещенными профессионалами, экспертами — по-фабиански).

Идеологи фабианского социализма (будущей европейской социал-демократии) Беатриса и Сидней Вебб, в отличие от Маркса, мечтали «не убить свободное предпринимательство, а приручить и подчинить его — не уничтожить богатых, а обложить их налогами». Такой порядок они назвали «государством всеобщего благоденствия». Беатриса Вебб была уверена: «Только государству можно доверить заботу о будущих поколениях». Очевидно, путая при этом долгосрочные государственные интересы предпринимателей с краткосрочными интересами избираемых на 4-8 лет политиков, нанимаемых на госслужбу чиновников и экспертов.

Декларация независимости частной собственности

20 век оказался урожайным на экономические эксперименты. В СССР, например, была не только уничтожена частная собственность, но и запрещено наследование сколько-нибудь значительного имущества. То есть граждане потеряли возможность самостоятельно планировать свою жизнь и судьбу своих детей, могли надеяться только на государство, на благорасположение советских чиновников. Большинству людей внутри советского или фашистского эксперимента могло показаться, что они живут в новой, более правильной и справедливой стране. Но решающим оказывался не факт короткого временного успеха, а более долгосрочный итог. 20 век показал трагичность всех бюрократических экспериментов и доказал «от обратного» единственно возможный исторический путь. Он всегда состоял и сегодня состоит в том, что собственность и власть должны находиться в руках Предпринимателя, настоящего создателя и собственности, и государства.
В момент передачи и то, и другое может лишь временно оказаться в руках государственного чиновника. Только временно, потому что собственность и власть над собственностью в руках непрофессионала, даже если он популярен в народе, избран на демократических выборах — это слишком высокий экономический и политический риск. В 20 веке эти риски зашкалили.

Одно из видимых отличий предпринимательской экономики от монархической — в количестве частных собственников в стране. Монарх в реальности может быть не всегда один — по принципу «Один Бюджет — один Хозяин» — но он принципиально один. Потому что сегодня он может терпеть рядом богатых аристократов и купцов в своем государстве, а завтра может любого ограбить и изгнать. Или это сделает его наследник.

Когда Предприниматель отстаивают неприкосновенность частной собственности, он не просто заботится о сохранности своего бизнеса, материальных ресурсов и денег. Предприниматель отстаивает право на более разумное и гармоничное государственное устройство, более безопасную жизнь для себя и своей семьи, а фактически — для всех граждан.

Поэтому в предпринимательской экономике частных собственников не просто много — их число может быть любым, оно никем, принципиально никакой центральной властью не ограничено. Чем больше богатых купцов и промышленников, бесстрашных путешественников, талантливых изобретателей — тем выше уровень жизни над пропастью смерти. Чем больше предпринимателей, товарных и финансовых связей между ними в соседних и далеких странах, тем быстрее в случае неурожая будет доставлено продовольствие, а в случае эпидемии — лекарство в необходимом количестве.

Чтобы вместо одного монархического Центрального Склада и Госбюджета возникло много предпринимательских складов и бюджетов, эти склады и бюджеты должны быть независимыми от центральной власти. Для того, чтобы предпринимательская экономика могла работать, а Предприниматель — успешно исполнять свои профессиональные обязанности, не отстаивая каждый раз свое имущество с оружием в руках, было создано Государство. Создано для защиты частной собственности всех граждан, для защиты в том числе и товаров купцов далеко за границей — всей силовой мощью государства. Когда американцы принимали Декларацию независимости, то декларировали независимость своей частной собственности от английской короны, объявляли, что теперь сами будут защищать свою собственность и создают для этого новое государство.

Джон Локк утверждал, что люди придумали и создали государство для защиты своей собственности, а СОБСТВЕННОСТЬ — это то, что человек может отчуждать (дарить, продавать) только СОБСТВЕННЫМ решением. То есть решением независимым и свободным.

Если государство в лице чиновника считает возможным лишать граждан собственности под благовидным предлогом национальных, классовых, иных важных государственных интересов или антикризисных мер, то теоретически можно признать эти интересы и меры важными. Но в реальном итоге, если неприкосновенность частной собственности будет нарушена, то государство перестанет существовать. Аристотель называл народы, в которых нет права частной собственности, варварскими, и не зря 20 век стал называться веком «нового варварства».

Демократически избранные президенты — от Барака Обамы до Николаса Мадуры — могут и не помышлять о монархическом будущем. Но, ставя под сомнение независимость бизнеса и неприкосновенность частной собственности, усиливая роль своих правительств и Центробанков, они объективно уничтожают предпринимательскую экономику, заменяют ее монархической экономикой, а сами превращаются в новых «монархов» — уже не с династической, а с демократической легитимностью. То есть – в квази-монархов.

Демократическая легитимность Чиновника

В то время, когда у Предпринимателя как претендента на самую высокую роль в управлении государством возникли проблемы, временная власть Чиновника была легитимизирована всеобщим равным голосованием — на тот срок, на который он избирался как политик, или принимался на работу избранным политиком. То есть была реализована демократическая легитимность. После демократических выборов лидер нового властного клана, лидер победившей партии — президент — меняет ключевые фигуры в администрации, в силовых структурах, при необходимости распускает парламент, чтобы сделать его более послушным.

Власть Предпринимателя — тоже коллективная, но родом она из народа, из местного самоуправления. Происхождение Чиновника — столица, коридоры центральной власти вокруг Центрального бюджета. Чиновник никак не зависит от народа, он лоялен своему клану, который его принимает на работу и обеспечивает карьерный рост, а в случае необходимости – победу на выборах. В России Чиновник определяет свою общественную и профессиональную позицию в терминах лояльности, и преданности так называемой Системе. Он говорит: «Я — человек Системы». Клянясь таким образом в преданности своему клану, Чиновник надеется на взаимность — на то, что клан его не бросит, не оставит без работы, не отдаст под суд. В США похожая клановая система называется «партийной машиной».

В России чиновники возглавили государства на короткое время передачи власти от монарха и аристократии Учредительному собранию. То есть временно исполняли профессиональную функцию Монарха «Обеспечение безопасности государства через монопольный контроль над Центральным Складом, Казной, Бюджетом». Тот факт, что клану функционеров большевистской партии удалось удержаться у власти долгие 70 лет, говорит о том, что большевики были очень жестокими самозванцами, энергичными карьеристами, гениальными демагогами и пиарщиками. Но исторически советское правительство было таким же временным, как и правительство адвоката Керенского.

Неслучайно советский вождь называл себя Генеральным секретарем — это неосознанный сеанс саморазоблачения самозванца, самопризнание в незаконном захвате власти. Ведь секретарь — это мелкий чиновник, профессия которого лишь записывать решения Монарха или народного собрания Предпринимателей.
Советская система власти — это когда государством сверху, от кремлевской вершины власти до уровня местных Советов управляют чиновники. Как говорил Андрей Платонов, большевики победили, но создали не новую форму бытия, а новую бюрократию, административно-силовую власть. Да и сам Ленин писал: «Большевиков никто не может защитить, кроме генералов и бюрократов».

Ситуация с российской государственностью в 1917 году на самом деле была еще более неопределенной и зыбкой, чем это изображают сегодня в учебниках. Отсутствие власти и порядка в стране — да еще во время войны! – россияне воспринимали очень болезненно, и сильно преувеличивали, например, значение демократических выборов в Учредительное собрание. Это выразилось в лозунгах «Вся власть Учредительному Собранию!» и в обвинениях большевикам, что те разогнали законную, всенародно избранную власть в лице Учредительного Собрания. На самом деле это был не орган власти, не парламент, а всего лишь совещательное собрание, на котором депутаты должны были выработать контуры будущей республиканской власти, процедуры будущих демократических выборов в гипотетические будущие органы власти. Депутаты не договорились и не выработали…
Те же, кто умеют договариваться — Предприниматели — не могли победить ни на выборах в Учредительное собрание, ни на каких-либо иных демократических выборах. Сделать Предпринимателя непопулярным в глазах избирателей очень легко, поэтому бизнес по итогам всеобщего голосования всегда в меньшинстве. Государство российское, лишенное по разным причинам двух своих государство-образующих столпов — Монарха и Предпринимателей — перестало существовать.

Большевикам как новым Чиновникам удалось с помощью демократических процедур и популистской демагогии затянуть исторический переход власти и собственности от Монарха к Предпринимателю на десятилетия. Очень повезло тем странам, в которых этот переход власти и собственности произошел еще до внедрения в политическую практику всеобщего избирательного права — сейчас это самые развитые и цивилизованные государства.

Чем более продолжительное время Чиновник удерживался на вершине власти, тем больше представителей иных профессий встраивались в бюрократическую матрицу, мутировали в чиновников. Первыми в этой очереди естественным образом оказались профессии, наиболее близкие к пополнению и распределению бюджета, за ними выстроились и остальные. Чиновникам удалось исполнить мечту основателей европейской социал-демократии, супругов Вебб – «приручить и подчинить свободное предпринимательство». Этот «подвиг» можно сравнить только с покорением природы в Советском Союзе, поворотом сибирских рек.
Многое удалось Чиновнику в 20 веке – бесконечно продлевать и укреплять свою временную власть, убеждать всех в своей общественной важности и полезности, в демократии как единственно возможной «власти народа». Не удалось и никогда не удастся одного — обмануть экономику, добиться от квази-монархической экономики с государственным регулированием и монопольным принятием экономических решений той эффективности, той динамики роста уровня жизни, на которые способна только свободная предпринимательская экономика.

Квази-монархия и квази-монарх

Многонациональная Европа и ее «дочка», многонациональные США — это плоды упорных многолетних трудов Предпринимателей, от древнегреческих купцов до промышленников 19 века. Просвещенный гуманизм и пацифизм — это многовековые ценности Предпринимателя, лишь с недавних пор они стали называться европейскими и общечеловеческими. Современная демократия, которой нет и ста лет, тем более не имеет и не может иметь никакого отношения к идеалам гуманизма и просвещения. Демократическое всеобщее голосование было введено в практику в 20 веке с целью легитимации власти чиновников и квази-монархов, избираемых народом под контролем чиновников. Демократия — это инструмент Чиновника в борьбе со своим главным историческим конкурентом, Предпринимателем, который всегда будет оказываться на всеобщих выборах в меньшинстве.

Квази-монархия — это монархия без традиционной династической и божественной легитимности. Это централизованная власть чиновников с демократической легитимностью, получаемой через всеобщее голосование на выборах. Это временная власть сменяемого президента, вождя «партии власти», лидера победившего на выборах клана чиновников.
Естественно, общее у всех квази-монархий – это монархическая экономика с сильным центральным правительством и Центробанком, с одним источником государственного регулирования, финансирования.
Развитые и развивающиеся демократические государства разными путями и в разное время пришли к одному результату – к всевластию правящей административно-силовой бюрократии, к единому чиновничьему восторгу, празднику безответственности и бесконтрольности.

У монархии и квази-монархии схожие социальные инструменты. Всеобщее избирательное право также разделяет и ссорит людей, как разделял и ссорил их Монарх. Причем с каждыми новыми выборами ссорит все более жестоко и непримиримо. «Разделяй и властвуй» — девиз не только Монарха, но и Чиновника.

Квази-монарх — это главный чиновник страны, избираемый чиновниками или большинством населения под контролем чиновников. Если избранный глава государства увеличивает финансовую мощь центрального правительства в ущерб муниципалитетам и регионам, то это явное движение в сторону квази-монархии.

13 признаков анти-эволюции, деградации предпринимательской экономики в монархическую, а нанятого налогоплательщиками президента – в квази-монарха, владеющего, пусть и временно, не только бюджетом, территорией, но и жизнью людей, проживающих на этой территории:

1) Место работы президента (премьер-министра) совпадает с местом жительства его и семьи. Как Монарх жил во дворце и там же работал, принимал министров и просителей, так же, например, президент США живет с семьей по месту своей работы в Белом доме, или Янукович жил и работал в резиденции под Киевом;
2) Использовать главный монархический инструмент, то есть развязать войну, отправить солдат в чужую страну президент — он же Верховный Главнокомандующий — может сам, без решения парламента;
3) Право президента наложить вето на любой закон, принятый парламентом;
4) Ограничение контрольных функций избранных народом парламентариев, передача функций депутатского контроля над правительством, над чиновниками, в руки самих чиновников — в создаваемые при правительстве все более многочисленные бюрократические агентства, бюро, службы, управления;
5) Увеличение срока пребывания президента у власти;
6) Ослабление властных и финансовых полномочий местного самоуправления и регионов — в пользу усиления федерального Центра. Последний пример — Обамакейр, переводящий финансирование медицинских учреждений с уровня штатов на федеральный уровень. Независимость, в том числе финансовая, местного самоуправления — ключевая в определении степени народовластия в государстве. В республике народ, имеющий полную власть над муниципалитетом, делегирует часть своей власти, финансы и лучших людей на региональный и государственный уровень. Если независимости местной власти от центральной нет, то в стране не республика, а квази-монархия;
7) Рост налогов в абсолютных цифрах и перераспределение налоговых поступлений в пользу Центрального бюджета. А также перераспределение в пользу Центра самых легко собираемых и стабильных налогов, объем которых мало зависит от экономических спадов и кризисов. Таким образом, благополучие центрального правительства, федеральных чиновников не зависит от состояния экономики в стране. В республике наоборот — самые легко собираемые и стабильные налоги местная власть оставляет себе, а самые сложные — делегирует наверх. Что логично — квалификация специалистов по налогам в федеральном центре выше, чем на местах;
8) Признаком того, что страной управляют не Предприниматели, а Чиновники, является уплата налогов еще до получения прибыли — в виде авансовых платежей. А также плата за подключение к электрическим и газовым сетям и прочие авансовые поборы еще до открытия бизнеса или до получения прибыли;
9) Разрушение института частной собственности, превращение Предпринимателя в наемного работника у чиновников. Это реализуется через рост налогов, государственное и банковское регулирование бизнеса. Бизнесмен приводится в то состояние, когда он зарабатывает себе на жизнь, но не может заработать на развитие бизнеса. Начинающий предприниматель на самом деле не начинает свое дело, а нанимается на работу к правящей бюрократии, встраивается в бюрократическую матрицу. В США приобретение такого «бизнеса» называется «купить себе зарплату»;
10) Рост количества чиновников, министерств, федеральных агентств, государственных компаний и компаний с гос-участием;
11) Создание Центробанка — сверху, с фактическим подчинением квази-монарху, который назначает председателя. То есть Центробанк создается не банкирами, как высший орган банковского саморегулирования для координации профессиональных интересов, а Чиновниками для подчинения банкиров своей власти. А уже через банкиров, через контроль над деньгами как главным инструментом Предпринимателя бюрократия подчиняет своей власти всех предпринимателей;
12) Под предлогом государственных интересов Предприниматели вынуждены спрашивать разрешения у высших чиновников на совершение крупных сделок;
13) Рост военных расходов, армии, спецслужб, федеральной полиции. Рост всего, что подчиняется лично президенту и укрепляет его власть.

Наблюдаемые в 20 веке истории демократических государств — это истории превращения так называемых демократий в бюрократические квази-монархии. От Временного правительства и выборов Учредительного собрания — к Сталину, от Веймарской республики — к Гитлеру.
При этом истории монархических и квази-монархических правлений складываются сходным образом. Обычно в начале своего правления Монарх или квази-монарх показывает себя гуманным и человеколюбивым либералом. Даже Сталин в начале своего правления считался в мировом общественном мнении прогрессивным борцом со старыми партийными «динозаврами». Цель любого нового монарха очевидна — усыпить бдительность других претендентов на престол, чтобы потом по одному уничтожить.

Квази-монархи для государства и простых граждан намного опаснее настоящих Монархов. Родовая печать самозванства делает квази-монарха трусливым и непредсказуемым правителем. Поэтому в отличие от феодализма нео-феодализм менее стабилен и человечен — что и показал 20 век.
Превращение избранного президента в квази-монарха обычно проявляется в попытках удержаться у власти любой ценой даже после отпущенного законом срока правления. Для этого он и правящий административно-силовой клан должны:

1) удалять с политической арены не просто соперников и критиков режима, но людей просто независимых, лишь потенциально, теоретически способных на критику;
2) использовать экономическую мощь предпринимательской экономики, но при этом жестко пресекать любые попытки предпринимателей проявить себя в политике, стать популярными в общественном сознании;
3) бороться со свободой слова, быть готовыми спрятать страну за «железным занавесом», в информационном вакууме;
4) из страха перед своим народом, слишком свободолюбивым и непослушным, быть готовыми выдавить его из государства и заменить более послушными иммигрантами.

Деньги как профессиональный инструмент Предпринимателя

Деньги — рабочий инструмент Предпринимателя, он его изобрел, создал и только он умеет этим своим родным инструментом пользоваться. Рабочие инструменты Монарха и квази-монарха как профессионала — это административный аппарат, армия и флот, полиция и спецслужбы. Сколько бы золота не накопил Монарх в казне, его никогда не хватит на войны, которые с каждым веком все дороже. Сколько бы золота не запасли Чиновники в Резервном фонде и сколько бы дензнаков не напечатали в Центробанке, без Предпринимателя и без предпринимательской экономики они не работают на человека — только на инфляцию, на рост цен.

Деньги в квази-монархической экономике оказываются отделены от человека пропастью. С одной стороны пропасти — голодное население развивающихся стран и безработные в развитых странах, а с другой — деньги в резервах Центробанков и в гособлигациях. Изобретение Предпринимателя — деньги — Чиновник использует так же, как когда-то использовал Монарх зерно — для сбережения. При условии работающей за стенами Замка (Дворца, Кремля, Белого Дома) предпринимательской экономики удобнее, конечно, сберегать не зерно, а золото, которое складывается из налогов с Предпринимателей.

В государстве нет других денег, кроме денег предпринимателей, собираемых через налоги или пошлины. Когда российский Монарх продал Аляску, то это также были деньги Предпринимателей, но не отечественных, а американских. Центробанк может напечатать денег сколько угодно, но без работающей предпринимательской экономики они обесценятся из-за роста цен.
Деньги могут стать прочным надежным инструментом, сильной валютой только в руках Предпринимателя. Если сравнивать с Китаем и многими другими странами, то запасы золота в США мизерны. Сила и стабильность доллара — в таланте и активности американских предпринимателей, а не в количестве золотых слитков в подвалах американских банков.
Утверждение «Надежность национальной валюты обеспечена резервами национального Центробанка» поэтому не имеет экономического смысла. На самом деле только предпринимательская активность придает ценность золоту или бумажным деньгам – и соответственно любым золотовалютным резервам.

Но если за стенами современного Замка – Центробанка, Минфина и резервных фондов — деловая активность задавлена налогами и госрегулированием, то деньги без своего хозяина Предпринимателя теряют цену, девальвируются. Экономическое развитие прекращается и резервы быстро тают — что и произошло в России после того, как начиная с 2004 года частная собственность была «слита» в госкомпании.

Монарх – если он был профессионален и мудр — всегда поддерживал высокую деловую активность на рынках за стенами своего дворца, помогал бизнесу разумными законами, следил, чтобы купцов никто не обижал. Он знал – от отца или от мудрых советников – что если торговля и ремесла зачахнут, то без этих корней стройное дерево его династии рухнет. Без купцов и промышленников налоговые потоки в подвалы его Центрального склада быстро пересохнут, а без этих запасов «на черный день» монархия и сам Монарх никому не нужен, даже самым верным подданным. Если армия вовремя не получит жалованья, то полиция и спецслужбы попрячутся от солдат, когда те пойдут на штурм дворца.

В руках чиновников деньги — инструмент без хозяина. Без парламентского и общественного контроля со стороны предпринимателей этот инструмент неэффективен, бесполезен и даже вреден — какие бы инструкции от самых видных экономистов к нему ни прилагались. Все проклятия в адрес буржуев, денег и потребительства исходят от людей, которые тем или иным способом захватили инструмент Предпринимателя, но не умеют им пользоваться. И поэтому раздражены своей беспомощностью. Плохие ученики всегда издеваются и смеются над Учителем, чтобы скрыть свою бездарность. При всех заработанных монархами Саудовской Аравии или квази-монархами СССР нефтедолларах этих запасов надолго и на всех граждан никогда не хватит. Неизбежно придется часть населения уничтожить или разогнать, заменив мигрантами.

Без Предпринимателя между деньгами и человеком пропасть — во-первых, в пространстве. Чиновник не такой заядлый путешественник, как Купец, он не любит далеко и надолго удаляться от Центрального бюджета, надолго уезжать из Москвы – боится, как бы его место в очереди к кормушке не заняли другие активные халявщики и самозванцы. Поэтому гигантские по своим размерам и богатствам пространства Сибири и Дальнего Востока, освоенные когда-то Предпринимателями, деградируют под властью Чиновника. Деньги оттуда в Центр поступают, но обратно не возвращаются, что соответствует и направлению карьерных устремлений провинциальных чиновников — в Москву, в столицу, ближе к кормушке!

Без Предпринимателя между человеком и деньгами пропасть — во-вторых, во времени, темпологическая пропасть. Профессиональное мастерство Предпринимателя заключается в том, чтобы заранее предвидеть сюрпризы природы и готовить к ним поселок или город, создавать новые, все более совершенные оборонительные барьеры между человеком и враждебной природой, болезнями и прочими бедами. Технологический прогресс ускоряется не потому, что растут инвестиции в науку, а потому, что это все более и более «длинные» деньги. Инвестиционные проекты, планируемые бизнесом, становятся все более долгосрочными инвестициями в науку будущего, что дает ученым возможность проводить фундаментальные исследования, работать над самыми сложными загадками природы.

Долгосрочны планы не только Предпринимателя, но и любого человека. Это вложения в образование детей, в жилье через ипотечные кредиты. Но без Предпринимателя, уверенного в стабильном будущем развитии, катастрофически сужается горизонт планирования жизни, работы, будущего детей для всех граждан, представителей всех профессий. Например, долгосрочное ипотечное кредитование в России до 2014 года держалось только за счет долгосрочных кредитов западных банков, за счет долгосрочной работы предпринимателей Европы. Поэтому после введения санкций ипотека в России стала недоступной.

Темпологическая эволюция денег

Если Предпринимателей обложить высокими налогами, то они лишатся возможности инвестировать долгосрочно, в развитие, и в итоге экономика лишится «длинных» денег. Торговый капитал лишится возможности инвестировать в производство востребованных на рынке товаров, промышленный капитал не сможет инвестировать в новые технологии, изобретения, научные исследования. Прервется естественная темпологическая эволюция денег, когда в руках Предпринимателя они становятся все «длиннее». Государство в лице Чиновника, забирая деньги у бизнеса и прерывая этим естественную эволюцию, обещает само стать источником долгосрочных инвестиций. Но планы Чиновника, как субъекта экономического роста предельно краткосрочны — до очередных выборов или внеочередного каприза своего начальника.

Высокие налоги считаются главным условием построения социального государства, «государства всеобщего благоденствия». Но рост уровня жизни над пропастью смерти – профессиональная забота Предпринимателя, а не Чиновника. Высокие налоги помогают государству какое-то время поддерживать тот уровень жизни, которого добились своим трудом Предприниматели, Но о каком-то росте зарплат, благосостояния, качества образования и здравоохранения, доступности жилья речи не идет. Есть только запас денег на самые краткосрочные нужды, на биологическое выживание – подобно запасам зерна в Центральных складах традиционных Монархов.

В тот момент, когда налоги с бизнеса поступают в бюджет, они становятся бюджетными средствами, государственными финансами. Если на вершине экономической власти в это время оказывается не собрание Предпринимателей, а временный экономический субъект в лице Чиновника, то «длинные» деньги превращаются в «короткие», теряют конвертируемость. Фактически это уже не деньги, а талоны на приобретение населением продуктов и товаров первой необходимости. Если налогов в государственный бюджет поступает больше, чем необходимо для краткосрочного потребления, то излишки «денег» складываются в резервные фонды. То есть создается запас продуктовых талонов для населения на случай финансового кризиса — а кризис в такой недальновидной (неестественной, анти-эволюционной) экономике неизбежен.

Спасают квази-монархию от кризиса, развивают ее экономику иностранные инвестиции, «длинные деньги» европейских и американских предпринимателей. Или «длинные деньги» российских предпринимателей – если они успели спасти их от превращения в «короткие», выведя в оффшоры. И если успели это сделать до того, как чиновники начали борьбу с оффшорами.

Госрегулирование в исполнении Предпринимателя и Чиновника

Главная российская проблема – жилищная. Она обездвиживает рынок труда, лишает россиян мобильности в поисках работы внутри страны, создает кадровый голод в эпицентрах экономического роста и переизбыток населения, безработицу в провинции, в моногородах. Недоступность жилья для молодых семей – главная причина демографического кризиса.

Сегодня уровень обеспеченности жильем в России в три раза ниже, чем в США и в два раза ниже, чем в Германии. Если учитывать, кроме количества квадратных метров, его качество, то есть не считать жильем то, что в развитых странах жильем не считается – ветхое, аварийное, без элементарных удобств – то показатель жилищной обеспеченности россиян упадет еще в два раза.

Чтобы наша страна смогла достичь европейских стандартов, российские строители должны 16 лет сдавать по 1 квадратному метру в 1 год на 1 гражданина России – а всего их, включая младенцев, 140 миллионов. И это без учета ветхого и аварийного жилья, которое будет все эти годы разваливаться, и людей надо будет куда-то переселять. В последние годы строилось максимум по 0,45 кв.м./чел. в год, поэтому реально говорить о 20 годах работы строительного комплекса при двукратном увеличения его производственных мощностей.

Очевидно, что решение такой масштабной проблемы требует участия государства. Но Государство, управляемое Предпринимателями, и Государство, руководимое Чиновниками, — это два разных государства, работающие по-разному.

Предприниматели, возглавляющие государственную элиту, решили бы «квартирный вопрос» в рабочем порядке — спокойно, без лишнего шума и пиара построили бы дешевое жилье в достаточном количестве. Парламент в традиционном своем качестве — как собрание предпринимателей — выслушав расчеты и мнения экономистов и экспертов, освободил бы отрасль жилищного строительства от федеральных налогов на 20 лет. Региональные парламенты в тех регионах, где жилищная проблема наиболее остра, освободили бы строителей еще и от региональных налогов. Местные власти тоже смотрели бы и решали по своей ситуации. То есть регионы и муниципалитеты вступили бы в конкуренцию за «длинные деньги» бизнеса, в том числе иностранного, за долгосрочные инвестиции в строительство жилья в России.

Регионы и муниципалитеты конкурировали бы ценой земельных участков под строительство и вложениями в подготовку инфраструктуры. Эта конкуренция сыграла бы на снижение цены будущего квадратного метра. Практика показывает: если для решения проблемы используются частные и муниципальные деньги, то цена падает. И наоборот: если проблема решается из Центра, на средства бюджета, то цена построенного жилья растет.

20 лет налоговых льгот от стабильной власти – это серьезная преференция для отрасли. Строительные компании могли бы смело нарастить мощности, закупить дорогую технику, построить предприятия по производству стройматериалов, обучить новых рабочих и нанять классных специалистов — не опасаясь, что завтра правила игры изменятся. Бизнес на таких условиях уверенно построит миллионы квадратных метров качественного жилья, продаст, окупит все расходы и заработает прибыль. Строительный бум привлечет инвесторов с других рынков, придут торговые и промышленные капиталы, в том числе зарубежные. Конкуренция будет высокой, цены упадут, и те, кто придут последними на стройплощадки, заработают меньше всех. Но «квартирный вопрос» будет решен, россияне получат жилье высокого качества по низкой цене.

Предприниматель, ставший депутатом парламента, отстаивает интересы не только своего бизнеса, но всего бизнес-сообщества – иначе бы он не был избран депутатом даже в региональный парламент. Коллеги бы его не поддержали, если бы он думал только о себе, своей выгоде. Такой депутат отстаивает и культивирует высокую деловую репутацию не только свою личную, но и высокую инвестиционную привлекательность своего города, региона, государства.
Если такой парламент предпринимательской республики объявляет 20 лет стабильных льгот для жилищного строительства, то все инвесторы, в том числе и зарубежные, поверят решению долгосрочной власти. Даже если парламент будет за эти 20 лет много раз переизбран и обновлен – новые депутаты также будут представителями «элиты репутации», будут заботиться о репутации всего отечественного бизнеса, стабильности законов, инвестиционной привлекательности родной экономики. Если экономика страны стабильна и привлекательна для «длинных» денег, то растет привлекательность и стоимость каждого работающего в ней бизнеса.

В предпринимательской республике совершенно иная налоговая политика. Если бюджет исполняется с профицитом, то дополнительные доходы не складываются в резервные фонды «на черный день», как принято в монархической экономике. Предпринимательский парламент принимается решение по снижению налогообложения, возможен даже возврат предпринимателям ранее уплаченных налогов. Или происходит точечное снижение налоговой нагрузки на перспективных направлениях развития, будь то жилищное или дорожное строительство.

В квази-монархической экономике также порой случается значительный профицит, но Чиновники, управляющие государством, не могут позволить себе долгосрочных инвестиций. Как временные субъекты экономического развития, они навязывают свою психологию временщика предпринимателям, в том числе строителям.
Чиновник, временщик во власти, гарантировать бизнесу 20 или даже 10 лет стабильной работы не может. Даже президент не может дать такой гарантии, не говоря уже о губернаторах или мэрах. Они могут щедро пообещать инвесторам государственные гарантии, но ни один инвестор не поверит – государственная гарантия человека, который через 4 года может потерять свой государственный пост, ничего не стоит. В России правила игры на рынке — налоги, лицензии, Градостроительный кодекс, законы и подзаконные акты — меняются в среднем раз в 2 недели. Поэтому даже длинные дешевые кредиты европейских банков при «переходе» российской границы становятся короткими и дорогими.

Именно поэтому вероятность обанкротиться, не достроив дом, у российских строителей сегодня критично высока. Просчитать государственные риски невозможно — власть слишком непредсказуема. Поэтому строители не покупают технику в собственность, а берут в аренду, нанимают не профессионалов, а гастарбайтеров, которых можно быстро и без юридических проблем разогнать. Ни один разумный человек не будет строить долгосрочных планов, наращивать производство или просто строить дом рядом с грозно дымящимся вулканом – российским правительством и Госдумой.

Государственные риски перекладываются на покупателей жилья, на простых россиян, которые в большинстве своем не умеют рассчитывать риски – так, как это умеют делать строители и банкиры. В каждом банке есть специалисты, профессионально оценивающие риски — чего нельзя сказать о каждой российской семье. Ни один банкир не даст строительной компании кредит, пока 20% будущих квартир не выкупят дольщики, ипотечники. Банки сами не торопятся рисковать, пускают впереди себя на «минное поле», в которое превратилось сегодня жилищное строительство, экономически безграмотных россиян.
Поэтому и жилье дорого и недоступно для большинства россиян — высокий риск можно компенсировать только высокой прибылью. Строители страхуют запредельный риск запредельными ценами, банки — запредельно высокими ставками по ипотеке. А все вместе это делает жилье недоступным для россиян.

Профессиональное управление Государством

Только две профессии — Монарх и Предприниматель — сопоставимы с долгосрочным проектом «Государство» по временным горизонтам своей профессиональной деятельности плюс деятельности наследников трона или капитала. Представители других профессий, в том числе наемной профессии Чиновника, просто должны сделать исторический выбор своего работодателя — Монарха или Предпринимателя — учитывая плюсы и минусы каждого из двух вариантов.
Других вариантов нет, другие варианты нежизнеспособны, как оказались нежизнеспособны СССР, фашистская Италия, гитлеровская Германия и любая другая квази-монархия.

Трагедия 20 века в том, что в большинстве стран Монархи уже потеряли свое общественное признание как субъекты власти и экономического развития, а Предприниматели убедительного общественного признания еще не приобрели. В этой ситуации временного безвластия представители наемных профессий выбрали в качестве своего работодателя Государство в лице Чиновника — при том, что Чиновник сам является наемным работником. Также наемным работником является и любой Политик — депутат или президент, избираемый, то есть нанимаемый на работу на 4-8 лет. То же самое можно сказать про силовую бюрократию, деятельность силовика имеет те же ограничения по времени, что и деятельность любого наемного работника. Ни кресло Чиновника или Депутата, ни звание Главнокомандующего или министра внутренних дел не передаются по наследству — только трон Монарха и капитал Предпринимателя. Только их лично-семейные интересы кровно и долгосрочно связаны с Государством. Эти интересы реализуются по-разному – через династию или отечественное бизнес-сообщество, но в целом можно сказать, что:
Руководить государством, лично определять судьбу страны, принимать ответственные решения могут только Монарх и Предприниматели.

Когда Чиновник в должности президента или премьер-министра принимает решение, судьбоносное для государства, он не принимает решения судьбоносного для себя лично и своих детей. Если бы после «Мюнхенского сговора» в 1938 году Гитлер остановился на Судетах, то герои-миротворцы Деладье и Чемберлен выиграли бы на очередных выборах. Но так как Гитлер пошел дальше в своей агрессии, то опозорившиеся лидеры Франции и Англии, не дожидаясь выборов, просто уступили свои посты другим лидерам своих партий. То есть, действуя согласно требованиям партийной дисциплины, лояльности своей чиновничьей корпорации, избежали репутационного ущерба внутри своего административно-силового клана. А это для Чиновника намного важнее репутации в глазах избирателей, политические настроения которых еще более краткосрочны, чем его нахождение на высоком посту.

Получается, что Деладье и Чемберлен вполне осознанно принимали безответственное решение – исходя из того, что их личная ответственность в бюрократической реальности размыта, обезличена. Подобное «размывание» личной ответственности позволяет чиновнику или демократически избираемому политику думать только о краткосрочной политической выгоде.
В подобной ситуации Монарх или Предприниматель действует более ответственно. Их репутация распространяется на их детей, наследников трона или капитала, поэтому более долгосрочна и более зависима от общественного мнения. И свою личную ответственность они не могут спрятать или «размыть» в династии или бизнес-сообществе.

Запланированный Апокалипсис

Плановая советская экономика была по своей сути и содержанию монархической экономикой. Уничтожив предпринимательскую экономику, Ленин ввел хлебную монополию и затем хлебную диктатуру, то есть создал Центральный Склад зерна, очереди и хлебные карточки под учетом и контролем советских чиновников. Это монархическая система выживания и монархическая экономика в чистейшем виде — лишенные хлебной пайки люди просто умирали от голода. Численность населения ограничивалась с одной стороны возможностью государства его прокормить, а с другой стороны — потребностью армии в солдатах и потребностью предприятий военно-промышленного комплекса — в рабочих.

Советские чиновники подробно расписывали поступления и расходы Центрального Склада в виде пятилетних планов. Цифра «5» не случайна — по многовековой статистике в России рядом с двумя урожайными годами соседствуют в среднем три неурожайных. Поэтому именно пятилетний план позволял создавать видимость выполнения намеченных показателей — при том, что на самом деле ни одна «пятилетка» или «семилетка» в СССР не была выполнена.
Как любой древний или средневековый Монарх, новый социалистический квази-монарх составлял с помощью чиновников план выживания подвластного народа. Хватит ли зерна до следующего урожая, сколько можно еще купить зерна, продав запасы золота, сколько для этого надо ограбить церквей, сколько «врагов народа» надо посадить в Гулаг, чтобы нарубленный ими лес продать за границу и купить там зерна, сколько лишних едоков надо изгнать из страны или заморить голодом…

Смысл репрессий был экономический: уничтожались миллионы граждан, которые стали лишними после уничтожения предпринимательской системы выживания. Экономика в царской России была хотя бы частично, но все же предпринимательской, а значит более разнообразной и многолюдной.
Монарх не боялся отдать предпринимателям местную власть, поделиться частью абсолютной власти и собственности. В царской России, например, царь давал экономическую свободу бизнесу на его исторической вотчине — в местном самоуправлении, хотя при этом старательно отсекал от власти государственной.

Чиновник, как самозванец, преследуемый «сознаньем беззаконья своего», менее уверен в своем праве на власть, более подозрителен и тоталитарен, чем Монарх. Поэтому стремится контролировать любую экономическую, политическую, социальную, культурную, духовную, любую профессиональную деятельность и даже личную жизнь граждан.

Современная квази-монархия, управляемая чиновниками, не только несовместима с современной предпринимательской экономикой. Она отличается от традиционной монархии (а нео-феодализм – отличается от феодализма) в худшую сторону тем, что наследует все минусы монархии и неспособна наследовать ее плюсы, главный из которых — долгосрочность планов Монарха и династии.

Свободу предпринимателям в России предоставила еще Екатерина Вторая, и до 1917 года условия для роста деловой активности были самые благоприятные. После отмены крепостного права, успеха земской и судебной реформ в России начался бурный промышленный рост. Появлялись новые товары и профессии, новые производства, развивались города, наука и культура. Построенный царем Транссиб мощно поднял экономику Сибири и Дальнего Востока. Экономический рост, естественно, привел к росту рождаемости в городе и на селе. Детей российского «экономического чуда», демографического взрыва и пришлось уничтожать большевистским вождям.

Миллионы россиян без предпринимательской экономики стали лишними. Новой предельно централизованной, по сути монархической экономике не требовалось столько народу, сколько могла занять работой экономика предпринимательская. Большевики не просто уничтожили предпринимателей, они жестоко преследовали любые попытки людей выживать по-предпринимательски, проявлять частную инициативу, свободно торговать и производить товары. Было запрещено любое самостоятельное, независимое от государства выживание, велась жестокая борьба с самым простейшим, так называемым «самопрокормом». Таким образом, советским людям был навязан возврат к монархической стратегии выживания и монархической экономике, менее разнообразной и поэтому малолюдной по сравнению с российской экономикой при просвещенной конституционной монархии до 1917 года.

Исходя из распределения налогов в Российской империи, можно сказать, что экономика только на 20% была монархической, то есть ориентированной на Центральную казну. Большая часть собираемых в царской России налогов, 60%, оставалось на местном уровне в земствах, 20% — на региональном в губерниях, и только 20% шло в государственную казну. При этом сами налоги для российских предприятий даже в экономически тяжелейшие годы Первой мировой войны не превышали 11%.
Сейчас, в начале 21 века, российский федеральный бюджет забирает себе 65% всех налогов, оставляя на местном уровне всего 7 — 8%. То есть сегодня российская экономика пока еще менее монархическая и более предпринимательская, чем в СССР, но более монархическая и менее предпринимательская, чем была в России до 1917 года. И, конечно, современная Россия экономически более монархична, чем современная Европа — в Германии, например, налоги делятся на три почти равные части между муниципалитетами, бюджетами земель и федеральным бюджетом.

Три голода в царской и советской России

Три больших голода в Российской империи и СССР красноречиво иллюстрируют итоги трансформации царской монархии с сильной предпринимательской экономикой и местным самоуправлением — в советскую квази-монархию без бизнеса и самоуправления.

Голод в царской России 1891 год. Погибло около 400 тысяч человек.
Помощь голодающим шла по двум каналам — от местной власти и от центральной. От земства в создании благотворительных столовых принимали участие местное купечество, дворяне и интеллигенция, активное участвовали волонтеры из других губерний, среди них был и граф Лев Толстой. Что касается финансовой и продовольственной помощи из столицы, то земцы вместе с волонтерами создали эффективную систему ее распределения — попросту говоря, не давали царским чиновникам наживаться на помощи голодающим, жульничать и злоупотреблять властью.
Именно благодаря этой системе взаимодействия местного самоуправления с царской властью и контролю над чиновниками после 1891 года и до 1917 года в России не было массового голода. Неурожаи были, но от голода россияне больше не умирали. И не было случаев людоедства – а именно людоедство является классифицирующим признаком голода, отличает его от просто неурожая.
При этом царские чиновники с недоверием относились к земству, к любой общественной самоорганизации, скрывали от российского общества информацию о реальных масштабах голода и даже не пускали в зоны бедствия волонтеров. Что с одной стороны вполне соответствовало реакционной политике Александра III, но с другой стороны привело к значительным жертвам среди крестьян. Историки считают, что именно преступные действия царских чиновников во время голода 1891 года привели к активному участию земств в революции 1905 года.

Голод в России 1921 год. Число жертв около 5 миллионов человек.
Отечественный бизнес, в том числе местный, уничтожен. Помощь шла из Москвы и от зарубежных предпринимателей, от благотворительных организаций, фонда Нансена и других. Для сравнения — только от одной американской Организации помощи (АРА) пришло за два года 87 млн. долларов, а советское правительство раскошелилось за это же время на 13 млн. долларов. Отсутствие контроля на местах привело к злоупотреблениям чиновников и массовому воровству. Если вспомнить героя «Золотого теленка» бухгалтера Корейко, то еще до НЭПа он нажился на помощи голодающим Поволжья.

Голод в СССР 1932-1933 гг. Число жертв до 7 миллионов человек
Монархическая плановая экономика в чистейшем виде: страна за «железным занавесом», помощь голодающим от зарубежного бизнеса не принимается, нет и международного контроля за действиями советской власти, то есть контроля Предпринимателей за действиями квази-монарха Сталина и его чиновников. Сталин действует так, как и обязан действовать великий Монарх. Области, пораженные бедствием, окружают войска — всех, кто пытается спастись, расстреливают. В поездах, идущих по территории организованного властью бедствия, красноармейцы задергивают шторы и не дают пассажирам смотреть на выползающих к насыпи умирающих. Миллионы «лишних ртов» были уничтожены идеально, без публичной огласки и улик: не сохранилось ни одного фотосвидетельства катастрофы.

В тупике анти-эволюции

Власть Чиновника принципиально временна, как власть посредника в переходный период. Это условная власть над собственностью, которую Чиновник в ходе естественной экономической эволюции должен был от Монарха (в России в 1917 году) или от социалистического квази-монарха (в 1991 году) передать Предпринимателям. Управляемая чиновниками современная демократия анти-эволюционна и абсурдна, так как не имеет никакой собственной цели развития. «Подморозить» страну, еще немного продлить переходный период — такая краткосрочная задача не делает государство долгосрочно стабильным, не придает обществу уверенности в будущем. Не может служить общественной пользе и такая цель, как рост бюрократического аппарата, количества чиновников. Чиновник во главе государства похож на человека, который вцепился в ценный и сложный инструмент, никому не отдает, но при этом не умеет этим инструментом пользоваться.

Поэтому вполне естественным образом после ряда экономических кризисов, войн и революций бюрократическая квази-монархия или делает шаг из исторического тупика назад, или идет вперед. Либо становится настоящей династической монархией, как Северная Корея или Куба, или предпринимательской республикой. Для конкретного Чиновника это означает либо служить единоличной монархической власти, либо предпринимательскому парламенту. Либо сменить профессию — самому стать Предпринимателем.

Для общества и государства это наиболее безопасный вариант — когда чиновники уходят в бизнес, заработав начальный капитал на взятках и откатах, открыв бизнес на жену или детей. Это называется коррупцией, но Чиновники могут избежать серьезных последствий, уголовных дел и конфискации собственности, используя предусмотрительно принятые либеральные законы. Бесконечные переделы собственности заканчиваются, экономика становится предпринимательской, развитие государства возвращается в естественное эволюционно русло. Главная польза – будущее становится долгосрочно предсказуемым, инвестиции и деньги становятся все «длиннее». Так развивались все бывшие монархии в самых на сегодня передовых странах, так вполне эволюционно развивалась и постсоветская Россия до 2003 года.

Если предприниматели по объективным и субъективным причинам не готовы взять на себя бремя государственной власти, не могут договориться сообща отстаивать неприкосновенность частной собственности, общие интересы, то и государственные чиновники оказываются не готовы становиться предпринимателями. Оставив высокий пост, чиновник рискует потерять и свой бизнес — когда их вчерашние коллеги, или молодые чиновники из новой поросли начнут передел собственности уже в свою пользу. Фактическая отмена института частной собственности в России произошла именно в 2003 году, с арестом Ходорковского страна повернула назад.

Российские чиновники нашли еще один способ затянуть переходный период. Ноу-хау заключается в том, чтобы оставаться в «системе», в правящем бюрократическом клане в России, и одновременно стать предпринимателями — но за границей. Или членов своих семей сделать предпринимателями на Западе. То есть стать «хозяевами жизни» дважды — в родной стране как Чиновник, и за границей — как Предприниматель. Плохо от этого только России: страна лишается будущего, долгосрочной стратегии развития, обречена под руководством чиновников все глубже опускаться в бездну экономического коллапса.

20 век изобилует примерами подобных государств под управлением чиновников. Многие пришедшие к власти в результате народного волеизъявления популярные лидеры даже успели стать Монархами уже в династическом смысле, передать власть сыну или брату, как на Кубе, или сестре, как в Таиланде. В этом варианте развития есть свой плюс — обвинения чиновников в коррупции теряют смысл. Никто не обвинял в коррупции царей, королей или тоталитарных квази-монархов Сталина, Гитлера, Пол Пота и других. Они владели жизнями всех своих подданных, а значит и их собственностью без всякой коррупции. Говорить о коррупции в этом случае – все равно что жаловаться на насморк, умирая в холерном бараке.

Коррупция – не самая страшная болезнь переходного периода, если это действительно движение вперед, а не назад. Британские партии вигов и тори в свое время назывались в народе и мошенниками, и грабителями, но в итоге предпринимательская республика победила. Беда пришла в 20 веке, когда энергия предпринимательской республики ослабла, и центральная бюрократия шаг за шагом захватывали вершины власти.

Центробанк как инструмент власти Чиновника

Если Чиновник хочет надолго задержаться на вершине власти, то должен не просто утвердить свое право распоряжаться государственными финансами, но и добиться права делать это без контроля со стороны налогоплательщиков (как это всегда делал Монарх). А для этого необходимо ослабить бизнес-сообщество, внести в него раскол.

Предприниматели, во-первых, являются главными политическими конкурентами бюрократии, а во-вторых, являются настоящими хозяевами денег в государстве — а значит, имеют право жестко контролировать через парламент их расходование (и всегда это делали). Чиновники могли просто уничтожить бизнес, как это сделали в СССР, но без предпринимателей в стране всегда кончаются деньги. Или могли начать старую монархическую игру «разделяй и властвуй». То есть приблизить к власти часть предпринимателей, дать им привилегии, массу выгод от близости к центру принятия государственных решений. Такими «коллаборантами» стали банкиры, которые по содержанию своей деятельности наиболее близки к государственному бюджету.

В 1913 году в США появилась Федеральная Резервная Система, новое федеральное агентство, подконтрольное конгрессу. При этом члены Совета управляющих ФРС назначались президентом. Экономист Ирвинг Фишер по этому поводу вдохновенно писал: «Деятельность банков следует рассматривать как нечто большее, чем частный бизнес. Это важнейшая государственная служба».

Главы крупнейших американских банков, становясь членами Совета, превращались на 12 лет в госслужащих, чиновников правительства США. Одного из них Президент США назначал Председателем Совета управляющих ФРС — сроком на 4 года.
Получается, что один наемный на 4 года чиновник — президент США — принимал на работу другого чиновника, поручал ему 4 года распоряжаться гигантскими финансовыми ресурсами, плодами труда Предпринимателей.

Создавая ФРС, правительство США ставило под свой контроль главный инструмент Предпринимателя – деньги. И следом за банкирами на сделку с чиновниками были вынуждены пойти другие предприниматели, в первую очередь самые крупные. Произошла смена направления развития экономики. Предприниматели начали сотрудничать с чиновниками не по правилам предпринимательской экономики, контролируя правительство через парламент, партии и общественные организации, а по правилам монархической экономики. Они попали в зависимость от вашингтонской бюрократии — с каждым годом все более жесткую.

Самое удивительное, что это произошло в начале 20 века в стране, которая начинала свой исторический путь вообще без госслужащих, с минимальным центральным правительством. Когда в конце 18 века первые американские чиновники поехали по штатам собирать налоги, фермеры их просто перестреляли!
В отличие от американской европейская бюрократия сложилась как могущественная сила задолго до 20 века, при монархических дворах. Именно от удушающего всевластия монархов и чиновников бежали в Америку простые европейцы, чтобы создать свободную предпринимательскую республику, но вот в итоге через пару веков их потомки вернулись к старому корыту!

Частные Центральные банки создавались еще в 19 веке (и ранее, как Банк Англии) банкирами и крупными клиентами банков — для координации сделок на международных рынках. С ростом международной торговли банкирам было выгодней договориться и создать совместный акционерный национальный банк — чем каждому банку создавать у себя в офисе отдел с сотрудниками, владеющими иностранными языками, и с дорогостоящими тогда средствами международной связи. Это была естественная предпринимательская кооперация.

Весь 20 век государственные Чиновники подчиняли себе частные национальные банки — законодательно ставя под контроль их менеджмент (как в США), входя в акционерный капитал (как в Японии) или просто национализируя, превращая в государственные. Показательно, что процесс национализации Центробанков шел как в откровенно тоталитарных государствах, так и в тех, что называли себя либеральными. Государственная власть может меняться, но интересы Чиновника на вершине государственной власти неизменны.

Удивительная история: бюрократизация денег шла только в одном направлении, не обращая внимания ни на какие экономические и политические катастрофы, к которым чиновники приводили вчера еще цветущие государства. Частный Банк Италии в 1936 году был национализирован правительством Муссолини, но с поражением фашистов не был возвращен хозяевам, остался государственным. То же самое можно сказать о Центробанках стран, захваченных Гитлером — они были подчинены Немецкому федеральному банку (Рейхсбанку), но в 1945 году не вернулись владельцам, остались государственными! Банк Франции был окончательно национализирован в 1945 году, Нидерландский банк — в 1948 году. В стране-победительнице Великобритании Банк Англии был национализирован в 1946 году. И так далее во всех европейских государствах. Во Второй мировой войне победили чиновники и проиграли предприниматели — в еще большей степени, чем после Первой мировой войны.

Конечно, выиграли — но лишь относительно лежащей в руинах Европы — США и доллар. ФРС так и не была до конца национализирована, осталась объединением крупнейших частных банков штатов под контролем правительства.

Когда Монарх многие века занимался «порчей денег», то есть порчей инструмента Предпринимателя, или иным способом вмешивался в экономику, вплоть до откровенного грабежа подданных, то никто не видел в этом ничего полезного, только жадность правителя. Сегодня Чиновник делает то же самое — решениями правительства и Центробанка девальвирует, «портит» национальную валюту, строит долговые пирамиды, обесценивает сбережения граждан. Но при этом власть и самые титулованные ученые-экономисты внушает обществу неизбежность и даже мудрость такого воровства.

Перерождение экономики

Следствие мутации предпринимательской экономики в монархическую экономику госрегулирования и  роста налогов — падение деловой активности и рост безработицы. Люди, имеющие работу в предпринимательской экономике, становятся лишними во все более монополизированной и однообразной монархической экономике.

Предпринимателю кажется, что инвестируя избирательную кампанию депутата, губернатора или президента, он нанимает власть для защиты своей собственности. Реальность прямо противоположная — она похожа на ситуацию, когда собственник бизнеса дает наемному топ-менеджеру часть акций. Предпринимателю кажется, что такой менеджер-акционер будет лучше работать, будучи заинтересован в результате. На самом деле такой менеджер будет меньше работать и больше воровать, потому что уволить его как акционера уже становится опасным для основных акционеров, владельцев бизнеса.
А «прием на работу» президента, который решает, кто станет управлять Центробанком — это все равно, что отдать нанятому на четыре года менеджеру контрольный пакет акций компании!

Федрезерв США и Центробанки других стран все вместе уже эмитировали финансовую собственность, превышающую капиталы всех Предпринимателей планеты. Это похоже на дополнительную эмиссию акций, с помощью которой одни собственники размывают доли других собственников, чтобы захватить всю компанию.

Один из результатов этого процесса перерождения предпринимательской экономики в монархическую – появление сначала в Японии и Европе, а затем распространение по всему миру банковских вкладов с «отрицательной доходностью», депозитов с минусовой процентной ставкой. Для предпринимательской экономики это абсурд и маразм, но для монархической – нормально и неизбежно. Запасы золота «на черный день» в казне Монарха были выведены из оборота так же, как сегодня деньги в резервах банков.

Банковский и финансовый сектор мировой экономики в 20 веке неестественно разросся и раздулся в ущерб реальному сектору. Сделав ставку на союз с банкирами, Чиновники выполнили задачу экономического контроля над своим главным историческим соперником — Предпринимателем. Для решения главного политического вопроса – вопроса власти — можно пожертвовать и экономикой. Тем более, что финансовые кризисы не ставят под сомнение власть бюрократии, необходимость госрегулирования и «сильного правительства», а делают власть чиновников еще сильнее. Избиратели, потеряв работу и средства к существованию из-за роста госрегулирования, требуют на выборах еще большего госрегулирования!

Деградация элиты, депутатов, судей, всех профессионалов в чиновников

Изначально при своем историческом рождении парламент был собранием Предпринимателей, и главной целью этого собрания был контроль за действиями Монарха, правительства, исполнительной власти. Контроль прежде всего финансовый — контроль налогоплательщиков, предпринимателей за тем, как расходуются их налоги.

В 20 веке ситуация изменилась на противоположную — правительственные чиновники присвоили себе право контролировать не только самих себя, но и предпринимателей, налогоплательщиков. Чиновники отобрали у парламентов контрольную функцию, создавая органы экономического и финансового контроля – управления, агентства, службы и бюро. В России это ФАС, Счетная палата и многие другие.

По российской Конституции Федеральное собрание имеет две основные функции – законодательную и представительную. Контрольная функция в этом главном ряду даже не упоминается, а всплывает в тексте лишь позднее, как одна из составляющих представительной функции. Вполне демократическая сказка: голосующий народ якобы доверяет контроль над властью избираемым на всеобщих выборах самым достойным своим представителям — депутатам. А что делают российские депутаты согласно Конституции? Они доверяют контроль за финансовыми действиями российских чиновников Счетной палате!

Контроль за расходованием средств государственного бюджета – то, для чего парламенты и были созданы – выведен в России из парламента, поручен административным органам. Это понятно – иметь право контролировать чиновника может только его коллега-чиновник!

Конституционное положение, согласно которому избрание председателя Счетной палаты – это исключительное право Государственной думы, то есть депутатов, действовало после принятия Конституции целых 20 лет. Но в 2013 году был изменен федеральный закон о Счетной палате, и теперь депутаты не избирают, а просто одобряют кандидатуру, которую им предлагает Президент РФ. Таким образом, круг замкнулся — в России введен режим независимости, полной безответственности и бесконтрольности федеральной власти от народа. Председатели Контрольно-счетных палат в регионах пока еще избираются региональными депутатами.

Отобрав у парламента контрольную функцию, чиновники взамен позволили депутатам гордо называть себя законодателями и до неестественных размеров раздули в общественном сознании эту последнюю оставшуюся парламентариям функцию! При этом подготовка и принятие новых законов находится под контролем чиновников администрации президента и правительства.

В Великобритании на заре парламентаризма Монарх старался получить одобрение своим решениям у парламента — потому что получение одобрения влекло за собой получение денег, финансирование его военных и прочих проектов. В современной демократии парламентарии вынуждены подстраиваться под интересы президента, который контролирует Центробанк и правительство. Министр финансов может сказать, что под новый депутатский закон нет денег. Президент может наложить «вето» на любой закон и вообще распустить, уволить парламент, как плохо работающий коллектив наемных работников. Демократический парламент фактически становится подразделением исполнительной власти, а политики, если планируют остаться во власти еще на 4 года, переизбираться на выборах, рано или поздно превращаются в наемных чиновников. Работу таких депутатов президент оценивает по количеству законов, которые они принимают в течение парламентской сессии и дисциплинированностью в посещении пленарных заседаний. Республиканская элита репутации переродилась в монархическую элиту лояльности.

Следующий шаг бюрократизации — судебная власть, превращение судей в исполнительных чиновников, так называемых «чиновников в мантиях». Если для подчинения своей власти частного бизнеса Чиновник использовал банкиров, то в деле подчинения судов таким инструментом стали дисциплинированные и плодовитые депутаты. Принимаемые парламентами (в том числе Европарламентом) в огромном количестве законы на все случаи жизни — это на самом деле административные инструкции для судей. Хороший чиновник всегда должен действовать по инструкциям — и хороший судья всегда должен принимать решения по инструкциям, специально для него спущенным сверху в виде законов. Так судебная власть следом за парламентской превратилась в административную.

Окончательно уничтожить независимость судей через демократическое «верховенство закона» пока еще мешают два республиканских механизма — суд присяжных и прецедентное право. С первым можно справиться, законодательно ограничивая сферу его применения, второй действует локально — лишь в странах с прецедентным правом, в Великобритании и США. Пока еще спасая эти страны от полной деградации судебной системы, мутации судей в послушных чиновников.

После того как Чиновник подчинил своей власти Предпринимателей, политических лидеров и судей, законодательную и судебную власть, остальные профессиональные группы встраиваются в бюрократическую матрицу почти автоматически. Все выстраиваются в очередь к бюджету за выживанием и благополучием, пытаясь доказать квази-монарху, лидеру правящей бюрократии свою безусловную преданность и крайнюю полезность. Настоящие профессионалы с репутацией, лидеры в своей профессии неизбежно мутируют в лояльных чиновников.

Первый этап мутации. Уважаемый коллегами врач, педагог или журналист идет в депутаты или в министры, чтобы отстаивать интересы своего профессионального сообщества. Например, добиваться модернизации службы «скорой помощи», гарантии свободы слова для СМИ, или законодательной поддержки творческих инноваций в школьном образовании. Но для достижения цели в бюрократической системе власти необходимо действовать по правилам этой системы. Поэтому незаметно для себя уважаемый коллегами Мастер, Гуру, Подвижник становится чиновником.

Второй этап мутации. Заслуженный врач забывает клятву Гиппократа, педагог — звание Учителя, потому что быстро приходят к выводу, что если ничего не делать, а создавать видимость работы, но при этом активно участвовать в чиновничьих интригах, то можно добиться большего в финансовом плане для себя и своих коллег.

Третий этап мутации. Следующий уровень падения — это когда бывший профессионал и гражданин начинает действовать — сознательно или подсознательно — по принципу «чем хуже — тем лучше». Ведь чем больше он и его коллеги нанесут вреда другим гражданам и всей стране, тем больше средств из бюджета можно будет просить на устранение этого вреда.
Силовики оказываются заинтересованы в разгуле преступности и росте наркомании, чиновники экономических ведомств заинтересованы в экономических проблемах, чиновники Минобразования — в развале образования, чиновники здравоохранения — в росте детской смертности и т.д. Каждая профессиональная группа, загнанная в свой «колхоз», стремится таким образом доказать Хозяину Центрального склада, что без финансирования их деятельности государство не выживет.

Профессия чиновника в демократическом обществе становится не просто главной, но и самой популярной. Каждый с юных лет мечтает о кресле чиновника или менеджера госкомпании. В перспективе в такой системе все граждане становятся чиновниками, которые свое призвание видят в том, чтобы помогать Хозяину, квази-монарху контролировать бизнес, все сферы деятельности, всех и вся. Любая иная профессиональная деятельность, кроме чиновничьей, контролирующей, становится априори подозрительной.

Международная легитимность Чиновника

Миром сегодня правят международные чиновники, служащие международных органов — Организации Объединенных Наций (ООН), Международного Валютного Фонда (МВФ), Всемирного Банка (ВБ) и многих других. Назначают их чиновники тех государств, которые эти организации финансируют. То есть демократически избранные национальные лидеры то ли принимают на работу международных менеджеров, то ли сами себе назначают международных «начальников».

Если на государственном уровне, особенно в странах, в которых сохранились предпринимательские и республиканские традиции, национальный бизнес и общество еще могут контролировать Чиновников, то на международном уровне Чиновники ушли из-под всякого контроля, стали еще более могущественными и еще более безответственными.

Таким образом, кроме демократической, у Чиновника появилась еще одна — международная легитимность. Которая еще более явно, чем демократическая, основана не на взрослом разуме, а на слепой вере. На иррациональной вере в высшее величие слов «международный», «мировой», «всемирный» — Организация объединенных наций, Всемирный банк, Международный валютный фонд, Междупланетный шахматный конгресс, Международный Васюкинский турнир!

Международная бюрократия — это власть без субъекта власти, без лидеров, достойных власти, пригодных к ней хоть сколько-нибудь по масштабу личности, профессиональной и общественной репутации.

Кто-то может сегодня назвать имя лидера человечества или хотя бы лидера какой-либо страны, международной организации, претендующего хотя бы потенциально на это звание — Лидер человечества? Или назвать нескольких имен на выбор? Назвать конкретные имена серьезно, без иронии и самоиронии? Нет имен, нет никаких великих историй личных ответственностей и репутаций.

Кто принимал на работу Генерального секретаря ООН и чьи решения он должен, как секретарь, записывать и исполнять? Его выбрали на эту работу чиновники, правящие государствами — такие же наемные работники, как и он. То же самое можно сказать о президенте Всемирного банка, директорах-распорядителях МВФ или ЕЦБ. Это нанятые на 4-8 лет исполнительные секретари, менеджеры, которые остались в главном офисе одни, без руководителя. Без Монарха, который ушел на пенсию, и без нового руководителя, Предпринимателя, который еще не приступил к работе. Этот праздник непослушания, безделья и халявы в глобальном офисе мировой экономики и политики опасно затянулся — на целый век!

Человеческая цивилизация — проект еще более долгосрочный, чем Государство. Но с выходом на орбиту управления международными делами Чиновник не перестал быть служащим, нанимаемым на короткий срок. От международной должности его нахождение на рабочем месте не стало более долгосрочным, а его профессия — более ответственной. Генеральный секретарь ООН не стал и не мог стать мудрым и ответственным лидером человечества, он остался чиновником, мастером по правильному ведению дел в канцелярии.

За какие подвиги, величайшие заслуги перед человечеством или хотя бы перед своей родной страной Пан Ги Мун стал Генсеком ООН, лидером человечества? Об этом деятеле известно только то, что во время работы в родном корейском МИДе он получил от коллег кличку «Бюрократ».

Что известно о доблестных делах во благо человечества директора-распорядителя МВФ Кристины Лагард? Похоже, что при ее назначении все исходили из надежды, что эта доблестная француженка не будет заподозрена в изнасиловании горничных в отличие от ее предшественника Доминика Стросс-Кана! Кажется, большего от нее никто и не ждал. Когда Кристин Лагард была министром финансов Франции, то заявила публично: «Если бензин слишком дорог, французам нужно пересесть на велосипеды». Журналисты сравнивали ее с Марией-Антуанеттой, которой приписывают фразу «У народа нет хлеба? Так пусть едят пирожные!».
За свое непрофессиональное высказывание Мария-Антуанетта лишилась головы, а Лагард за похожую глупость стала директором МВФ. И это логично: ведь требования, которыми МВФ всегда сопровождал свои займы — как раз в подобном русле экономической мысли.

По какой причине американский врач Джим Ён Ким стал президентом Всемирного банка, ответственным за финансовую и техническую помощь развивающимся странам? На этот пост его выдвинул Барак Обама… и это все, других причин неизвестно. Возможно, помощники президента США просто перепутали входящие документы от Всемирного банка и от Всемирной организации здравоохранения…

Власть Чиновника абсурдна – как на государственном, так и на международном уровне. Эта машинка не для работы, а для праздника — вечного праздника непослушания и халявы. Чиновнику некого слушаться – над ним нет настоящего работодателя, только такие же, как он чиновники, бесконтрольные халявщики. Но и Чиновника никто не слушается – все видят, что его власть ненастоящая — без авторитета, без репутации, незаслуженная и притворная.
Любые попытки укрепления чиновничьей вертикали власти через наращивание репрессивного силового аппарата — это усиление охраны праздника непослушания и халявы от окружающего населения. Слабая власть чиновника от такого «укрепления государства» становится еще более безответственной и слабой.

Политическую репутацию чиновники зарабатывают не в реальной жизни, а в борьбе политических технологий и пиар-проектов. И демократическая, и международная легитимация чиновника — это по сути виртуальные политтехнологи, помогающие прикрывать самозванство и непрофессионализм. Две легитимности чиновника — демократическая и международная — это как две жизни правящей бюрократии, два уровня в глобальной политической игре, где на кону миллиарды пока еще живых людей.

Демократически избранные политики, главы европейских государств в ходе Первой мировой войны и после нее, уже в мирное время, отлично доказали умение уничтожать миллионы лишних людей. И это происходило еще задолго до Сталина и Гитлера!

Первая мировая — первая демократическая война

Войну в 1914-м начинали монархи Германии, Австрии, России и демократически избранные лидеры Англии и Франции. Но велась война уже совсем не так, как обычно ведут войны монархи. И заканчивали войну, то есть договаривались в Версале о мире уже не монархи, а политики с демократической легитимностью, лидеры национальных бюрократий. Каждый из которых руководствовался в своих действиях желанием своих избирателей поживиться за счет войны, восполнить свои потери за счет страданий населения проигравших государств.

Человек предпринимательского 19 века, воспитанный в идеалах гуманистического Возрождения и Просвещения, будь то немец, русский, француз или англичанин, не сразу позволил себя расчеловечить. На фронтах ширилось такое явление, как «солдатские братания». Ночью 25 декабря 1914 года на Западном фронте немецкие и английские солдаты прекратили стрельбу и запели рождественские гимны. Затем солдаты воюющих армий стали собираться на нейтральной полосе, обмениваться газетами, алкогольными напитками, сладостями. На отдельных участках фронта немцы и англичане даже вместе играли в футбол. На Восточном российско-германском фронте первый факт братания был зарегистрирован в апреле 1915 года, перед Пасхой. А в 1916 году братания стали массовыми.

Не было никакого роста национализма в Европе, был естественный, народный протест против организованного истребления людей в войне нового типа, причины и законы которой не были понятны никому, в том числе организаторам бойни. Организаторы просто и естественно как настоящие популисты в уже состоявшихся демократиях и в тех, которые шли на смену монархиям в России, Сербии, Германии и Австрии, пообещали миллионам своих избирателей, что те станут жить лучше после победы. Демократические лидеры делали ставку на монархический принцип «долги оплатит проигравший» — других они просто не знали.

К 1919 году воюющие стороны потеряли более 10 млн. солдат убитыми, но мирных жителей погибло еще больше — около 12 млн. В чем причина тотального уничтожения мирных безоружных людей? Прогресс военной техники, технологий убийства не может объяснить такие масштабы уничтожения мирного населения — ведь стреляет не оружие, а люди. А если посмотреть далее историю массовых убийств 20 века, то в странах третьего мира совершались они в основном с помощью автомата Калашникова, мачете и мотыг.

Первая мировая война казалась всем настолько бессмысленной и абсурдной, что ее поначалу никто не принимал всерьез. А впоследствии вспоминали как редчайшее по нелепости стечение дипломатических и политических случайностей, как трагическое недоразумение, неподвластное разумному пониманию и расчету. Вторая мировая, напротив, была понятна с самого начала и до конца — как битва с абсолютным Злом. Но Великой войной при этом была названа именно Первая, а не Вторая мировая война. Люди не понимали, но остро чувствовали, что именно в 1914 году произошел Великий Перелом в истории человечества и в жизни каждого человека.

Вторая мировая война произошла не потому, что Германию обидели, а потому, что главную причину Первой мировой войны не поняли, не устранили, а наоборот – углубили и усугубили. Если бы автор «Войны и мира» пожил еще немного, то написал бы о Первой мировой: «Причины войны никому неизвестны, народы не знают, за что воюют, поэтому мир невозможен».

Причина тотальных убийств мирного населения в мировых межгосударственных и внутренних, междоусобных гражданских войнах 20 века не технологическая, а системная политическая. На смену старым монархическим войнам и недолгому предпринимательскому мирному времени благодаря внедрению в политическую практику всеобщего избирательного права пришла война совершенно нового типа — демократическая война.

Если в демократическом государстве источником власти является народ, то военной победой над таким государством может считаться только уничтожение народа, всех избирателей — или их замена другим народом, другими, более лояльными избирателями.

Пока в начале 20 века Чиновники в оправдание своей верховной власти не взяли на вооружение демократию — мировых войн не было! Не было таких масштабов уничтожения мирного населения! Да и солдат противника так массово не уничтожали!

Трагическая цепь событий очевидна: к власти в ряде европейских государств пришли Чиновники — Чиновники для отстранения Предпринимателей от власти применили всеобщее голосование — демократические всеобщие выборы или подготовка к их проведению привели к межнациональным конфликтам, геноцидам в ряде новых балканских стран и в итоге к Первой мировой войне.

В 1907 в Австро-Венгрии было введено всеобщее избирательное право – для начала только для мужчин. В 1908 году произошла аннексия Боснии и Герцеговины и обострился конфликт Австрии с Сербией. В Боснии и Герцеговине сербов проживало более 40%, в Воеводине – более 50%. В результате демократических выборов, которых требовали сербы, в том числе сербские террористические организации, Австро-Венгрия теряла эти ключевые территории. Спасти монархию от распада могла только война – во время боевых действий отменялись любые выборы, приостанавливалась работа выборных органов местной власти.

С помощью всенародного волеизъявления планировалось определить судьбу еще ряда спорных европейских территорий со смешанным населением, а значит — с неизбежными конфликтами.

Причина Первой мировой войны – это всеобщее избирательное право, демократические выборы и плебисциты, пришедшие в Европу в начале 20 века.

Цель войны — Победа. Если страной, которую хочет захватить Монарх, правит другой Монарх, то надо его изловить и поставить на колени. Или убить и заменить другим, более послушным. Если источник власти — народ, то надо поставить на колени, заставить правильно проголосовать весь народ. Или перебить ненадежных избирателей, репатриировать, заменить другим народом, более правильно голосующим на демократических выборах, референдумах, плебисцитах. В этом разница между войной монархической и демократической. Если монархи в политической борьбе уничтожали враждебных претендентов на трон, вплоть до малолетних вероятных наследников, то демократические политики должны были уничтожить миллионы враждебных избирателей. Или, как минимум, изгнать их — подальше от избирательных урн.

Само понятие «беженцы» появилось в международном праве именно после Первой мировой войны. О массовости явления говорит богатство официальной классификации жертв предвыборных «зачисток» — беженцы, вынужденные переселенцы, интернированные лица, депортированные лица, временно перемещённые лица, принудительные мигранты, лица, ищущие убежище (но ещё не получившие статуса беженца). Весь 20 век демократия победно распространялась по планете, и соответственно в мире росло число беженцев — в 2009 году оно достигло 42 млн. человек.

Изначально прекрасный на слух и красивый на бумаге принцип демократии — «власть выбирается народом» — на деле оказался старым монархическим обычаем «власть выбирает себе народ, оставляя в живых тех, кто ей лоялен». Такую «зачистку» электорального поля легче всего сделать во время войны, когда власть максимально, беспредельно сильна.

Первая мировая была первой демократической войной. Объектом физического уничтожения стали миллионы нелояльных избирателей, проживающих на спорных территориях.

Но даже после Победы самой кровавой ценой демократическая война, раз начавшись, не могла закончиться подписанием мирного договора. До 20 века – века Чиновника и демократии — Победа ставила точку в войне, наступал мир. Но Победа в виде правильного послевоенного голосования за правильное правительство не может быть точкой — через четыре года предстоит новое голосование! Правящая бюрократия нуждается в демократической легитимации постоянно — в отличие от Монарха, который получает ее один раз и навсегда, до конца своей жизни. А значит, правящая бюрократия для сохранения власти должна провоцировать и продуцировать конфликты и войны, уничтожать или изгонять нелояльных избирателей постоянно.

Демократическая политическая система отличается от монархической тем, что в самое опасное для государства время, в условиях войны общество не сплачивается вокруг лидера, а, как правило – разобщается. Самый опасный для государства вариант – когда выборы назначаются во время войны. Это произошло в России в 1917 году, когда прямо в ходе войны с Германией и Австрией были объявлены всенародные демократические выборы в Учредительное собрание. Естественно, общество разбежалось по партийным лагерям, самые разумные политические лидеры и российские предприниматели потеряли возможность между собой договориться, и в итоге победили самые радикальные и популистские левые эсеры и большевики. Но даже если допустить, что выборы были бы назначены на время «после Победы», произошло бы то же самое – в тылу воюющей страны начался бы предвыборный раскол, политическая борьба «всех против всех».

Можно представить даже такой вариант – не было в России в 1917 году вообще никаких планов новых выборов, никто не говорил ни о каком Учредительном собрании. Но война – слишком серьезное испытание для любой власти, даже если она добивается успехов на полях сражений. Количество недовольных всегда растет, если война затягивается. И демократические политики используют шанс оседлать эти массовый настроения, чтобы придти в Государственную Думу на ближайших после войны выборах. И чем больше будет недовольство властью, тем больше этот шанс! Если Родина победит, то власть усилится в глазах избирателей — что невыгодно оппозиции. А если Родина потерпит поражение в войне, то власть окажется в кармане у тех, кто критиковал правительство!

Демократически устроенное государство стабильно и безопасно для граждан только в мирных условиях и в «тучные годы», то есть в раю. Правящий благодаря демократической легитимности Чиновник хорошо работает только на бумаге и в речах, он не создан для реальной власти, которая должна уметь профессионально работать не только в комфортных, но в экстремальных и критических ситуациях. Чиновник для этого не создан, для этого есть Монарх или Предприниматель. Демократия подобна коммунизму – это недостижимый идеал, смертельно опасный для поверивших.

Всемирный Освенцим

Победа в демократической войне — это избрание на выборах в побежденной стране правительства, лояльного победителю. Эта задача намного сложнее, чем победа в монархической войне — она несет в себе принципиальную неопределенность настроений избирателей. Угадать результат будущих демократических выборов сложно даже в мирной стране в мирное время. что уж говорить о стране, по которой только что прокатилась война. Если на послевоенных выборах побеждают не те, кто победил на полях сражений, то демократическая война объективно не может считаться оконченной, а Победа — свершившейся. Не только Победа перестает быть легитимной — теряет смысл и мирный договор.

Очевидна раскорреляция между целью — Победой — и средствами достижения цели. Если для безусловной победы на послевоенных выборах необходимо изгнать или уничтожить как можно больше нелояльных избирателей — то такое по силам только самому жестокому безжалостному победителю!

Победа в демократической войне — ценой колоссальных невинных жертв — перестает быть Победой в прежнем высоком и благородном смысле этого слова. Такая Победа может быть целью только для самых озверевших, бессовестных и отвратительных представителей рода человеческого. А если таковых не оказывается в числе победителей, то демократическая война продолжается, пока не найдет своего самого жестокого и бесчеловечного победителя! Пока в нарастающих предвыборных зверствах эта бесконечная война не воспитает своего будущего сверх-жестокого, абсолютно бесчеловечного триумфатора, Сверхчеловека!

За всю историю человечества ни одна религия или идеология не приходила к своему могуществу с такими массовыми жертвоприношениями, как демократия в 20 веке от Рождества Христова. Но главным последствием этой эпидемии стало не количество жертв Первой мировой бойни, а изменение сознания выживших избирателей.

Великая демократическая война, раз начавшись, не могла закончиться в 1919 году, она продолжилась в пролетарских и фашистских революциях, гражданских войнах в России, Испании и других государствах — пока не привела к власти Сверхчеловека — Вождя нацистской Германии. А высококультурный немецкий народ – к чудовищным преступлениям.

Освенцим называют «Музеем того, что не должно случиться никогда», на самом деле это выставка достижений всеобщего избирательного права, многообещающий анонс будущего глобального Освенцима.

Причина Освенцима, как и Первой мировой войны осталась нераскрыта и не преодолена, а это значит, что с 1914 года до 2014 года ничего не изменилось. Столетняя демократическая война ни на миг не уставала искать, воспитывать и приводить к власти самых лицемерных и жестоких популистов — большевиков, националистов, религиозных фанатиков. А в перспективе самый жестокий победитель в этом бесконечном предвыборном марафоне — это тот, кто будет жесток настолько, чтобы уничтожить всех своих врагов, все человечество. Приход к власти нового Гитлера с ядерной кнопкой и уничтожение разумной жизни на Земле — неизбежный итог правления Чиновника и настоящая цель демократии как политической системы. Первая мировая война такого Сверхчеловека не нашла, в конце Второй мировой Апокалипсис чуть не случился, но Гитлер не успел получить в свои руки ядерное оружие. Карибский кризис едва не поставил точку в истории цивилизации, но опять вышло многоточие. Тем не менее есть все основания ожидать, что безответственная «работа» международной бюрократии, чиновников МАГАТЭ и прочих многочисленных подразделений ООН приведет человечество к гибели.

Весь опыт победного шествия демократии по планете говорит о том, что если в какой-либо стране существует группа самых безжалостных людоедов и до всеобщего избирательного права ими пугали детей, то после внедрения всеобщего тайного демократического голосования через несколько выборных циклов людоедская партия приходит к власти.
Когда говорят, что ислам самая мирная религия, что большинство мусульман мирные люди и радикалов среди них совсем немного – это правда, но правда уже вчерашнего дня. Сегодня именно эти немногочисленные радикалы благодаря демократическим выборам приходят к власти в самых мирных и благополучных мусульманских государствах и делают их агрессивными, террористическими.

Демократия — прекрасная общественная система. Первые десять лет. Пока не спадет волна всеобщей эйфории, взаимной любви и толерантности. Но далее в демократической системе, в равных и справедливых выборах, во всеобщем избирательном праве обнаруживается внутренняя уязвимость, которая разрушает общественное согласие, социальную стабильность, психику избирателей.

Как это происходит на практике, как действует «закон партии людоедов», механизм демократической отрицательной селекции, постепенной деградации политических элит и рядовых избирателей, процесс морального расчеловечивания граждан как развивающихся, так и развитых стран — подробно описывается во второй части Российского Манифеста «Республика»

Как Чиновники в первый раз остановили предпринимательскую экономику

После официального завершения Первой мировой войны судьба ряда спорных территорий решалась на референдумах. Монарх просто поставил бы на новую территорию своего наместника и собирал налоги. Но перед демократическими победителями встал вопрос о политической лояльности оставшихся в живых граждан. Можно представить ужас людей, переживших войну, когда их уже в мирное время начинали преследовать, репрессировать, репатриировать, изгонять из родных мест.

Самыми нелояльными избирателями считались, естественно, немцы и австрийцы — организаторы демократических референдумов и выборов репатриировали их на «историческую родину». А многие бежали сами, не дожидаясь расправ со стороны вчерашних соседей. Бежали также австрийцы из новых государств бывшей Австро-Венгрии. Германия и Австрия оказались наводнены голодными беженцами, и, как оказалось это было только началом их бед и страданий – победители нанесли новый удар!

Почему демократически избранные лидеры Англии, Франции, Италии и США, политики и чиновники на время послевоенных переговоров — на полгода, на 6 месяцев! — остановили экономики Германии и Австрии? Зачем версальские переговорщики в мирное время заблокировали целые страны с многомиллионным населением?

Многие века Монархи шли к столицам, осаждали их и требовали откупа и дани. Монархи не останавливали экономики стран-соперниц даже на время войны. Пока армии красиво и театрально сражались, народы продолжали работать и торговать.
У Германии еще в начале мирных переговоров отобрали торговый флот, остановили внешнюю торговлю — якобы для того, чтобы из страны не сбежали активы. Немцы умирали от голода и просили предоставить им суда для доставки продовольствия – на каких угодно условиях! Но союзники были неумолимы – они, видимо, боялись, что под предлогом избавления от голодной смерти из страны «уйдут» какие-то финансовые активы.

Таким образом, экономическая блокада после Победы оказалась намного более тотальной, чем во время войны. Демократически избранные лидеры стран-победительниц еще более жестко придерживались монархических принципов «победитель получает все» и «долги оплатит проигравший», чем когда-то сами монархи. Однако проигравшие войну государства точно так же были в долгах, как и победители. Контрибуцию можно было взять только с немецких и австрийских предпринимателей, то есть с работающих рынков. Бизнесмены в отличие от монархов не привыкли хранить сокровища, их капиталы — в деле, в экономическом обороте. А если останавливается экономика, блокируется торговля, то и денег нет! Не только Первая мировая война была абсурдной – еще более абсурдными были послевоенные действия европейских правительств.

Лидеры стран-победительниц в 1919-м году — во исполнение обещаний своим избирателям! — хотели репараций с побежденных. Для этого окружили блокадой целые страны и народы, остановили предпринимательские экономики, обрекли на голод население Германии и Австрии. Демократически избранные правители ведущих стран Европы вели себя как монархи, но при этом переплюнули монархических правителей в бессмысленной жестокости. Аналогично затем поступили и большевики, остановив экономику России. Советские чиновники довели страну до разрухи и голода, пока не пришлось вводить НЭП, звать предпринимателей, в том числе зарубежных, для реанимации экономической жизни.

Германию и Австрию в 1919 году спасли хороший урожай в США, работящие американские фермеры. Если бы не благотворительные поставки излишков продовольствия из США, то от голода умерло бы больше людей, чем погибло в только что отгремевшей войне — до 30 миллионов, до половины населения Германии и Австрии.
Кстати, через 40 лет, в 1958 — 1962 гг. преступный рекорд в 30 миллионов жертв голода все же был поставлен — в Китае, китайской бюрократией во главе с Мао.

Как Чиновники во второй раз остановили экономику

Версия, что причиной Второй мировой стал несправедливый Версальский договор, к 1945-му году стала общепризнанной. Поэтому правительства Англии, Франции и США постарались подготовиться к окончанию Второй мировой войны лучше, чем к окончанию Первой. Никому не хотелось делать те же ошибки, которые привели бы затем к новой, Третьей мировой войне. Были созданы ООН, МВФ и Всемирный банк, то есть была создана международная бюрократия — как всем казалось, более независимая, мудрая и ответственная. В итоге экономики Германии и Австрии были остановлены уже не на шесть месяцев, как в 1919 году, а на три года!

Три года Германия оставалась в руинах, работал только черный рынок. Чиновники МВФ и ВБ не спешили брать на себя ответственность, отстранялись от судьбоносных управленческих решений. Что понятно: принимать судьбоносные долгосрочные решения — это не дело наемных администраторов! Их профессия — решать, сколько бумаги и скрепок закупить для канцелярии. Три года немцев спасали от голода оккупационные войска и американские фермеры, пока план Маршалла не дал старт «немецкому экономическому чуду», то есть Предпринимателям наконец-то было позволено спасать людей от голода, возрождать экономику.

Сегодня в любой демократической стране демократически избранный квази-монарх и его чиновники останавливают предпринимательские экономики. Делают это медленно, но неуклонно. Действуют они, естественно, в интересах большинства избирателей, а не предпринимателей, которые не являются голосующим большинством. Но самые страшные и бесчеловечные преступления совершаются сегодня международной бюрократией в развивающихся государствах, в странах «третьего мира».

Великая демократическая война до сих пор продолжается в развивающихся странах, вставших после освобождения от колониализма или социализма на путь демократии. Под флагом демократизации чиновники не просто останавливают экономики, обрекают миллионы людей на голод. Во имя идеалов демократии они толкают страны «третьего мира» в гражданские войны, этнические и конфессиональные чистки, в терроризм.

Телега национализма и фундаментализма

Причиной Первой и Второй мировых войн, миллионных жертв в локальных войнах 20 века обычно называют рост национализма, религиозной нетерпимости, фундаментализма, терроризма. То есть ставят телегу впереди лошади.

С чего бы вдруг произошел этот рост недоверия и агрессивности в обществе? Чтобы сосед пошел вырезать семью соседа, с которым он вчера дружил, поднимал тосты на свадьбе и крестил его детей, требуется причина более веская, чем интеллектуальные фантазии о преимуществе одной нации или религии над другой.

Предприниматели самых разных национальностей, конфессий и политических предпочтений веками ладили между собой, отлично договаривались. При самых жестоких монархах, в самые мрачные и темные времена инквизиции в портовых городах существовали морские часовни и храмы, в которых купцы и моряки самых разнообразных конфессий и национальностей могли помолиться каждый своему Богу — каждый в своем уголке, не мешая друг другу и не раздражая. Без всяких разговоров о терпимости и толерантности. А тут вдруг в цивилизованном 20 веке при власти высокообразованных Чиновников откуда такой скачок взаимной ненависти, почему-то все друг с другом переругались и передрались!

Причина очевидна, она навязана человечеству в 20 веке новым экономическим и политическим игроком — Чиновником — в виде всеобщего избирательного права. Возникла необходимость удалять из демократической «власти народа» часть народа, нелояльных избирателей по национальным, религиозным признакам — из этой необходимости и вырос национализм, возродился религиозный фанатизм.

Как Чиновники останавливают экономику сегодня

В 2001 году американские конгрессмены проанализировали, как международные гуманитарные организации (главным спонсором которых являются США) выполняют свою главную задачу — борьбу с бедностью. Оказалось, что большинство развивающихся государств, которым была оказана помощь, стали еще беднее. А быстрее всего развивались экономики тех стран, которые ни от кого никогда не получали никакой помощи. И это не случайность, а прямая закономерность! Помощь со стороны Чиновника означает для любой экономики кризис, разруху и голод!

В 1996 году в мире голодало 824 миллиона человек. Чиновники Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН пообещали к 2015 году в два раза снизить количество голодающих. В итоге напряженной и самоотверженной работы всемирной бюрократии к 2010 году голодающих в мире стало 925 миллионов человек, а сегодня их количество приближается к 1,2 миллиардам, то есть голодает каждый седьмой житель Земли.
Каждый день на планете умирают от голода 22 тысячи человек. Умирают не от неизлечимых болезней, а от банального голода — это при том, что продовольствия на планете с избытком хватает на все семь миллиардов ее жителей. То есть каждый день на нашей планете 22 тысячи мужчин, женщин и детей умирают от по вине Чиновников, принятых на работу неизвестно кем благодаря их профессиональному умению убивать людей голодом.
Работа Чиновника, этого принципиально профнепригодного управленца, с каждым годом все более разрушительна и опасна для миллионов людей. Такую работу такого управленца уже вполне можно приравнивать к стихийному бедствию.

Как чиновники это делают — как, произнося самые гуманные речи, останавливают и разрушают гуманитарной помощью экономики беднейших стран? Сначала Чиновники под флагом социальной справедливости собирают высокие налоги с бизнеса в своих странах, тормозят отечественные экономики. Затем под знаменем гуманизма направляют помощь, например, в беднейшие страны Африки.
Что происходит в какой-нибудь африканской стране, если там случился неурожай? В предпринимательской экономике выросла бы цена на зерно и купцы привезли бы его из стран, где этого зерна уродилось больше, чем нужно. В крайнем случае привезли бы зерно в кредит, то есть между собой договорились бы не только купцы, но и банкиры. Цены бы выросли — но чем более свободная в стране предпринимательская экономика и выше конкуренция, тем меньше бы выросли цены. При этом людей бы спасли — это факт, для этого профессия Предпринимателя и была создана эволюцией.

В чиновничьей экономике происходит нечто совершенно иное, с нарастающим катастрофическим итогом. На деньги, собранные через налоги с предпринимателей развитых стран, закупается зерно, которое раздается голодающим бесплатно. При этом нельзя забывать, что местные фермеры какой-то урожай все же вырастили, вот только в ситуации, когда продовольствие раздается бесплатно, продать плоды своего нелегкого труда они уже не могут. И поэтому африканские предприниматели должны обанкротиться! Чтобы этого не случилось, добрые европейские чиновники покупают у африканских фермеров зерно по фиксированной цене. А это уже плановая экономика, новая глобальная колхозная система, новый всемирный Советский Союз с глобальным всемирным Госпланом! Международные чиновники отключили предпринимательскую экономику в «третьих странах» и включили монархическую — с международным Центральным складом халявы в ООН.

Жизненно важна также темпология преодоления катастрофы. Во временных координатах предприниматели и чиновники действуют по-разному. В стране, где ожидаются плохой урожай и соответственно — рост спроса на зерно, купцы постараются заранее набить свои склады. В итоге голода не будет и даже цены не сильно вырастут. А еврочиновники пришлют продовольственную помощь только после того, как фото первых жертв и опухших от голода детей появятся в газетах и на экранах телевизоров, выжмут сентиментальную слезу из европейского избирателя.

Понятно, почему масштабы голода в мире растут. Фермерам стран «третьего мира» нет смысла пахать землю — как не было стимула работать у советских колхозников. Купцам нет смысла покупать зерно — продать его они не смогут. Никто у них ничего не купит, все будут ждать халявы от добрых международных чиновников. Никто не работает — ни фермеры, ни торговцы, предпринимательская экономика останавливается. И уже урожайные годы не такие желанные, как раньше, а высокий урожай становится природным бедствием — тем, кто жил в Советском Союзе, знакомы эти парадоксы плановой системы.

Мировая империя зла и демократична

Международные организации, созданные после второй мировой войны, сделали все, чтобы экономическое развитие бывших колоний, стран Азии, Африки и Южной Америки пошло не по предпринимательскому, а по монархическому пути. Многочисленные благотворительные организации ООН, МВФ и Всемирный банк стали интегрированным Центральным складом планеты, откуда во вновь образованные государства третьего мира шла продовольственная, финансовая и технологическая помощь. Решающее право голоса в международных организациях по праву сильного имеют США — поэтому нет никакой натяжки, когда американскую внешнюю политику называют имперской. Так оно и есть — если в своей внутренней политике Америка до сих пор еще остается предпринимательской республикой, то во внешней политике это Империя. С Евросоюзом все еще печальней — евробюрократы и внутри Европы выстраивают к финансовой кормушке ЕЦБ очередь из новых стран-участниц Евросоюза, останавливают их экономики совершенно по-чиновничьи, по евро-колхозному.

Международная бюрократия не только останавливает экономики развивающихся стран, навязывает людям разруху, заставляет мужчин бросать семьи, эмигрировать в поисках работы. Чтобы легитимировать власть чиновников, вчерашним колониям навязывается демократия, а значит — демократические войны. Всеобщее равное голосование — это самое опасное и смертельное из человеческих изобретений, оно привело к межнациональным, межконфессиональным и просто межклановым конфликтам, чисткам и геноцидам во всех странах мира, вчера еще вполне мирных и стабильных. Центр мировой нестабильности переместился в «третий мир» по простой причине — создание ядерного оружия на какое-то время сделало невозможным Третью мировую войну между ведущими странами. Поэтому демократия после Второй мировой пошла собирать кровавую жатву в развивающихся странах.

В новых государствах Африки, Азии, Ближнего Востока, Югославии кандидаты в президенты, чтобы победить на выборах, должны изгнать из страны или уничтожить избирателей своего оппонента — всех, кто по соцопросам собирался неправильно проголосовать. Сначала таких избирателей просто изгоняли перед выборами, но потом добрые европейские инструкторы по народовластию решили, что результаты выборов будут честнее, если распространить голосование на лагеря беженцев. И тогда соперников на выборах осталось только уничтожать. Все — мужчины и женщины — получили от добрых учителей демократии в одном пакете право голоса и право на смерть.

Международный Чиновник, как Хозяин Центрального склада финансов и главный гарант монархического выживания, формирует очередь государств, народов, этносов и племен к ресурсам Склада. Это его плановое хозяйство, «хлебная монополия» по Ленину. Люди, племена и народы, чтобы выжить, должны не работать, а насмерть биться в очереди к бюджетам МВФ и ВБ, многочисленных организаций и агентств ООН.

Если, например, на земле одного африканского племени на деньги Всемирного Банка построен завод, то ночью возмущенные несправедливостью жители из соседнего племени сожгут завод, а соседей вырежут. Это не всплеск национализма, это игра по правилам правящей бюрократии. Это мэсседж руководству Всемирного Банка о том, какое племя на самом деле более достойно кредитных линий, кто первым стоял в очереди за гуманитарной помощью, а кто пролез без очереди и за это справедливо наказан.

Опытный чиновник в подобной ситуации всегда скажет, что для решения всех проблем надо провести новые честные демократические выборы. Это значит, что опять начнется междоусобная война на уничтожение нелояльных избирателей, чтобы избранный новый президент был избран из своего племени и восстановил справедливость в очереди к глобальному Центру Еды и Денег. Две конголезские войны, в которых погибли четыре миллиона представителей племен тутси и хуту, назовут потом громко Великой африканской войной, но фактически это была Великая резня конголезских избирателей в очереди к Центральному складу международной халявы.

Как говорил еще Аристотель: «Общественное устройство разумно, если человек в условиях голода не пойдет грабить. Ни тирания, ни демократия не являются разумным общественным устройством».

Гражданские войны в подопечных странах выгодны мировой бюрократии. Чиновники Всемирного банка и других оплотов гуманизма получили возможность говорить о неожиданном всплеске национализма и религиозного фундаментализма в 20 веке и просить по этой причине увеличения своих бюджетов. Постоянные гражданские войны, предвыборные зачистки, терроризм, переход реальной власти к полевым командирам — эти неуправляемые непредсказуемые процессы вселяют в человека, выбравшего профессию Чиновник, самые радужные надежды и мечты. С каждым голодом, с каждым геноцидом или локальной войной международная и местная бюрократия, в том числе силовая, укрепляют свои позиции, усиливают свою власть над финансовыми ресурсами, поступающими из США и Европы.
Такие «черные дыры», как Африка, где деньги и все остальные виды гуманитарной помощи пропадают, сгорают, взрываются в несчитанных количествах — это Клондайк для чиновников как международных, так и местных.

Международные чиновники имеют возможность влиять на итоги демократических выборов в новых государствах — обеспечивая победу кандидатам, лояльным мировой бюрократии, согласным играть по ее правилам. Повлиять на итоги голосования можно, предоставив перед самыми выборами финансовую помощь нужному кандидату или обещать ее после победы. А также признавая или не признавая итоги выборов!

Это ключевой момент, наглядно показывающий всю притворность демократии как общественного устройства, всю виртуальность демократических процедур. Честными и справедливыми считаются не собственно честные и справедливые выборы, а те, что признаны таковыми международными наблюдателями, международным сообществом чиновников. Фактически это монархическое назначение: правящая мировая бюрократия назначает власть на подконтрольных территориях по признаку лояльности.

Во времена глобального соперничества Америки и Советского Союза, когда конфликтующие стороны во многих государствах Азии и Африки поддерживались с одной стороны США, а с другой стороны Советским Союзом или Кубой, гражданские войны можно было списать на это противостояние. Но после распада СССР конфликты не прекратились, и стала очевидна их настоящая первопричина — демократическая предвыборная. Гражданского мира в странах «третьего мира» после окончания «холодной войны» не наступило, количество междоусобных конфликтов не убавилось. После некоторой паузы начался новый всплеск нетерпимости и противостояния, что логично: ведь на планете остался только один Центральный склад финансовой и материальной помощи развивающимся странам.

Торжество демократии во всем мире

Демократия победила и стала популярной. Демократия понравилась и правящим кланам в развитых странах с их партийными машинами, и полевым командирам с их бандами — в странах развивающихся. Первые сразу после победы на выборах начинают готовиться к новым выборам. А вторые на следующий день после выборов радостно объявляют их нечестными и объявляют перевыборы, уничтожая своих главных врагов и врагов демократии — неправильно голосующих сограждан. Типичная ситуация: «Генерал А. не признал результатов выборов и вновь избранного президента Б., сверг правительство, устроил собственные выборы, но они не были признаны полковником В. и т.д.». Соответственно родственники, друзья, сторонники генерала или полковника становятся политическими соперниками и кровными врагами на почве демократических выборов. Взаимные этнические чистки, геноцид христиан мусульманами и мусульман христианами по все нарастающей кровожадной траектории легко перевалили из 20-го века в 21-й …

Цель игры «Демократия» для граждан новых государств Африки, Азии, Ближнего Востока, Югославии — в результате всеобщих выборов поставить на самый верх власти президента от своего административно-силового клана. Если по соцопросам не получается победить на выборах, то надо сделать избирателей соперника беженцами. А еще лучше их уничтожить — потому что беженцы могут голосовать в своих лагерях. Если не получилось победить в предвыборной гражданской войне — тогда остается только отделиться, разделить страну, создать свое собственное демократическое государство со своим демократически избранным президентом и своим окошком к международной помощи. Пока очередной полевой командир не откроет в новом государстве победившей демократии парламентскую дискуссию на тему «Я настоящий демократ, а ты победил нечестно, поэтому должен умереть».

Многочисленные эксперименты 20 века с властью Чиновника и с демократией как средством легитимации власти Чиновника следует признать неудачными – хотя бы по причине массовой гибели подопытных людей.

Крупнейшие демократические гражданские войны в Африке с середины 20 века, после освобождения от колониальной зависимости:

Гражданская война в Нигерии, 1967 — 1970, до 3 000 000 погибших с обеих сторон,
Первая гражданская война в Судане, 1955 — 1972, 500 000 погибших,
Эфиопия, 1974 — 1991, 250 000 погибло,
Ангола, 1975 — 2002, потери 1 000 000 погибших, 4 000 000 стали вынужденными переселенцами,
Вторая гражданская война в Судане, 1983 — 2005, 100 000 арабов и 35 000 их противников неарабов погибло в боях, 2 000 000 умерло от голода, 4 000 000 беженцев,
Гражданская война в Уганде, 1981 — 1986, до 500 000 убитых военнослужащих и гражданских лиц,
Первая гражданская война в Либерии, 1989 — 1996, погибло более 200 000 человек,
Вторая гражданская война в Либерии, 1999 — 2003, 150 000–300 000 человек погибшими,
Алжир, 1991 — 2002, 150 000 погибших,
Сьерра-Леоне, 1991 — 2002, 75 000 погибших,
Первая конголезская война, 1996 — 1997, 20 000 убитых,
Вторая конголезская война, 1998 — 2002, 4 000 000 погибших,
Дарфурский конфликт в Судане, 2003 — 2009, по оценке ООН — около 300 000 погибших,
Центральноафриканская Республика (ЦАР), начало войны 2012 год, 200 000 вынужденных переселенцев, 20 000 беженцев, жертвы пока не подсчитаны.

Таким образом, количество жертв только в Африке — около 13 миллионов человек. Это, конечно, неполный список преступлений Чиновника на вершине государственной и международной власти. Сюда можно смело плюсовать миллион погибших и миллионы беженцев индо-пакистанского конфликта, жертвы предвыборных войн в Азии, Югославии, Центральной и Южной Америке. Мужчин, женщин и детей уже погибло в новых государствах, вставших после деколонизации на путь демократии, неизмеримо больше, чем в то время, когда эти страны были колониями. Власть Чиновника и демократические выборы — самая настоящая чума 20 века, неизлечимая эпидемия. Единственный известный рецепт — провести новые честные выборы. Об этом вам скажет любой цивилизованный европеец или американец.

В старых монархиях тоже случались гражданские войны, когда друг друга убивали соседи и даже родственники. Претенденты на престол, недолго думая, душили и травили друг друга, а их сторонники убивали конкурентов. Менялись приближенные царедворцы, сотнями и тысячами уничтожались участники очередного заговора. Но основная масса населения продолжала работать, торговать, богатеть и платить налоги. Король умер, да здравствует король!

Кстати, большевики, получив в 1917 году на выборах в Учредительное собрание 24% и вступив в правящую коалицию с левыми эсерами, начали в России демократическую гражданскую войну и почти вековой геноцид по отстранению от выборов и уничтожению политических соперников и нелояльных избирателей.

Большой Террор как предвыборная политтехнология

После того, как были уничтожены и изгнаны миллионы граждан бывшей Российской империи, большевики поделили оставшихся россиян на лояльных и нелояльных избирателей. Последним было запрещено избирать и быть избранными. Они назывались «лишенцами».

Согласно Конституциям РСФСР 1918 и 1925 годов не могли избирать и не могли быть избранными:
а) лица, прибегающие к наемному труду с целью извлечения прибыли;
б) лица, живущие на нетрудовой доход, как-то: проценты с капитала, доходы с предприятий, поступления с имущества и т. п.;
в) частные торговцы, торговые и коммерческие посредники;
г) монахи и духовные служители церквей и религиозных культов;
д) служащие и агенты бывшей полиции, особого корпуса жандармов и охранных отделений, а также члены царствовавшего в России дома;
е) душевнобольные или умалишённые, а равно лица, состоящие под опекой;
ж) осуждённые за корыстные и порочащие преступления

В разные годы были лишены избирательных прав от 1,04 млн. до 3,04 млн. человек, что составляло от 1,63 % до 4,27 % от общего количества избирателей. Цифра небольшая, но:

1) число лишенцев росло с каждым годом за счет членов семей, взрослеющих детей;
2) это цифры средние по СССР, но в отдельных республиках и областях с неблагонадежным населением институт лишенцев действительно помогал большевикам сохранять монополию на власть;
3) официальные законы в Советском Союзе всегда дополнялись ведомственными инструкциями, часто секретными. После навязывания селу колхозной системы миллионы крестьян от голода побежали в города. Чтобы закрепостить крестьян, заставить их работать не просто за еду, а за скудную еду, в стране была введена паспортная система, согласно которой 37% граждан, в основном жителям села, паспорта не полагались. Анализ чиновничьего колхозного нормотворчества и сводок НКВД показывает, что в городах жили без паспортов, то есть незаконно, миллионы беглых советских крепостных рабов. Они работали в артелях, что-то мастерили на дому, скрывали свои доходы и скрывались сами от власти. И соответственно, не голосовали. И эти миллионы самых активных и свободолюбивых крестьян тоже были «лишенцами», пусть и неофициально. Власть чувствовала в них потенциальную угрозу — угрозу до того реальную, что при НКВД были созданы специальные «тройки» по наказанию беглых беспаспортных крестьян.

Кстати, с той же целью не допустить сюрпризов на выборах в национальных республиках большевики присоединяли к ним области с русским населением, репрессировали местное население и заменяли переселенцами из центральной России – заложив «мины» будущих национальных конфликтов.

В декабре 1936 года была принята новая Конституция СССР, которая отменяла статус «лишенцев», официально голосовать теперь могли все. По неписанным правилам демократии нелояльных избирателей теперь предстояло уничтожить или посадить в концлагеря. К чему Сталин и начал готовить страну.

Еще при обсуждении проекта Конституции в Москву из всех уголков страны поступало много предложений об отмене колхозов и возрождении частной собственности. Что было естественно — после невиданных в царское время голодоморов россияне разочаровались в экономической политике большевиков. Подобные крамольные предложения не были обнародованы.
В январе 1937 года была проведена перепись населения, которая неожиданно вскрыла огромное количество верующих граждан в СССР. Отвечая на вопрос о религиозности, 55,3 миллиона человек, то есть 57% населения, назвали себя верующими! После всех гонений на религию, после тотальной атеистической пропаганды советские люди продолжали массово верить в Бога, и соответственно, не верили безбожной власти. Но главное – люди не боялись заявлять переписчикам об этой своей очевидной оппозиционности к линии партии! Партийные бюрократы вдруг увидели, что не знают народа, которым правят — это часто бывает с чиновниками! Данные переписи были скрыты, социологов, ее проводивших, репрессировали, руководителей расстреляли.

Старт Большому Террору был дан на пленуме ЦК ВКП(б) 23 февраля — 3 марта 1937 года. Фактически были приняты решения о предвыборной зачистке избирателей и кандидатов в депутаты будущего Верховного Совета СССР (выборы по новой Конституции в декабре 1937 года), Верховного Совета РСФСР и других республик (выборы в 1938 году), местных органов власти (выборы в 1939 году).

Большой Террор 1937-1939 был демократическим и предвыборным

Внутрипартийные разборки у большевиков шли всегда и постоянно, жертвы исчислялись десятками тысяч. Но именно в 1937-1939 годах — годах Больших Выборов — интенсивность репрессий выросла в 345 раз! «Зачищались» социологи, члены избирательных комиссий, религиозные служители и просто критически настроенные, неблагонадежные избиратели и потенциальные кандидаты.

Всего за годы трех предвыборных кампаний, было арестовано и отправлено в концлагеря до 8 млн. человек, то есть каждый десятый взрослый избиратель! Количество жертв составило по разным данным от 1 млн. до 3,5 млн. человек — расстреляны «тройками НКВД», умерли или расстреляны в концлагерях.
Главный эффект репрессий — страх. Расстрелы по миллиону ни в чем не повинных людей в год — очень убедительная избирательная технология. Оставшиеся в живых и на свободе избиратели были смертельно напуганы, выборы прошли как по нотам, на самом высоком уровне подлинного народовластия.

Сталин сделал то, что запланировал: провел самые демократические в мире выборы — всеобщие, альтернативные, с тайным голосованием — и таким образом сделал свою самозваную власть демократически легитимной по всем международным канонам. Сторонники Советского Союза во всем мире, все зарубежные «полезные идиоты» — по меткому ленинскому определению — получили законное право называть СССР самой демократической страной на планете.

Сегодня «лишенцами» в США и Европе являются гастарбайтеры, миллионы законных и незаконных мигрантов. Перед каждыми выборами правящая партия проводит массовую натурализацию, мигранты становятся гражданами и благодарно голосуют за правящий в данный момент клан чиновников. Этот простой предвыборный расчет обставляется разговорами о толерантности, мультикультурности, демографическом кризисе. Но в итоге обычные коренные граждане становятся «лишними» в своей стране. И потихоньку даже самые культурные европейцы начинают звереть. Хотя несчастные мигранты — явно ложный объект ненависти. Просто чиновники ловко подставляют и разводят людей по старому монархическому принципу «разделяй и властвуй».

Когда безработица среди молодежи переваливает за 40%, как в Испании, то для власти объективно самое время устроить очередную войну или очередной детский крестовый поход, как это веками делали монархи. Или отправить молодежь «на перевоспитание» в деревню, устроить голодомор, как делали в 20 веке квази-монархи.
Проблема в том, что экономика падает в кризис быстро, а озверение людей — процесс пусть и неизбежный, но медленный. Заставить сегодня европейцев убивать друг друга «за» или «против» отделения Каталонии или Шотландии непросто. Но чиновники и демократически избранные политики продолжают активно работать в этом направлении.

Международные риски Предпринимателя

В 1995 году сингапурский трейдер английского банка «Бэрингз» Ник Лисон своими рискованными действиями на бирже обанкротил старейшее и стабильнейшее финансовое учреждение Европы. Заигравшийся на деньги акционеров менеджер нанес банку убытки в 1,3 млрд. долларов и «Бэрингз» был продан за символический один фунт.

Похожая история произошла с международными чиновниками, которые безрассудной игрой на поле глобальной экономики и политики создают угрозу не только стабильности Европы, но безопасности всей планеты. Американские и европейские предприниматели доверили мировой бюрократии свою работу по спасению населения бывших колоний от голода и нищеты, по поднятию экономик и жизненного уровня в странах «третьего мира». Выделили и продолжают выделять деньги. Фактически предприниматели отдали свою профессиональную работу на аутсорсинг чиновникам, абсолютным непрофессионалам. Долгое время надеялись, что все проблемы, создаваемые в развивающихся странах чиновниками, которые опасно заигрались на чужие деньги — кризис, голод, гражданские войны – это все останется где-то очень далеко. Но сегодня бумеранг вернулся с толпами голодных и обозленных беженцев.

Можно представить вполне благополучную европейскую страну с сильным самоуправлением и уважением к предпринимателям. Предприниматели даже становятся мэрами, министрами и президентами. Мэр ездит на работу в общественном транспорте, а президент, отработав свой срок, становится опять частным лицом. Конечно, растут налоги и армия чиновников, падает деловая активность, и безработных все больше. Но в целом царит социальный мир, надежда на прогресс и будущее благополучие правят в этой стране. Вот только часть налогов от бизнеса, а также благотворительные взносы от добрых граждан достаются международным чиновникам. Они используют эти деньги в далеких странах не просто безответственным, но намного более опасным способом, чем жуликоватый трейдер Ник Лисон. Тратят миллиарды на разорение стран третьего мира, на блокаду их экономик, на обнищание и обозление миллионов людей.

Где-то уже не так далеко от пока еще предпринимательской европейской экономики, в Африке или на Ближнем Востоке в результате всеобщих демократических выборов приходят к власти все более яркие и популярные демагоги, вчерашние террористы, создаются квази-монархические или просто паразитические экономики, которым не нужно столько людей. И Европу затопили волны беженцев из разоренных международной бюрократией стран третьего мира.

Сегодня в Европе сошлись два главных «достижения» Чиновника, оказавшегося на вершине власти:

Первое — разрушение предпринимательских экономик в развитых странах, торможение предпринимательской активности, угнетение экономического разнообразия через высокие налоги и центральное регулирование, уничтожение малого бизнеса — особенно в странах-новичках Евросоюза. Глобальный долговой кризис, который остановит всю мировую экономику – конечная цель бюрократии. Правительства и еврокомиссии работают над этим, не покладая рук.

Второе «достижение» — предвыборные демократические войны, рост национализма и религиозного фундаментализма в странах Африки и Ближнего Востока, наступление на Европу беженцев и террористов.

Эти два достижения Чиновника на вершине власти взаимосвязаны, влияют друг на друга. Если в странах-донорах углубляется экономический кризис, то финансовые вливания в развивающиеся страны сокращаются. Но местные квази-монархи, чиновники и полевые командиры уже привыкли к хорошей жизни на халяву. Соперничество за остатки этой халявы обостряется, разгораются войны между государствами и внутри государств. В результате ширится поток беженцев, дешевой рабочей силы в Европу, растет безработица, углубляется кризис. Добрые европейцы перестают быть добрыми — растет изоляционизм, желание заняться внутренними делами, отложив на потом международные заботы и благотворительность. И так далее по спирали в экономическую пропасть устремляются страны, которые еще вчера считались богатыми и благополучными.

Европа беззащитна экономически и политически перед Апокалипсисом, организованном чиновниками.

Закат Европы вручную

Международная бюрократия еще к концу 20 века полностью провалила международные дела. Чиновники не умеют так договариваться и соблюдать договоры, как это умеет делать бизнес. Чиновники не умеют долгосрочно оценивать риски и принимать ответственные решения, как это умеют делать Предприниматели. Система международной безопасности оказалась разрушенной – именно потому, что политика перестала быть предсказуемой.

Высшим достижением политиков и дипломатов сегодня считается уже не решение, конфликта, а его «замораживание». Не мир, а временное перемирие, которое конфликтующие стороны используют для того, чтобы восстановить потери, нарастить военную силу, перегруппироваться для новой атаки. Показательно, что переговаривающиеся стороны, лидеры государств и международных организаций прекрасно это понимают и даже не скрывают этого понимания, оправдывая свой непрофессионализм тем, что «если хоть один день не гибнут люди – это уже хорошо, это означает, что цель достигнута!».

В результате таких «переговоров» и «договоров» военные конфликты углубляются и переносятся на соседние страны, умножая число беженцев и жертв среди мирного населения.
Каждый «замороженный» тлеющий конфликт — еще один сеанс саморазоблачения чиновников, как самозванцев и временщиков на вершине власти, способных лишь имитировать хоть какую-то деятельность. Чиновники откладывают решение самых опасных международных проблем – подсознательно надеясь, что когда-нибудь придут к власти настоящие профессионалы, сделают все, что они сделать не смогли.

По большому счету чиновники не виноваты в том, что они чиновники. Они ничего не смогут сделать, даже если захотят. Виноваты Предприниматели, которые почему-то доверили свою работу и свои деньги не тем людям.

«Цветные революции» Предпринимателя

Предприниматель сегодня — более взрослый ответственный человек, чем представители всех иных профессий. Чувство своего реального превосходства и недовольство безответственной и непредсказуемой властью делают бизнес главным действующим лицом «цветных революций».

«Арабская весна» началась в Тунисе, с самосожжения уличного торговца Мохаммеда Буазизи, униженного властью. Европейские СМИ назвали его безработным, но на самом деле он был предпринимателем с 12 лет. И никто не написал о том, что в эти же дни еще 63 торговца, у которых чиновники отобрали бизнес, публично себя подожгли — выжили 37 человек. Если представить эти 63 живых факела, то не останется сомнений в природе той энергии, что вывела людей на улицы. Эта энергия — предпринимательская. Не было никаких конспирологических внешних сил, все «цветные революции» начинались с того, что столичные предприниматели выходили на столичные площади с требованием отставки правящего квази-монарха, отстранения от власти его клана.

Единственным возбудителем перемен и разрушителем современной мировой бюрократической идиллии является Предприниматель. В отличие от Чиновника он — человек с долгосрочным горизонтом планирования, а значит, более ответственный собственник, инвестор и работодатель.

Все современные государства создавались Предпринимателями, которые нуждались в защите своего бизнеса. Создавались купцами, которые начинали вкладывать доходы от торговли в промышленные предприятия: мануфактуры, фабрики, заводы. Этот бизнес уже не настолько мобилен, его быстро не продашь, не увезешь с собой. Этот бизнес нуждается в более надежной защите – защите государства не просто сильного, но более долгосрочно сильного, более долгосрочно предсказуемого. Промышленное производство несовместимо с непредсказуемостью очередного наследника трона или очередного популиста, лидера победившей на всеобщих выборах партии.

Парламент Предпринимателей более долгосрочно предсказуем, чем Монарх или квази-монарх, в коллективном органе управления недостатки каждого нивелируются коллективным обсуждением и принятием решений. Никто никогда не называл тот или иной парламент больным, слабоумным, трусливым, а монархов с низкой или даже позорной репутацией в истории предостаточно.

В 20 веке в результате освобождения колоний появились новые государства – они создавались чиновниками — местными, из бывших метрополий, а также международными. В этих государствах с древних пор существовал местный торговый бизнес, часто теневой — за взятки чиновникам. Но когда торговый бизнес вырос до инвестиций в производство, то чиновники стали препятствием. Им выгодно было оставлять предпринимателей в «тени» и получать больше взяток. Но промышленное предприятие более уязвимо: Чиновник не будет отбирать у торговца место на рынке, но предприятие отберет с удовольствием. Бизнес уперся в эту стену и пошел на ее слом — начались «цветные» революции. Это те же буржуазные революции, что сотни лет назад победили в Англии и Франции, но в новых, крайне неблагоприятных для национальных буржуазий условиях.

Все «цветные» революции происходят в столицах, где бизнес наиболее развит и многочислен, с участием столичных предпринимателей и на их деньги. Чувства Предпринимателя, бросающие его на баррикады «цветных революций», вполне естественны, искренни и достойны уважения. Но, не будучи осознаны и оформлены идеологически или хотя бы логически, эти чувства не становятся пунктами долгосрочных планов будущего развития. Бизнес привык и хочет мыслить долгосрочно, но когда своей политической идеологии нет, тогда «по умолчанию» работает чужая — краткосрочная демократическая идеология Чиновника.

Призывы свергнуть квази-монарха Х. могут быть успешно реализованы, но далее следует та же игра в демократические выборы, которая и привела свергнутого Х. к власти. «Цветная революция» и новые выборы под присмотром международных органов — это лишь новый уровень игры «Демократия» с теми же катастрофическими последствиями.

Чиновники чувствуют себя при этом намного более увереннее якобы победивших на центральной площади столицы предпринимателей. За их спиной — международная бюрократия, которая через международных наблюдателей или признает, или не признает выборы честными и справедливыми. Или погладит по головке революционеров, или поставит в угол. В любом случае конечный выбор не за народом, а за чиновниками.

Предприниматели на этом повороте истории лидируют изначально, но победить и спасти своих сограждан не могут, потому что вместе со всеми наивно верят в эффективность и незаменимость всеобщего избирательного права, слепо верят в демократическую легитимность власти. Предприниматели давно потеряли собственные практические навыки государственного строительства и государственного управления, навыки по управлению республикой.

Предприниматели проиграли 20 век и продолжают проигрывать — и больше всех проиграли Россия и российский народ-предприниматель. Самые буржуазные и республиканские революции неизбежно превращались в демократические предвыборные гражданские войны с бесконечными и все более кровавыми выборами и референдумами, войны «всех со всеми» по национальным, конфессиональным, по любым разделяющим людей признакам и поводам.

Когда становится очевидной гуманитарная катастрофа в какой-либо из стран, вставшей на путь демократии, и кровь переливает через край телеэкрана, то появляется более сильный глобальный игрок в лице Америки, Франции, России, приносит на штыках свои новые, еще более справедливые демократические выборы. И все начинается сначала: новые чиновники во главе с новым квази-монархом и его родственниками опять тормозят только вставшую на ноги предпринимательскую экономику, опять передел собственности, опять выборы и так далее… И этот  «праздник непослушания» распространяется на все новые страны, вчера еще благополучные и безопасные для жизни и бизнеса.

Нет никаких «оранжевых» политтехнологий, кем-то якобы придуманных и планомерно применяемых. Есть никем не управляемый естественный исторический процесс. Контракт бизнеса с чиновничьей властью — изначально временный, и это время стремительно кончается. В Европе возрождаются национализм и социализм в самых враждебных к предпринимательской экономике и частной собственности формах. Демократическая Европа опять беременна новыми гитлерами и сталиными.

Все идет к тому, что Предпринимателю не удастся избежать исполнения своей прямой профессиональной обязанности, не удастся свалить свою историческую миссию спасения людей на случайных и некомпетентных самозванцев — демократически избираемых политиков и чиновников.
Спасти Европу и всю цивилизацию от кризиса, радикализма, террора и новой мировой войны и не может никто, кроме Предпринимателя. Не было других вариантов ни в 1914-м, ни тем более сегодня.

Как Предприниматель Пол Полак спасает людей от голода и нищеты

Экономика под управлением чиновника — это просто кнопка «пауза», остановившая естественный переход от устаревшей монархической экономики к предпринимательской. Чтобы системный кризис закончился, надо просто отменить паузу. И есть люди, которые уже рискнули это сделать.

Существование на планете бедных стран, нищих территорий, голода при общемировом достатке продовольствия — это профессиональный вызов Предпринимателю и его делу спасения людей в критических ситуациях. Он начинает действовать — поднимать экономику не сверху, а снизу.

Предприниматель Пол Полак (родился в Чехии, жил в Канаде и в США) профессионально делает свою работу: спасает людей, упавших в пропасть нищеты и голода и каждый день оттаскивает их дальше и дальше от этой пропасти.

Предприниматель и Чиновник по-разному понимают устройство экономики и жизни вообще. Чиновники считают, что надо демократическим всеобщим голосованием выбрать президента, губернаторов и мэров, которые будут распределять кредиты, гуманитарную и технологическую помощь сверху вниз. Пол Полак по опыту своей работы уверен, что даже в самой нищей индийской деревне он найдет двух-трех местных предпринимателей, с которыми сможет найти общий язык, начать сотрудничать и вместе вытаскивать поселок из пропасти экономического кризиса. Предприниматель идет снизу, от самых малых и бедных муниципальных образований.

Пол Полак не волонтер, и не занимается благотворительностью. И наверно, никогда не слышал странного словосочетания, придуманного чиновниками: «социальная ответственность бизнеса». Он просто находит партнеров, договаривается, создает совместный бизнес, вместе с ними зарабатывает прибыль, вкладывает свои личные средства в расширение бизнеса, ищет новых партнеров и т.д.
Предприниматель давно уже понял, почему помощь гуманитарных организаций неэффективна и просто бесполезна, почему халява не работает и как она уничтожает стремление людей улучшить свою жизнь. Он просто вместе с местными предпринимателями помогает отчаявшимся людям, поднимает уровень жизни в самых богом забытых поселках Индии.

Предприниматель активно пропагандирует свои подходы к борьбе с бедностью, противопоставляя их безуспешной благотворительности международных организаций. Выступал он в том числе и по российскому телевидению. На вопрос, встречались ли ему в его работе народы, национальности, у которых свой особый путь и негативное отношение к бизнесу, Полак ответил, что никогда не встречал людей, которым нравится смотреть, как умирают от голода их дети.

Пол Полак охотно и увлекательно рассказывает о том, как инвестирует сотни миллионов долларов в создание десятков тысяч рабочих мест в зонах экономического бедствия по всему миру. Свой бизнес-план Полак разработал и усовершенствовал на основе длительных бесед с более чем тремя тысячами самых бедных поакровых фермеров в развивающихся странах (1 акр — это 0,4 гектара или 40 соток земли). Полак проводил время в «прогулках с фермерами через один акр их фермерских хозяйств и за чашкой чая с их семьями, под соломенными крышами плетеных домов».
Он решал казалось бы нерешаемую задачу: как поставить на путь процветания бедные страны с высокой рождаемостью, как накормить дополнительные рты, не распахивая новых площадей, не истощая источников воды и не перегораживая рек плотинами. Пол Полак пришел к выводу, что источник развития — в повышении урожайности, в малых технологических решениях, в ручных насосах и капельном орошении, в экономном расходовании ограниченных ресурсов.

С собственниками сельских лавочек Полак договаривался о покупке ими в кредит генераторов и очистителей воды. Это давало деревне стабильное электропитание и чистую воду, избавляло жителей от многих болезней, происходящих от грязной воды. Конечно, то же самое до Полака делали чиновники: привозили генераторы и очистители в виде гуманитарной помощи. Но без заинтересованного в их обслуживании хозяина они работали недолго, ломались, и жители опять сидели без электричества и чистой воды в ожидании очередной подачки к очередным выборам.

Пол Полак не просто помогает людям, он помогает им заработать свой путь из нищеты, заработать прибыль вместе с ним. Более 15 миллионов человек, ставших его бизнес-партнерами, уже покончили с бедностью. Полак считает, что его радикально доступные и простые бизнес-технологии способны улучшить состояние здоровья и повысить уровень доходов 800 миллионов человек по всему миру, живущих сегодня на один доллар в день.

В мире есть много предпринимателей, которые делают то же самое — запускают экономики, остановленные чиновниками. Просто не все умеют или хотят выступать в СМИ. Даже в Северной Корее есть предприниматели — они должны быть, иначе все северокорейцы давно бы скончались от голода. Просто северокорейские бизнесмены работают «в тени», опасаясь репрессий со стороны власти.
Есть такие настоящие предприниматели, как Пол Полак, и в России. Автору Российского Манифеста дважды посчастливилось участвовать в создании деловой среды в отдаленных регионах России (второй раз — в моногороде с растущей безработицей).

«Белоленточное движение» в России

Российские митинги 2011-2012 гг. произошли из тупика, в который российские чиновники завели местную и региональную, в том числе московскую власть. Местную власть чиновники лишили независимости, подчинили назначаемым губернаторам, региональную — ограничили. Искусственно ограничили естественный рост количества депутатов в региональных Законодательных собраниях и особенно — количество депутатов Мосгордумы.

До 2005 года региональные парламенты России росли количественно, и этот рост естественным образом отражал бурный рост деловой активности и предпринимательской экономики в России. Новые успешные Предприниматели стремились принимать участие и в муниципальной власти, и в региональной парламентской деятельности — для защиты своих бизнесов, для обеспечения гарантий успешного исполнения своих профессиональных обязанностей.

Общественные настроения в большинстве регионов России, страны, изначально исторически созданной предпринимателями, самой предпринимательской страны мира после США, были вполне про-предпринимательскими. Региональные элиты вполне соответствовали этим общественным настроениям — избираемые губернаторы соглашались на увеличение депутатского корпуса.

В 1994 году Дума Челябинской области была избрана в составе 15 человек, а уже в 1996 году в состав Законодательного Собрания области был избран 41 депутат. В 2000-м — 60 депутатов. То есть с каждым новым созывом росло число депутатов. При этом руководил областью коммунист старой закалки Петр Сумин, но все поддерживающие его на выборах партии были предпринимательскими, в том числе Партия экономической свободы Борового. В Свердловской области в составе областной Думы начинали работать 28 депутатов, потом их стало 50. В Самарской Губернской Думе было сначала 25 депутатов, сейчас 50. И так в большинстве регионов с ростом предпринимательской экономики росла роль региональных предпринимательских парламентов — пока в 2005 году губернаторов не стали назначать из Москвы. Рост количества депутатов был губернаторами остановлен, а где-то их стало даже меньше — например, в Законодательном Собрании Пензенской области в 2007 году вместо 45 стало 25 депутатов. Для федеральных, московских кланов чем меньше депутатов в провинциальном регионе, тем проще с ними работать. Чем меньше местной и региональной власти в регионе, тем больше власти центральной монархически-бюрократической. Чем меньше разнообразной предпринимательской экономики, тем больше монопольной монархической.

Чтобы обуздать предпринимательскую энергию россиян, Предпринимателей по духу, по истории и по рождению, предупредить возможное недовольство, чиновники придумали в 2005 году псевдо-парламентские органы — Общественные палаты при Президенте и при губернаторах. А заодно и Общественные советы при силовых министрах. Для настоящего Хозяина страны, Предпринимателя, подобная иллюзия влияния на власть, естественно, не могла стать достойной заменой реальной парламентской власти.

Как это ни удивительно, но даже на этом общероссийском печальном фоне в столице все обстояло намного более печально и безнадежно. Именно в Москве, где так высоки потенциальные возможности для развития бизнеса, где так высока предпринимательская активность — что естественно для столицы — Предприниматели просто чудовищно отчуждены от власти.

Ситуация беспрецедентная — в 12-миллионной столице количество депутатов Мосгордумы до 2012 года было 35 человек, затем в связи с расширением территории их стало целых 45. Даже в 5-миллионном Санкт-Петербурге больше — 50 депутатов. Не говоря уже о 4-миллионном Башкортостане — 120 депутатов, Татарстане — 3,8 млн. жителей и 100 депутатов, Удмуртии — 1,5 млн. жителей и 100 парламентариев. Получалось, что московский бизнес и в целом столичный средний класс имеет несоразмерно меньше возможности влиять на свою московскую власть, чем это пока возможно для Предпринимателей в большинстве российских провинций. Но с другой стороны, если в России монархическая экономика, то Москва – столица чиновников Центрального склада финансовых ресурсов, а не город предпринимателей. И в рамках монархической экономики интересами московских предпринимателей, самых активных россиян можно и должно пренебречь.

Воспользовавшись очередными выборами в Государственную думу как поводом, москвичи попытались испытать эти рамки на прочность. На мирные митинги в 2011 году вышли индивидуальные предприниматели, малый и средний бизнес и вывели своих сотрудников. Как минимум вывели негласно, приветствуя участие членов коллективов в протестах и не считая прогулами дни, проведенные в полицейских участках. Чиновники со своей стороны на анти-митинги выводили покорных бюджетников и студентов.

Это противостояние предпринимателей и чиновников осталось мирным смотром сил. Главную роль в результате сыграли неагрессивность и аполитичность предпринимателей. Мало кто слушал речи ораторов, москвичи общались и радовались своему единству и силе — не понимая при этом настоящих целей этого единства и не видя достойного объекта применения этой силы. С опаской участники шествий и митингов смотрели на политические «танцы» радикалов справа и слева — как «национал», так и «большевиков» — и создавали собственные отряды охраны порядка и защиты от провокаторов.

А потом вчерашние участники «белоленточных» маршей поехали в Крымск спасать людей, попавших в беду. Предприниматели занялись своим профессиональным делом — инстинктивно, даже не зная об исторической связи своей профессии с гражданским долгом и волонтерским подвигом.

Кто заказывал демократию и экономические кризисы?

В 20 веке выиграли те страны, в которых было меньше демократии, но больше республики, больше местного самоуправления и соответственно — больше власти у предпринимателей. На первом месте, конечно, США, до сих самая предпринимательская и республиканская страна в мире.
США выиграли 20 век, стали экономически и политически самым сильным государством по одной причине — другие страны, вчерашние мировые лидеры, стали слабее. Они отдались новой моде всеобщего избирательного права и государственного регулирования экономикой, лозунгам «всеобщего благоденствия» в большей степени, чем США – и проиграли.

Однозначно больше всех от демократии выиграли Чиновники. Европейская бюрократия сегодня правит Европой, мировая бюрократия — всей планетой. В странах победившей демократии чиновники не просто подчинили своей воле все профессиональные и социальные группы, они плюс ко всему с каждым годом становятся все более многочисленным и дисциплинированным отрядом избирателей. Чиновники — вместе с бюджетниками, силовиками, работниками госпредприятий и теми, кто уже не может и уже не хочет жить без помощи из Центрального бюджета – уверенно обеспечивают себе победное большинство голосов на выборах.

Это большинство – агрессивно анти-предпринимательское и про-государственное до степени обожествления Государства как нового Бога.

Системная причина глобального экономического кризиса

В Великой Депрессии в США были две составляющие: системный экономический кризис и инфраструктурный кризис.

Системный экономический кризис – это конфликт двух экономических систем, монархической и предпринимательской. Он происходит, когда в стране работает предпринимательская экономика, но правящие чиновники пытаются ее регулировать методами монархической экономики.
Системный кризис – это следствие государственного регулирования экономикой, результат искусственного, неестественного вмешательства чиновников в дела частного бизнеса, прежде всего в дела банков и финансовых организаций.

Инфраструктурный кризис – напротив, естественный кризис развития. Он возникает в том случае, если инфраструктура рынка отстает от бурного развития предпринимательской экономики. Когда, например, предприятия работают круглый год, а продукцию конечному потребителю невозможно доставить в течение нескольких месяцев из-за замерзающих рек и портов или весенне-осенней распутицы на грунтовых дорогах. Экономисты, наблюдая в это время затоваренные склады на предприятиях и вокзалах, в крупных транспортных узлах, обычно говорят о «капиталистическом кризисе перепроизводства». Инфраструктурный кризис остался в прошлом со строительством сети всесезонных автострад в США, автобанов в Германии и других странах.

В период Великой депрессии в Америке доля инфраструктурного кризиса, видимо, была преобладающей — после ускоренного дорожного строительства внутренний рынок качественно гармонизировался и количественно вырос, и доля безработных к 1941 году упала к почти предкризисным 9%.

Сегодня ситуация в России удивительно напоминает Америку 1929 года: у нас тоже два кризиса — инфраструктурный и системный. Поэтому российская экономика с архаичной железнодорожной инфраструктурой образца 19 века намного более чувствительна к кризисным волнам, чем большинство стран мира с транспортной логистикой 21 века. Системный кризис сегодня продолжается и в Европе, и в США, и в Азии, добрался и до Китая, но в России наблюдается самое глубокое падение ВВП еще и по причине дефицита всесезонных автодорог, хронической недоразвитости внутреннего рынка.

Чиновники ФРС США до сих пор гордятся опытом преодоления Великой Депрессии, спасением экономики Америки – и совершенно зря. На самом деле американские предприниматели быстрее бы сами преодолели любой кризис, если бы Франклин Рузвельт и ФРС им не мешали.
Шесть стран — Канада, Австралия, Новая Зеландия, Сингапур, Мальта и Гонконг — никогда не переживали банковских кризисов. Банки сохраняли доверие клиентов и активно кредитовали, то есть доверяли клиентам даже в то время, когда в соседних странах бушевали экономические бури. В США свирепствовала Великая Депрессия, а в соседней Канаде все было стабильно. Просто канадские банкиры всегда оставались предпринимателями и дорожили своей репутацией. Они имели мужество и благоразумие никогда не превращаться в чиновников на службе у очередного правительства.

Чиновники раскачивают лодку мировой экономики

У современного глобального кризиса, начавшегося в 2008 году, та же системная причина, что у предыдущих, а именно — противоречие рыночного разнообразия предпринимательской экономики и однообразия монархически монопольного государственного регулирования. В свое время такие разные экономисты 20 века, как Кейнс, Фридман и Шумпетер, создавшие достаточно разные экономические теории и предлагающие самые разные антикризисные меры, обнаружили и описали один и тот же факт. Вполне разумное поведение одного участника рынка приводит в итоге к общему краху, если все участники рынка начинают брать с него пример, вести себя так же разумно и успешно. Что очевидно — если все пассажиры корабля устремятся на один борт, то судно перевернется.

Нетрудно при этом заметить то, на что не обратили внимания знаменитые экономисты. На самом деле описанная ими ситуация возникает всякий раз, когда государство начинает регулировать свободный рынок. Любое правительство, ФРС, ЕЦБ или Центробанк любой страны — это как раз тот влиятельный игрок, который вынуждает всех участников рынка действовать одинаково, дружной толпой бежать к одному борту и топить корабль экономики! Все самые правильные, самые эффективные, самые проверенные и надежные антикризисные меры приводят к новому кризису и новому краху именно по этой причине.

Сегодня участники рынка зависят в своих решениях от решений государства, ставшего самым сильным игроком на рынке. Абсолютно любые действия чиновников правительств и центробанков, направленные на преодоление кризиса, не могут помочь, способны только навредить — независимо от того, действуют правительства по интервенционизму Кейнса, по монетаризму Фридмана или по теории экономического развития Шумпетера!

Неважно, что делает Центробанк с учетной ставкой и уровнем резервирования, не имеет значения, что предлагается чиновниками правительства — сберегать деньги или раздавать кредиты, поддерживать потребление или производство, покупать гособлигации или вернуться к «золотому стандарту» — кризис в любом случае только обострится.

Любое централизованное регулирование вредно для экономики просто по факту своего существования. Чтобы оживить экономику, чиновники в очередной раз что-то придумывают и предлагают новое средство от кризиса — не понимая, что они сами и есть кризис от первой до последней буквы этого слова! Не важно «Что делать», чтобы выйти из кризиса, важно «Кто делает»! Или сами предприниматели на местах решают, в какую сторону и как им развиваться. Или чиновники из столицы все решают за них и навязывают решения через новые законы и постановления.
Навязывая Предпринимателям одинаковые действия на рынке, чиновники угнетают разнообразную — столь же разнообразную как жизнь, деловую активность. И чем больше государство или союз государств — тем экономика разнообразней и тем вреднее монопольное государственное регулирование и управление большой экономикой!

Многообразие экономики — это не просто «много разных товаров и услуг», высокая диверсификация. Это многосубъектность, когда на рынке много свободных предпринимателей, принимающих свободные независимые разнообразные решения — в отличие от однообразия и моносубъектности современной экономики, когда государство, правительство, Евросоюз, ЕЦБ или ФРС навязывает предпринимателям правила игры.

Кризисы случались в США и в 19 веке, но только после создания ФРС и роста влияния вашингтонских чиновников на экономику кризис стал таким продолжительным и глубоким, как Великая Депрессия. А с усилением власти ФРС и международных чиновников кризис неизбежно должен был стать глобальным. Если происходит координация антикризисных мер на международном уровне — то предпринимателям уже не одной страны, а всех стран мира предлагается некое правильное действие. Бежать по решению ФРС из развивающихся стран в доллар, или опять инвестировать в риски — означает бегать с одного борта на другой и раскачивать корабль мировой экономики.

Если бы чиновники не имели права вмешиваться в экономику, то банкиры, производители и торговцы действовали бы как предприниматели, со всем творческим разнообразием профессионального опыта оценки рисков. Местные торговцы, промышленники и банкиры принимали бы решения, руководствуясь условиями и особенностями экономической ситуации в каждом городе, регионе, а не решениями далеких от понимания местной ситуации чиновников правительства и Центрального банка. Когда все на корабле заняты своим делом, а не бегают толпой от одного борта к другому — только тогда в экономике нет кризисов, сохраняются долгосрочная стабильность, устойчивый бескризисный рост.

Если экономические кризисы происходят все чаще, значит, это кому-то нужно. Заказчик кризиса — тот, кому он выгоден. Предприниматель получают лишь рост налогов, государственных и международных рисков. Чиновник получает все — с каждым кризисом растет его власть и могущество. Чиновник — настоящий благоприобретатель, бенефициар экономических катастроф. Обладающие инсайдерской информацией госчиновники через дружественные банки и финансовые компании зарабатывают на каждом раскачивании рынка. А затем помогают скупать подешевевшие бизнесы в пользу своего административно-финансово-силового клана. То есть делают экономику еще менее свободной и разнообразной.
Очевидно, что крупные банки и компании, дружественные чиновникам правительства и Центробанка зарабатывают на раскачивании экономики раньше всех и больше всех. И не боятся падения — уверены, что государство не даст им, «капитанам экономики», утонуть. Даже если корабль перевернется, и утонут все пассажиры.

Безнадежность и обреченность ситуации в том, что с каждым кризисом самый мощный игрок Государство становится все мощнее, а независимых от государства игроков — все меньше.
У чиновников нет в повестке дня пунктов «Передача власти предпринимателям», «Сокращение налогов для бизнеса» или даже «Сокращение чиновников на всех уровнях власти». Лечебные средства от кризисов, применяемые сегодня — это снижение уровня жизни граждан через инфляцию и девальвацию национальной валюты, конфискацию части банковских вкладов.

Чиновники, с помощью дружественных банкиров и олигархов скупающие подешевевшие активы, наивно полагают, что по окончанию кризиса эти активы вырастут в цене, будут столь же ценны в их руках, как были ценны в руках своих настоящих хозяев, предпринимателей. Часто они действительно настолько наивны, что искренне верят в свою власть над законами природы и экономики. Но нельзя быть одновременно болезнью и врачом, вирусом и лекарством.

Системная причина глобального экономического кризиса — в подмене субъекта экономического развития и государственного управления, в отказе от многообразия свободной предпринимательской экономики в пользу однообразия регулируемой из единого центра бюрократической экономики.
Управляемая чиновниками современная квази-монархическая экономика неизбежно проигрывает старой монархической экономике — в долгосрочности, а предпринимательской экономике — в долгосрочности и многообразии.

Закон необходимого разнообразия

Все разговоры о повышении эффективности государственного управления экономикой не имеют никакого теоретического смысла и никакой практической ценности. Экономика, управляемая централизованной бюрократией, была приговорена к смерти еще в 1947 году, когда Уильям Эшби сформулировал первый и важнейший закон кибернетики — закон необходимого разнообразия (закон Эшби).
Не зря кибернетика была запрещена в СССР — в начале 50-х вместе с логикой и генетикой. Нельзя было не запретить науку, первым и фундаментальным законом которой четко определялась невозможность управления современной экономикой из одного центра — по принципу «Один Центральный Бюджет — один Хозяин». И чем больше по территории, чем многообразней страна, тем менее «вертикаль власти» возможна.

По закону Эшби, для успешного управления субъект управления должен быть как минимум столь же сложным и разнообразным, как объект управления. Монарх еще справлялся с управлением экономикой, так как управляемый объект был в то время не настолько сложным — тем более, что в дела общины, местного самоуправления Монархи предпочитали не вмешиваться. С появлением городов экономика сильно усложнилась — республиканское самоуправление во Флоренции устроено уже достаточно сложно. Падение монархической экономики — это естественный результат роста предпринимательской экономики в рамках старой монархической. Новая городская экономика благодаря своему многообразию стала настолько богатой и мощной, что скупила старую экономику и поставила монархов на службу республике.

Эволюционно выживаемость любой биологической популяции зависит от разнообразия действий составляющих эту популяцию особей. Благодаря разнообразию своего поведения человек победил всех своих биологических врагов — от хищников до вирусов — и расселился по всей планете. И смена власти Монарха властью Предпринимателей — это результат роста многообразия человеческой популяции, роста уровня выживаемости населения в предпринимательских экономиках. Предприниматель сменил Монарха естественным образом в ходе эволюции.
Еще одно преимущество предпринимателей над монархом – близость к народу, к общине, более глубокое знание реальной повседневной жизни. Это дает Предпринимателю в союзе с изобретателями и учеными более точный расчет рисков, более далекий горизонт предвидения, позволяет возводить все более высокие и прочные защитные барьеры между человеческой жизнью и натиском враждебной природы.

Чиновник к такой серьезной ответственной работе объективно не готов из-за краткосрочности своих планов и однообразия принимаемых по инструкциям решений.
Например, чтобы управлять советской экономикой, Госплан предельно упрощал объект управления. В каждой отрасли экономики, сфере общественной жизни, науки, искусства создавались свои отраслевые «колхозы» или так называемые «бериевские кусты», во главе коих назначались председатели, комиссары, министры, секретари. Сегодня эстафету Советского Союза подхватил Евросоюз в лице еврочиновников, еврокомиссаров, регулирующих все — от размеров птичьих клеток до формы огурцов.

Еврочиновник объективно не может регулировать многообразную деятельность малого и среднего бизнеса, поэтому сознательно уничтожает местный бизнес в странах-новобранцах Евросоюза. Чиновники способны регулировать лишь ограниченное количество объектов экономической деятельности в лице крупных компаний. Даже если эти крупные транснациональные компании имеют производство в Китае и как конкуренты, убивают европейский бизнес. Бюрократия вынуждена это делать, чтобы выжить, сохранить себя на вершине власти.

То же самое происходит в России, где доля сырьевого экспорта уже выросла до 80% ВВП. Это результат усилий чиновников по примитивизации экономики. Несколько отраслей и сотни крупных компаний, тем более госкомпаний гораздо проще контролировать, чем тысячи мелких и средних предприятий во всех перспективных для российского бизнеса отраслях.

Деградации российской экономики способствует также то упорство, с которым российские чиновники вслед за советскими не желают строить новые автомобильные дороги, незаменимые для малого бизнеса. При этом тупо уперлись в транспорт 19 века, транспорт крупных компаний – железнодорожный. И даже собираются вновь строить БАМ!

В борьбе с законом Эшби чиновники не только упрощают объект управления, но старательно усложняют субъект управления, совершенствуют и реформируют государственные органы — создают все новые министерства и госкомпании. То есть пытаются угнаться за экономикой, за новыми задачами и новыми проблемами — в то время, когда старые еще не решены. Наращивание количества министерств и чиновников в экономике — при том, что административно-финансовый центр один — это бессмысленное и вредное занятие. Оно подобно печатанью Центробанком новой денежной массы в то время, когда старые деньги лежат без дела, мертвым грузом в резервах банков.

Если до решения создать новое министерство, агентство или госкомпанию был кризис управления, то после наступает управленческий коллапс. Потому что как ни усложняй правительство и другие органы, Центр принятия решений по распределению ресурсов и денег остается в единственном числе. В такой квази-монархической реальности рост количества министерств и количества чиновников означает не усложнение управления экономикой, а усложнение межведомственных интриг вокруг правительства и Центробанка. У министров и руководителей госкомпаний появляется, во-первых, еще больше возможностей ничего не делать, кивая друг на друга, а во-вторых, растет стимул еще жестче толкаться локтями и меряться административно-силовым потенциалом у окошек Центрального бюджета.

В реальности это может выглядеть следующим образом. В городе А. работает госпредприятие ВПК, в соседнем городке Б. половина жителей – его сотрудники. Точки А. и Б. связывает электричка, которая если не юридически принадлежит РЖД, то фактически в руках менеджеров РЖД, а также разбитая российская автодорога, по которой иногда ездит разбитый муниципальный автобус. РЖД из-за кризиса повысила цены на проезд в электропоедах в два раза, а в ответ на протесты вообще их отменили. Можно пустить новые автобусы, но их надо купить плюс отремонтировать автодорогу.

Все это действие (называемое в СССР межведомственным конфликтом) происходит в Сибири, за тысячи километров от Центра принятия решений, вокруг которого спорят за финансирование решения проблемы министры и руководители.

Вопрос: как быстро договорятся между собой Минобороны, РЖД, Минтранс и Автодор, чтобы люди могли спокойно ездить на работу, и вообще городок Б. не оказался отрезан от цивилизации?
Ответ: видимо, нескоро договорятся.

Дополнительный вопрос: насколько быстрее договорятся участники конфликта после создания нового Министерства развития Сибири и Дальнего Востока?
Ответ очевиден: никогда. Вертикаль власти, получив новый толчок, новое обострение бюджетных интриг, будет слишком занята собой. Люди быстрее уедут в Москву или еще куда-нибудь поближе к Центру власти и финансов, чем дождутся, когда центральная власть придет к ним.

Другой вариант. Предприятие в городе А. принадлежит местному Предпринимателю, который работает по заказам от Минобороны. Малый бизнес в городке Б. также заинтересован, чтобы жители ездили на работу и привозили домой зарплату и налоги. Муниципалитеты А. и Б. имеют достаточно налоговых поступлений для покупки автобусов и содержания дороги в порядке. Вообще никаких вопросов. Только взаимовыгодная работа Предпринимателей и муниципалитетов.

Бескризисная экономика — это Предприниматель плюс самоуправление

Если признать современный кризис кризисом государственного управления экономикой, то для выхода недостаточно перехода власти от Чиновника к Предпринимателю. Необходимо максимальное перемещение субъекта управления экономикой с государственного уровня на уровень местного самоуправления.

Только самоуправление позволяет выполнить условие, поставленное Эшби! При самоуправлении субъект и объект управления совпадают по сложности, это субъект и объект в одном лице!

Такое совпадение не счастливая случайность и не труднодостижимый идеал – оно абсолютно естественно для человеческого сообщества. Именно так жили все народы мира до монархий, без монархий и даже во времена правления самых жестоких Монархов — потому что по-другому жить невозможно.

Так жили наши предки до и даже во время так называемого «монгольского ига» — пока московские князья не переняли эстафету централизованной власти у Золотой Орды и еще более эту самодержавную власть ужесточили. Централизация Руси в пользу Москвы, уничтожение самоуправления, национализация русской земли через опричнину в пользу московского царя — все это «собирание земель» привело Русь к голоду и Смуте.

В русской транскрипции кризис — это проруха, смута, когда монархическая власть костенеет, теряет обратную связь с управляемым объектом. На Руси смута произошла после того, как потомки Александра Невского уничтожили независимое местное самоуправление не только в Великом Новгороде, но и во всех русских городах. До этого Русь всегда жила при городском и сельском общинном самоуправлении.

Закон необходимого разнообразия будет соблюден и экономика сможет развиваться без кризисов только в том случае, когда функция управления ресурсами, финансами и налогами будет исполняться не в столице государства, а в каждом местном самоуправлении. Самым стабильным, сильным и процветающим государством будет соответственно то, в котором все, что только можно, находится во власти местного самоуправления, самоуправляемых и саморегулируемых профессиональных, гражданских, волонтерских, благотворительных, экспертных, общественных организаций — все максимально децентрализовано и независимо от Центра, а центральное правительство минимально, с минимальными функциями внешней политики и обороны. Только самоуправляемое общество остается бескризисно управляемым и эффективным при любом росте многообразия. Такой до 20 века, например, была Великобритании, и называлась поэтому «страной самоуправляемых общин».

Человек по своим профессиональным и гражданским интересам может состоять и быть активным в самых разных самоуправляемых организациях. А может и не состоять. Но каждый человек просто по месту жительства — участник муниципальной жизни, субъект выживания и развития своего местного самоуправления.

Так как в местном самоуправлении, в общине, поселке или городе главным собственником, главным инвестором и главным работодателем во все века был и остается Предприниматель, то неизбежна передача экономической и политической власти Предпринимателю. Сначала на местах, а затем — по мере наработки общественных репутаций, по мере становления новых политических лидеров и формирования новой элиты — на региональном и федеральном уровнях.

В гармонии с законом Эшби живет сегодня Гонконг, хотя предпринимательскую республику атакуют левые радикалы, активисты «революции зонтиков». Наивная молодежь много дней выходила на площади и требовала демократических выборов, но пока, к счастью, безрезультатно, республика устояла.
Россия в 17 000 раз больше Гонконга по площади — и можно сказать, что наша страна в 17 000 раз острее нуждается в сильном независимом самоуправлении и разнообразной предпринимательской экономике. И соответственно, став предпринимательской республикой, наша страна должна быть в 17 000 раз богаче Гонконга. И в 2 раза богаче, чем США — если признать, что более обширная территория предполагает большее разнообразие экономики и экономических связей. Так и случилось бы, не ввяжись мы в Первую мировую войну и не свались затем в социалистический эксперимент без частного предпринимательства и местного самоуправления.

Управляемое из единого центра государство в ходе технологического прогресса и экономического роста неизбежно распадается — на все более мелкие, но более управляемые осколки. Так распались Югославия и СССР, так же и Россия рассыпется на части — если не проведет децентрализации управления экономикой, если центром экономической активности и концентрации финансовых средств не станет каждый муниципалитет.

Монарх, Предприниматель и Чиновник как собственник

Русь была создана Предпринимателем, до монгольского ига это была страна купеческих городов-республик, которые если чем-то отличались от европейских городов-республик, то в основном низкими налогами и богатством горожан. Князья не являлись монархами, это были военные наемники на службе у купцов, «псы войны» на коротком поводке. Условия приема на службу были жесткие: князь не имел права иметь собственности, родственников и друзей в городе, должен был жить «за оградой», а свое родовое поместье иметь далеко за пределами земель республики. Этим требованиям отвечали и варяги, и князь Александр Невский. Его собственность, родовое поместье находилось под современным Ораниенбаумом, жил он со своими дружинниками за стенами Новгорода. Купцы не пускали этого «пса войны» в свой дом.

Монархическая экономика на Руси началась с Ивана Грозного. «Опричнина» — так в первоначальном значении называлась земля, принадлежащая лично царю. Опричники поэтому — не просто силовики, отбирающие землю у других собственников в пользу московского царя. Это чиновники, менеджеры, управляющие земельной собственностью монарха — управляющие «опричниной».

Главное отличие Монарха-собственника от Предпринимателя-собственника в том, что первый считает своей собственностью не только землю, территорию, но и людей, которые на ней живут. И соответственно, продает (закладывает, обменивает, дарит) землю вместе с людьми. Аляска тому пример.

Аналогичное отношение к людям как к подданным у Чиновника-собственника, у демократического квази-монарха. Когда в 1995 году на Сахалине случилось землетрясение, соседняя Япония предложила оперативную помощь, в том числе современное медицинское оборудование, «искусственную почку» для спасения извлеченных из-под обломков сахалинцев. Борис Ельцин отказался принимать помощь. Он повел себя как Монарх, фактически сказав японцам, что людишки на его земле — это его собственность и только ему решать, жить им или нет.

В СССР в 70-х годах днепропетровский клан во главе с Брежневым пришел к власти и владению собственностью Советского Союза. А через много лет, в 2014 году правящему Украиной донецкому клану бросили вызов «днепропетровские» и еще ряд административно-финансово-силовых кланов. Майдан, «революция достоинства» ничего принципиально не изменила: новый квази-монарх, вновь избранный президент Порошенко так же, как и Янукович, «отжимает» собственность у чужих кланов. Причина проста: победа на демократических выборах — это получение лицензии на передел собственности. В Европе это происходит пока еще более-менее цивилизованно, в виде, например, повышения налогов для бизнеса новым президентом-социалистом.

Частная собственность Предпринимателя — гарантия выживания общины, инструмент подъема уровня жизни над пропастью смерти. При полной защите прав собственности, прав наследования эта гарантия бессрочная.
Частная собственность Чиновника — это гарантийные обязательства государства, долги перед предпринимателями, гражданами, перед будущими поколениями. Обязательства эти краткосрочные, но редко исполняются, в основном накапливаются и передаются следующему правительству.

Отношение Предпринимателя, Монарха и Чиновника к долговым обязательствам разное. Предприниматель, чтобы сохранить свою бизнес-репутацию, долги отдает. Выбора нет — возврат долгов может привести к банкротству, но и потеря деловой репутации в случае невозврата долга также ведет к банкротству.

Монарх или квази-монарх напротив, потеряет репутацию в том случае, если вернет долг. Для его профессионального реноме почетней сжечь кредиторов, устроив новую Варфоломеевскую ночь, новый Холокост. В более цивилизованном варианте — устроить кризис, напечатать денег и вернуть свои долги из карманов своих подданных, обложив всех инфляционным налогом. С каждым новым кризисом растет роль правительств и Центробанков, и растут долги.

Последний кризис 2008 года называли сначала кризисом доверия, затем стали называть долговым кризисом. Чиновник как временный собственник, легко делает долги, потому что отдавать придется уже не ему. Отдавать будут или следующий чиновник, возможно из другого чиновничьего клана (наделав для этого новых долгов), или предприниматели через налоги, или простые граждане через инфляцию.

В отношении к собственности, к долгам проявляется временность, краткосрочность власти Чиновника. Предприниматель никогда не захочет оставлять долги своим детям. Чиновник знает, что ни он сам, ни его дети ни за что отвечать не будут, и легко делает долги за счет будущих поколений.

Монарх, Предприниматель и Чиновник как инвестор

Когда Монарх со своим наследником подходят к Мастеру и спрашивают, сколько тому необходимо времени, чтобы построить Кельнский собор или закончить работу над великим изобретением или произведением искусства, которые прославят и Монарха с его наследником, и Мастера с его учениками, то в этом случае разговор идет на одном языке долгосрочного планирования. Если Предприниматель приходит к Мастеру, то оба говорят на том же языке долгосрочного планирования, и понимают друг друга. Хотя при этом оба могут быть не уверены в будущем для себя и своих наследников — ведь неизвестно, какой новый кризис придумают завтра чиновники в борьбе со вчерашним кризисом. Если Чиновник как госинвестор приходит к Мастеру, который изобрел средство для спасения экономики страны, то главный вопрос Чиновника — как скоро изобретение заработает на ближайшую избирательную кампанию. Что будет после выборов — Чиновника не интересует. А если выборы губернатора отменены в пользу назначения президентом, то ни о каком горизонте инвестиционного планирования вообще не может быть и речи. Губернатора, которого могут завтра уволить, и чиновников из его команды вообще ничего не интересует, кроме того, что происходит сегодня.

После ухода с экономической арены Монарха и победы Чиновника над Предпринимателем происходит «схлопывание» инвестиционной деятельности во времени. Ожидание прибыли и общественной пользы становится краткосрочным, что убивает в первую очередь качество любой работы. Это видно даже по тому, как современные вещи проигрывают в сравнении со старыми вещами по потребительским качествам и сроку службы. А если у инвесторов исчезает интерес к производству качественных вещей и растет интерес к имитациям и подделкам, то исчезает потребность в качественном профессиональном образовании, и в качественном образовании вообще.

Падение качества работы профессионалов, технических специалистов, качества производства в целом прямо сказывается на безопасности человека, выражается в росте аварий, техногенных катастроф. То, что в Советском Союзе называлось авральной, а значит некачественной работой в конце месяца или года — то же самое происходит в современных демократиях в конце избирательной кампании. Инвестиции в пятилетний план или в рейтинг демократического политика — и то и другое есть краткосрочное экономическое действие, убивающее долгосрочную экономику, соотносимую с жизнью человека и его детей, наследников, талантливых учеников.

Инвестиции в мастерство, в высший профессионализм, в образование, в науку и культуру способен делать и просвещенный Монарх. Но Монарх — штучный и непостоянный источник инвестирования. Сменилась власть во дворце, началась война или обострились дворцовые интриги — и великие ученые, изобретатели, музыканты, художники, спасая жизнь, бегут искать пристанище в других монархиях. Как постоянная, инвестиционная работа возможна только в предпринимательской экономике, где много инвесторов.
На первом месте как инвестор в долгосрочное развитие стоит поэтому Предприниматель, на втором — Монарх. А государственный Чиновник — самый безответственный собственник и самый краткосрочный инвестор.

С приходом Предпринимателя на месте одного богатого Монарха появилось много богатых людей и очень много людей среднего достатка, способных купить дорогую вещь, заплатить за дорогую операцию и дорогое лекарство. Открытия, изобретения быстро приходят к потребителям в виде новых машин, устройств, товаров, услуг. Когда на рынке много богатых покупателей, то научно-технический прогресс ускоряется, дорогие новинки — стиральные машины, автомобили, самолеты, компьютеры, сотовые телефоны — производятся крупносерийно, становятся доступными для людей менее богатых. Неизлечимые болезни становятся излечимыми сначала для самых обеспеченных граждан, затем для среднего класса, а потом для всех.

Покупка новой, недавно изобретенной и поэтому дорогой вещи — это еще и высокий риск. А умение рисковать — это профессиональное качество Предпринимателя. Он рисковал всегда — спасая общину от голода или наводнения, отправляясь в далекое путешествие, открывая новые торговые пути и товары, инвестируя в новые товары и услуги. Предприниматель умеет и любит рисковать — самые быстрые автомобили и самолеты, самые большие яхты, частные космических путешествия — прежде всего создаются Предпринимателем для Предпринимателей. Да и новое лекарство от ранее неизлечимой болезни — это не просто дорогое и доступное только для состоятельных пациентов лекарство. Это еще и высокий риск для жизни больного за его же деньги.

Самое дорогое лекарство может завтра стать общедоступным и спасти миллионы, но при одном условии — если сегодня найдется достаточное количество богатых людей, способных его купить. А этого не получится, если чиновники обложат богатых людей высокими налогами, сделав всех избирателей одинаково бедными и больными.
Самый быстрый автомобиль или компьютер, даже самая большая в мире яхта Абрамовича — это не только очень дорогая и рисковая покупка, это еще и набор патентов, инноваций, испытание новых технологий, то есть источник прогресса.

Прогресса не получается, когда все равны, как при социализме, или богатых мало, как в монархии. Даже если монарх сказочно богат, или квази-монархия купается в нефтедолларах, инновации останутся игрушками при царском дворе или экспонатами на выставке достижений народного хозяйства. Даже если государство профинансирует из бюджета создание и производство отечественного автомобиля, самолета, компьютера, мобильного телефона или лекарства, все покупатели — в том числе и самые патриотически настроенные — будут стремиться пользоваться импортными товарами и услугами, созданными в предпринимательских экономиках. Таким образом чиновники чудовищно лицемерят, говоря о пользе государственного участия в экономике, сами государственные инвесторы не верят в плоды своих инвестиций!

Когда сегодня квази-монархи и их чиновники едут покупать настоящие вещи, качественное образование, лечение в США или Европу, то они не просто предпочитают качественные вещи и услуги. Вопрос намного серьезнее — чиновники не хотят рисковать деньгами, своим здоровьем, здоровьем и образованием своих детей. Они едут в богатую предпринимательскую страну покупать товары и услуги, уже проверенные, испытанные богатыми гражданами этих стран. При этом в родной стране могут быть в это же самое время произведены аналоги, не уступающие лучшим в мире — и при этом более дешевые. Но спросом у людей разумных, даже патриотов всего отечественного, они не пользуются. Никто не хочет рисковать так, как это умеет делать во имя прогресса и общего процветания Предприниматель. Чиновники со своей стороны вполне разумно не допускают (в обоих смыслах этого слова) прогресса в управляемой ими стране, стараются пользоваться вещами и услугами, которые созданы предпринимателями и проверены, испытаны предпринимателями.

Риск — это работа Предпринимателя как спасателя и как инвестора. Чиновники не любят рисковать и соответственно брать на себя ответственность за риск, потому что рисковать — не их работа. Чиновник не может быть инвестором, ответственным за результат инвестиции, не может взять на себя финансовую ответственность. Через 4-8 лет — в лучшем случае — мэр, губернатор или президент покидает свой пост, оставляя долги, провальные инвестиции и недострои преемнику. Преемник все это «разгребает» с помощью новых долгов, провальных инвестиций и недостроев. По природе своей профессии Чиновник может нести ответственность только за правильно составленный отчет по исполнению или неисполнению бюджета, за правильно написанные бумажки. Сказки о том, что скоро пройдуи честные выборы сапожника, и новый сапожник четыре года будет печь отечественные пироги, можно рассказывать избирателям, но не экономике.

Инвестиции — это инструмент управления экономикой. Чем больше в стране свободных независимых инвесторов, субъектов экономического управления, тем более разнообразно и быстро развивается экономика. Чем выше налоги, сильнее госрегулирование, чем больше в экономике госкомпаний, ГУПов и МУПов, тем ниже экономическое разнообразие и экономический рост. И дело не только в централизованных указаниях — всем сеять кукурузу или строить индустриальные зоны. Даже мэры городов, демократически избранные и официально независимые, не любят быть самостоятельными, умеют только подражать. Например, делают в своих городах то, что подсмотрели в Москве, у столичного мэра.

Соответствие или несоответствие профессии наиболее отчетливо проявляется в экстремальных ситуациях. Ситуация кризиса, природной или социальной катастрофы для настоящего профессионального «общественного спасателя» — Монарха или Предпринимателя — это всего лишь изменение условий инвестирования, другой режим использования ресурсов и резервов. Чиновники в кризисной ситуации действуют так же, как подвластный и послушный им народ. То есть паникуют, грабят Склады, Бюджеты, растаскивают резервные фонды, стараясь при этом не попасться, избежать ответственности.

Монарх, Предприниматель и Чиновник как работодатель

Монарх, заинтересованный в наивысших достижениях своих наследников во всех науках и практических навыках, необходимых для успешного управления государством, старался приглашать во дворец лучших учителей. Ворота замка или дворца всегда были открыты для лучших художников, музыкантов, для самых прославленных Мастеров своего дела во всех профессиях. Таким образом, наследник рос и воспитывался в среде высших образцов достижений человеческого духа, таланта и трудолюбия. Он с детства понимал, что Мастеру, высокому профессионалу следует платить много, что гений и труд стоят дорого.

Будущий Предприниматель, конечно, должен был стремиться к образованию и наукам, чтобы вместе с лучшими учеными научиться заглядывать в будущее. Проблема выбора профессии перед наследником крупного капитала, как правило не стояла, но думать о будущем в плане лучшего приложения своего времени и финансов, он, конечно, должен научиться. Главный профессиональный инструмент Предпринимателя – умение договариваться, касается не только партнеров, но и наемных сотрудников, консультантов, специалистов и рабочих. Сфера отношений с людьми, умение разбираться в людях, оценивать профессионализм, талант и труд, отделять Мастера от жулика – даже сегодня мало формализована, и практически каждому Предпринимателю, даже прекрасно образованному, приходится всю жизнь учиться, заниматься самообразованием.

Чиновник, имитирующий в экономике главного собственника, инвестора и работодателя, подсознательно заинтересован в том, чтобы представители всех иных профессий также имитировали свою работу, ничего не умели делать и зарабатывать без Государства, то есть без него, Чиновника. Он не любит профессионалов, достигших высот в своем деле, уважаемых поэтому в обществе – уважаемых в итоге больше, чем уважают его, представителя великого и сильного государства! Настоящий ученый, писатель, предприниматель, даже настоящий сантехник — любой настоящий профессионал, мастер своего дела, независимый от Государства — будет открыто критиковать правительство и смотреть на Чиновника сверху вниз, как взрослый человек на подростка.

Трудовые отношения –настолько сложная и многообразная часть жизни, что правильней будет при сравнении трех таких разных системных работодателей, как Монарх, Предприниматель и Чиновник, ограничиться простейшими параметрами – уровнем зарплаты и степенью эксплуатации.

Зарплата и уровень интенсивности труда рабочих и специалистов зависят от конкуренции на рынке труда. Чиновник как работодатель от имени государства, не может быть конкурентным работодателем, он может быть только монопольным работодателем — как Монарх. Но при этом у Чиновника нет таких возможностей, как у Монарха, платить высокому профессионалу достойную зарплату. И нет желания. Непрофессионал не любит профессионала, может только завидовать и ненавидеть.

Идеальный рынок труда для Чиновника-работодателя — закрытый рынок за «железным занавесом». В этом случае как монопольный работодатель, он может сказать ученому, инженеру, журналисту, любому работнику: «Ты ничего не сможешь без меня, ты разоришься и умрешь от голода без помощи государства». А потом сказать: «Если ты патриот своей страны, то будешь работать за еду, а больше тебе никто здесь не заплатит». А врачу или учителю можно еще сказать: «Да, у тебя зарплата нищенская, но разве ты бросишь больных или детей?!».

Если работодатель в Советском Союзе или Северной Корее — монополист в лице государства, то уровень зарплаты неизбежно будет снижаться, а эксплуатация расти. Нет смысла в условиях «железного занавеса» повышать зарплату даже хорошим специалистам.

Эксплуатация — это не присвоение прибавочной стоимости. Эксплуатация — это монополия на рынке труда. Эксплуатация и монополия — практически синонимы. Абсолютная монополия государства в лице Чиновника, функционера КПСС на рынке труда – это абсолютно людоедская эксплуатация рабовладельца над жизнью раба — это. Человек подвергается эксплуатации, когда ограничен в выборе места работы пропиской, монополией работодателя – например, директора градообразующего предприятия. Или когда в покупке самого необходимого ограничен монополизмом поставщиков электроэнергии, газа, жилищно-коммунальных услуг.

Один из признаков рабства — это невозможность работника уволиться, поэтому советские люди были рабами государства. Причем рабами более бесправными, чем подданные в монархиях. Монархи обычно не лезли в дела местного самоуправления и частного бизнеса — то есть кроме Монарха, в монархической экономике всегда были другие работодатели. Даже крепостные крестьяне были меньшими рабами, чем советские граждане — в те времена, когда не был запрещен Юрьев день, крестьянин имел один день в году, чтобы поменять работодателя, перейти к более доброму помещику. У советского рабочего или служащего не было даже этого выбора: от рождения до смерти у них был один бессменный эксплуататор – государство.

Говорят, что зарплата в СССР была низкой потому, что социальные гарантии были высокими — бесплатные медицина и образование, бесплатное жилье через 15-20 лет работы на одном предприятии. Но тренд в экономике важнее временного среза — в условиях полной монополии у государства-работодателя нет никаких причин повышать зарплату и социальные гарантии. Поэтому к закату Союза продукты с прилавков исчезли, бесплатные услуги стали практически платными. Советский человек спасался самопрокормом на садовых участках и картофельных посадках, самолечением у знахарей и самообразованием у репетиторов. А ближе к закату СССР, когда дела в экономике пошли совсем неважно, очередники должны были после рабочей смены отработать еще полсмены на стройке, чтобы получить «бесплатное» жилье.

В свободной предпринимательской экономике тренд противоположный — с ростом деловой активности, количества частных работодателей растут зарплаты и социальные гарантии рабочих. На свободном рынке труда каждый руководитель в постоянном поиске лучших специалистов, и с другой стороны каждый работник в постоянном поиске более высокой зарплаты и лучших условий труда. Уровень «эксплуатации» постоянно падает, если государство не мешает бизнесу свободно развиваться и конкурировать — что и происходило весь 19 век.

Высокий уровень жизни в Европе и США поэтому не следствие заботы социально ориентированного государства, а результат свободной конкуренции Предпринимателей в разнообразной предпринимательской экономике. У государства нет иных денег, кроме налогов от бизнеса. Если же государство в лице Чиновника под благовидным предлогом социальной справедливости увеличивает налогообложение, госрегулирование и госсектор, то неизбежно растут безработица, эксплуатация, падает жизненный уровень и просто способность выжить.

Республиканская легитимность Предпринимателя

В ходе истории работали разные механизмы общественной легитимации Предпринимателя и наследника его капитала:

Религиозная легитимность. Любое богатство от бога. Этот тезис работал или не работал в Новом и Ветхом заветах, в различных протестантских общинах — среди них были и вполне предпринимательские, и откровенно социалистические. В дохристианских религиях были греческий бог торговли Гермес, римский бог Меркурий, бог торговли славян Велес. Слово «богатство» в русском языке происходит от слова «бог».
В рамках этой легитимации наибольшей репутацией пользовался тот Предприниматель, который был прилежным прихожанином, активным благотворителем, много жертвовал на нужды общины. В 20 веке религиозная легитимация Предпринимателя перестала работать.

Либеральная (либертарианская) легитимность. Современное либерально-демократическое общество подчинило Предпринимателя примитивно понимаемым правилам экономической и политической целесообразности, предельно циничному большевистскому принципу «Цель оправдывает средства».

В либеральной версии (в российском понимании либерализма как веры в рынок) предназначение профессии Предпринимателя — в достижении максимальной прибыли. Поверить в это — значит допустить, что строитель гордится не построенными домами, а заработанными на этом деньгами, даже если дома, построенные из некондиционных материалов, через год развалятся. Прибыль не может лечь в фундамент репутации профессионала — заработанная сомнительным образом, прибыль может испортить профессиональную репутацию строителя и соответственно разрушить его бизнес и бросить тень на наследника заработанного капитала.
Считать целью бизнеса только прибыль и деньги могут только те, кто не умеют этим инструментом пользоваться, и поэтому не имеют денег, то есть — не Предприниматели.

Налицо существенное противоречие. Либералы — в российском понимании это те, кто выступают за свободный рынок — считают целью профессии Предпринимателя зарабатывание прибыли. И еще либералы выступают против регулирования бизнеса госчиновниками. Но ведь в союзе с Чиновником, лоббируя в правительстве выгодные для себя решения, а также используя правительственных чиновников как инсайдеров, Предприниматель сможет зарабатывать намного больше прибыли. То есть либеральная идеология легитимирует скорее члена бюрократического клана — придворного банкира, олигарха, монополиста, финансового мошенника, строителя финансовых пирамид, чем Предпринимателя.

В либеральной концепции достижение личного успеха и благосостояния служит общественному благу — ибо в будущем множество частных экономических успехов суммируются в успех и благополучие всего общества. Но это слишком простое арифметическое действие, чтобы описывать реальную, а поэтому более сложную жизнь.

Подобный предельно упрощенный подход был реализован Айн Рэнд в популярном у либералов и либертарианцев романе-утопии «Атлант расправил плечи». Для передачи своих идей писательнице пришлось сильно упростить человека и человеческое общество — в книге читатель не обнаруживает детей, а в предпринимательской коммуне бизнесменов-забастовщиков «Долине Голта» нет не только ни одного ребенка, но и вообще нет семей.

Республиканская легитимность. «Меня зовут Н.Н… Я из Генуи. Моя семья издавна пользуется хорошей репутацией». Так представлялся Купец в новой для него стране, знакомясь с незнакомыми людьми. Если находились уважаемые люди, готовые подтвердить его репутацию в далекой Генуе, если ни он, ни его семья, ни сам город-республика Генуя не прославились ничем дурным, то это и означало легитимацию данного Предпринимателя в местах, даже весьма отдаленных от его Родины. Предприниматель получал шанс вести дела с местными Предпринимателями и далее повышать свою репутацию, репутацию своей семьи и своего родного города, своей предпринимательской республики.
Репутация в предпринимательской экономике — главное богатство. Те, у кого хорошая репутация, богаты. Кто запятнал свое имя и честь своей семьи, быстро становятся бедными. А восстановить репутацию всегда намного сложнее, чем потерять.

Репутация в предпринимательской республике зарабатывается не только честным ведением торговых дел, но и участием в городской жизни — хозяйственной, общественной, политической — участием в управлении городом. Предпринимателю приходится ежедневно подтверждать и укреплять свою репутацию на арене республиканской доблести, в состязании со своими соседями в республиканских добродетелях, в полезности для общества.

Девизом республиканской легитимности могла бы послужить поговорка американских предпринимателей – «Каждый из нас – либертарианец, пока дело не касается родного городка!». То есть каждый предприниматель изначально легитимирован и мотивирован своим родным социумом соседей, друзей, знакомых, знающих его с детства – что бы он потом не принимал за идеалы, чему бы потом не следовал как некой высшей истине и цели (или просто политической моде). Что бы он потом не говорил с высоких трибун парламента штата или федерального конгресса, выступая в роли общественного деятеля, политика – всему можно верить или не верить, или допускать с определенной долей вероятности. Лишь к одному в речах бизнесмена или политика, воспитанного в республиканском самоуправлении, следует относиться безусловно серьезно, с полным доверием к словам и планам – если «дело касается родного городка»!
Эту поговорку мудрых американских бизнесменов легко расширить – «Каждый из нас — монархист (социалист, коммунист, либерал, консерватор, демократ и еще кто угодно), пока дело не касается моей семьи, моих детей и моего родного города (села, поселка)». Это естественно, потому что по-республикански и по-предпринимательски.

Хор шепелявых мальчиков

Условная модельная ситуация — показывающая на несложном примере, как решают проблемы сограждан Предприниматели и Чиновники.

В городишке Н. живет мальчик, страдающий дефектом речи. Родители переживают за будущее своего любимого чада, школьные учителя тоже беспокоятся. Одноклассники издеваются над мальчиком, у него начинает развиваться комплекс неполноценности, портится характер. Но в городишке нет врача-специалиста, который мог бы вылечить шепелявость.
Семья мальчика небогата, максимум, что удалось – свозить сына в областной центр на обследование, но в итоге оказалось, что для точного диагноза, а тем более лечения, возможно хирургического, ребенка надо везти в Москву.

Среди соседей есть состоятельные предприниматели, но обращаться к ним неловко. Просить помощи у власти, занятой серьезными делами, по столь пустяковому вопросу — тоже кажется родителям неуместным. В итоге учителя как-то ненавязчиво сводят родителей с общественными активистами, все вместе находят отзывчивых бизнесменов. Складывается некое маленькое самоуправляемое сообщество, временный союз соседей по решению маленькой краткосрочной проблемы, требующей тем не менее финансирования. Подтягиваются и соседи-предприниматели – как бы между прочим, стараясь не задеть самолюбие родителей, предлагают свою помощь. Проблема общими усилиями решается, мальчик лечится у лучших специалистов – и все немного счастливы и немного больше стали верить в добро и доверять друг другу, больше любить свой городок Н.

Это естественная история. Теперь вариант неестественный — когда жизнь в городишке Н. зависит от чиновников в районном или областном центре, которые выделяют местному самоуправлению деньги, до этого через налоги собранные с местных предпринимателей.
На стол областному чиновнику ложится сводка из отдела здравоохранения — о том, что в регионе повысилась детская шепелявость, выявлено сорок шепелявых мальчиков. Что делать? Повысить количество ставок для логопедов в областных детских больницах? Отвезти детей в Москву к лучшему специалисту, медицинскому светиле? Пригласить светило к себе, чтобы он вылечил детей и одновременно потренировал местных логопедов в точности диагноза, познакомил с последними научными достижениями и технологиями?

Если бы во власти был действующий или бывший Предприниматель, то он бы принял решение — после консультаций с медиками, с профессионалами — как привык всегда принимать решения. Но у Чиновника другая референтная группа – это его коллеги и начальники. Чиновник потеряет доверие своих коллег и начальства, поставит под большой знак вопроса свою карьеру, если примет разумное решение — потому что:
Во-первых, главным героем, когда дети будут вылечены, станут врачи, а не правящая партия, вырастет репутация медицинского сообщества, а не власти;
Во-вторых, трудно ввиду предстоящих выборов гордиться такой строчкой в отчете: «в нашей области за прошедший год успешно вылечено от дефектов речи 40 шепелявых детей». Над такой строчкой легче посмеяться, чем гордиться такой победой.

Настоящий современный креативный чиновник создаст областной детский хор шепелявых мальчиков. Чтобы шепелявые мальчики больше не чувствовали себя неполноценными, гордились своей шепелявостью. Чтобы поехали на гастроли в столицу и даже за границу, и вернулись со славой юных героев толерантности, с жизнерадостными и жизнеутверждающими патриотическими песнями — как раз к выборам!

Если вернуться в реальную жизнь, то разве Паралимпиада – не хор шепелявых мальчиков? Паралимпиада — поразительный по креативности, бессмысленности и вредности бюрократический проект! Вид победителей паралимпийских игр, которые счастливы тем, что потеряли ноги и благодаря этому стали чемпионами по катанию на инвалидных колясках, искажает мотивации потребителей и в целом медицинский рынок. Конкретный потребитель может отказаться от дорогой покупки новых ног, если у него появился шанс прославиться на весь мир без ног! То есть пойти по жизни за спортивным Чиновником, а не за Предпринимателем. Учитывая все риски, инвесторы начнут сомневаться, стоит ли выделять деньги на научные исследования по пересадке конечностей или другие перспективные медицинские технологии.

При этом сами Паралимпийские игры, может быть, и неплохая идея – при том условии, если они будут вписаны в предпринимательскую экономику, если изменится их идеология – на рекламную и благотворительную. Если участники будут не просто подражать настоящим олимпийцам, бороться за медали, а своим героическим упорством, любовью к жизни заставлять зрителей инвестировать в развитие науки, в некий исследовательский Фонд новых технологий, то есть в свое лечение. Таким образом, меняется цель проекта – не медаль за болезнь, а шанс на выздоровление. И бессмысленный бюрократический проект превращается в спасительный предпринимательский.

Современная бюрократия, государственная и международная – это разве не всемирный хор шепелявых мальчиков и девочек с самым шепелявым солистом во главе? Чтобы убедиться в этом, достаточно мысленно поставить всех этих членов «семерок», международных саммитов, лидеров демократических государств рядом с политическими гигантами даже совсем недавнего прошлого – Рейганом, Тэтчер, Рузвельтом, Черчиллем, Манделлой, Ли Куан Ю.
Степень деградация международной элиты, национальных элит за столь короткое время просто потрясает. Этих людей можно называть элитой лишь по одному признаку – отрыву от реальности, от настоящих проблем своих народов.
Для иллюстрации можно вспомнить Горбачева, который мог мудрствовать часами, но никто не мог понять, о чем он говорит. А сегодня то же самое можно сказать не только о «красноречии» Обамы.

Объяснение этому феномену простое. У лидеров прошлого была уверенность в правильности того, что они делают. Задача состояла в том, чтобы доходчиво объяснить это другим, повести народы за собой. Сегодня цель речей – скрыть бессилие и полное непонимание происходящего в мире. Углубление экономического кризиса уже во всех странах мира, наступление агрессии и радикализма, в том числе ядерного – и полное непонимание ни причин кризиса, ни причин терроризма. Лидерам государств остается только артистично имитировать активность, уверенность в себе, ясный взор и твердость голоса.

Сегодня цель деятельности национальных и международных чиновников – не решение сложных проблем, а принятие решений, понятных и приятных массовому избирателю. Эти решения могут быть неэффективными и просто пустыми, бесполезными, но должны нравиться самым простым и наивным гражданам, восприниматься избирателями как реальные достижения. Для такой безответственной политики не нужны ответственные эксперты, профессионалы с репутацией – балом правят политтехнологи.

Неспособность правящей бюрократии решать сложные проблемы, ориентация на простые популистские решения ставит современных демократических лидеров в один ряд с радикалами и террористами, которые также предпочитают простые решения сложным. Цивилизация в результате бюрократизации теряет эволюционные отличия от варварства, превращается в новейшее варварство.

Международный «хор шепелявых мальчиков и девочек» имени лауреатов Нобелевской премии мира Барака Обамы и Евросоюза — еще один признак конца могущества бюрократии, несуразности Чиновника на вершине власти.
Лидерами государств и человечества в целом стали не уважаемые в обществе честные граждане с репутацией профессиональных управленцев и организаторов, а пиар-проекты партийных машин, административно-силовых кланов. Они не спасают своих сограждан в трудных ситуациях, как Монарх или Предприниматель, а напротив – создают опасные проблемы, наносят ущерб государству в интересах своего рейтинга, предвыборных шансов своих партий.

Объективная неизбежность предпринимательской республики

Социально ориентированное государство «всеобщего благоденствия», придуманное в начале 20 века супругами Вебб, ждет такой же бесславный конец, как и советскую экономику — по объективным причинам. Современная экономика стала намного более сложной и многообразной, чем экономика начала 20 века, поэтому госрегулирование сегодня абсолютно невозможно — по закону необходимого разнообразия Эшби и просто математически. Современную экономику никто не регулирует — таких управленческих, вычислительных, информационных ресурсов у правительств и Центробанков, у всех международных организаций планеты просто нет, и никогда не будет. Многообразие экономики растет быстрее, чем вычислительные мощности компьютеров по одной простой причине: самые мощные суперкомпьютеры, их создание и обслуживание является частью этого многообразия.

Чиновникам, чтобы не остаться без работы, остается одно — тормозить развитие экономики, мешать предпринимателям выполнять свою работу. Прикидываясь при этом глухими к стонам со стороны бизнеса «Не надо нам помогать! Главное — не мешайте!». Но чиновники не могут не мешать, даже если бы искренне хотели! Потому что сразу встает вопрос: «А кто эти счастливые миллионы бездельников с огромными окладами и социальными гарантиями, которые ничего не делают и никому не мешают в многоэтажных национальных министерствах, департаментах Еврокомиссии, агентствах Евросоюза?». Огромные армии чиновников придется выгнать на улицу, если они не будут мешать другим людям работать, не будут каждый день креативить и строить планы, кому бы еще помешать. Чиновники в квази-монархии вынуждены постоянно изображать бурную деятельность, тормозить и останавливать экономики — высокими налогами, бессмысленными законами, инструкциями и распоряжениями, постановлениями о исполнении инструкций и распоряжений.

Власть Чиновника рухнет неизбежно — по экономическим и по политическим причинам. Экономическая причина — это глобальный экономический кризис, который никуда не уйдет и даже не ослабнет, пока от принятия решений по управлению экономической жизнью не будет отлучен искусственно созданный, безответственный и бесконтрольный, принципиально временный руководитель — Чиновник. Политическая причина — наступление на демократическую Европу хаоса демократических революций и демократических войн из отстающих стран. Это не просто наплыв эмигрантов или террористов, наступление «цветных революций», национализма и сепаратизма. Уже в ближайшие годы процветающая Европа может оказаться под прицелом ядерного шантажа, а весь мир — под угрозой ядерного Апокалипсиса.

Ядерный Апокалипсис все ближе. Кто спасет?

Много лет ядерное оружие воспевалось как единственное эффективное средство обеспечения мира, прекращения мировых войн. Но Первая мировая демократическая война, начавшись в 1914 году, не осознала и не преодолела своей причины — поэтому весь 20 век она только набирала обороты в странах третьего мира.

Сегодня, кроме Ирана, технологически готовы стать ядерными еще 15 государств. Их военные ядерные программы находятся в «спящем режиме» ожидания — через несколько месяцев, недель или даже дней после принятия политического решения правителями этих государств первые ядерные заряды будут готовы к использованию.

Из всех преступных шалостей Чиновника в 20 веке самой смертельно опасной для человечества является преступная деятельность чиновников Международного агентства МАГАТЭ, созданного чиновниками ООН. Если бы международные чиновники не принимали сами себя на работу и не контролировали сами себя, а находились под контролем настоящего работодателя с долгосрочным горизонтом планирования – собрания Предпринимателей — то никогда ни одному международному органу не поручалось бы выполнение двух противоречащих друг другу задач. Но когда чиновники принимают на работу чиновников и друг друга контролируют, возможно все! Сотрудники МАГАТЭ должны способствовать распространению по планете мирного атома, строительству повсюду новых АЭС, и одновременно должны препятствовать расползанию по той же планете ядерного оружия! А при существующих ныне более чем 20 способах производства атомной бомбы большинство технологий мирного атома — двойного назначения, могут использоваться и для создания бомбы.

Когда один чиновник одновременно следит за распространением и нераспространением одних и тех же технологий, то он, как и любой наемный работник, должен радостно плюнуть на всякую ответственность, и работать только на себя любимого. Чиновник МАГАТЭ, как и любой представитель этой славной профессии, заинтересован прежде всего в процветании родного ведомства, в росте штатного расписания, окладов и премий. Чем больше в мире, в том числе и в третьем мире, строится «исследовательских» реакторов и атомных центров — тем больше бюджет у инспекторов МАГАТЭ! Чем обширней в мире распространяется ядерное оружие, тем больше для борьбы с распространением требуется людей и денег! Поэтому закрывались и закрываются глаза на продажу двойных ядерных технологий — даже тем странам, которые явно начинали развивать у себя «мирный атом» только ради создания ядерного оружия. Чиновники МАГАТЭ «просмотрели» военные ядерные программы Индии, Пакистана, Израиля, ЮАР и Северной Кореи. А сегодня «пороговых» стран, которые стоят в одном шаге от обладания атомной бомбой, больше, чем уже владеющих ею.
Тот факт, что с подобной международной элитой Земля еще не сгорела, следует официально признать чудом!

Многие сегодня в «третьем мире» напуганы агрессивной некомпетентностью и непредсказуемостью международной бюрократии. Директивное насаждение демократии со стороны США и Европы воспринимается — с учетом всех последствий — как принуждение к массовым конфликтам, междоусобице, государственному самоубийству. Поэтому многие развивающиеся страны создают свое суверенное ядерное оружие в оборонительных целях. Но это то ружье, которое обязательно выстрелит — в последнем акте. У лидеров стран «третьего мира», «стран-изгоев» на этот случай может не оказаться опыта предпринимательской республики, республиканского воспитания, и соответственно внутренних тормозов от применения ядерного оружия.

Нет альтернативных вариантов национальной или мировой управленческой элиты, кроме элиты, воспитанной в предпринимательском социуме, на верховенстве профессиональной и общественной репутации. Нет других вариантов современного общественного устройства для России и других стран мира, кроме предпринимательской республики. Не было иных вариантов в 1914 — 1917 годах, когда сломался компас исторического развития, нет иных вариантов и сегодня. Все другие варианты – это в лучшем случае топтание на месте с критическим зашкаливанием экономических и политических рисков.

Воспитание Предпринимателя

В 20 веке почти общепринятой стала концепция социальной «среды», которая «заела» человека, и по этой причине несовершенства общества и окружающих людей хороший человек совершает плохие, подлые, низкие, античеловечные поступки. Человек, которого «среда заела», может быть общественным мнением и судом оправдан – даже за явное преступление. Но по большому счету все дело в воспитании, прежде всего родительском. Правильное воспитание подрастающего поколения включает в себя морально-нравственную стойкость к вызовам несовершенной общественной среды – так же, как стойкость к вызовам природной стихии. И, конечно, из всех родителей наиболее заинтересованы в успешном воспитании потомков Предприниматели – их родительские усилия обязаны быть так же кропотливы, настойчивы и системны, как усилия Монархов по воспитанию наследников.

О профессиональном воспитании будущего Монарха, наследника трона и эффективного управленца территориями и людьми, есть много историй. Это истории воспитания Александра Македонского философом Аристотелем, Нерона — Сенекой, царя-освободителя Александра Второго — поэтом Жуковским, царя-закручивателя гаек Александра Третьего — Победоносцевым и Соловьевым. Не счесть мудрых научных трактатов, содержащих системы воспитания, дельные наставления и советы будущим самодержцам. «Государь» Макиавелли — самая известная книга на этом поприще мудрецов. И макиавеллевский гимн пользе самодержавной жестокости вполне соответствует профессии Монарха.

Подобной проработанности методов воспитания будущего Предпринимателя, наследника крупного капитала не существует. Исторические хроники многих купеческих городов-республик античности и Возрождения удивительно похожи: сначала расцвет полиса, экономический и политический, потом подрастает новое поколение, и дети основателей города губят все, что было создано и построено отцами. Неизвестно, как сложилась бы судьба США, если бы не первый президент республики, крупный землевладелец, мудрый и отважный Джордж Вашингтон. А ведь американские выборщики дважды единогласно избирали его президентом (и уговаривали идти на третий срок) по одной простой причине — у Вашингтона не было сыновей.

Поэтому главный вопрос Российского Манифеста и долгосрочного существования предпринимательской экономики – это воспитание подрастающего поколения. Не просто теоретическое представление о правильном воспитании, а практическое руководство к воспитанию настоящего гражданина и патриота республики.

Методология воспитания будущего наследника капитала и собственника бизнеса определяется сутью и содержанием профессии Предпринимателя — «Обеспечение безопасности племени, общины, города, государства через торговлю и коллективную самоорганизацию». При этом, конечно, речь идет не только о воспитании молодого человека, который обязательно станет, когда вырастет, Предпринимателем. Он может стать ученым, художником, журналистом, писателем или политиком, он может несколько раз в жизни менять профессию — или подчиняясь своим мечтам, или откликаясь на изменение общественной потребности.
В более общем практическом применении Методология воспитания Предпринимателя — это методология воспитания гражданина предпринимательской республики, независимо от его будущей профессии. Но в любом случае организовать этот воспитательный процесс невозможно без Предпринимателя, без его умения договариваться, без его опыта коллективной самоорганизации.

В возмужании будущего достойного гражданина республики три составляющие – скаутское, волонтерское и собственно республиканское воспитание. Действие первых двух связано с возрастом, республиканское же воспитание воздействует на человека на протяжении всей жизни.

Воспитание будущего спасателя людей, общины, государства и человечества начинается в раннем возрасте. Методика уходит корнями в самую глубину веков, когда подростки уходили из племени в летние лагеря, обучались под руководством опытных охотников и воинов. Более современный пример — это скаутское движение и его советский аналог — пионеры.

Неважно, как это будет называться в 21 веке в России и других странах — Школа скаута, бойскаута или скаутгёрлз, Лагерь пионера, Отряд юного спасателя, волонтера, или как-то по-новому. Суть неизменна: подростки во время школьных каникул учатся действовать в чрезвычайных ситуациях. Спасать себя и других людей в лесу, в горах и на воде, во время пожаров, наводнений, эпидемий, землетрясений, техногенных аварий и катастроф, оказывать первую помощь, бороться с преступниками и многому другому. Основная задача такого летнего «отдыха» — научить детей самостоятельным и коллективным действиям в экстремальных ситуациях, приучить не бояться ответственности за себя, за каждый свой шаг, за происходящее в коллективе.

В этой школе выживания и спасения будущий Предприниматель учится личной ответственности за людей (для начала своих сверстников), которые ему поверили. Поверили не на словах, а на деле. А также учится с юных лет тем словам и делам, которые вызывают у людей доверие к нему, как лидеру.

Скаутское движение как форму воспитания следует поставить рядом и наравне с семейным и школьным воспитанием. Исключительная ценность скаутского воспитания — в том качестве социализации юного гражданина, которое невозможно ни в семье, ни в школе. Если в семье один ребенок, то он лишен возможности заботиться о младших братьях и сестрах. Даже в многодетной семье старшему говорят «Помоги, он же твой братик», то есть предполагается, что заботиться надо только о родных людях. В школьном классе все дети одного возраста, здесь еще меньше шансов научиться помогать слабым. Старшеклассники в лучшем случае не замечают младших школьников, а часто — издеваются и смеются над ними.
В скаутском отряде собраны дети всех возрастов, и забота, шефство над младшими входит в обязанности старших. Опытные скауты 13-15 лет фактически играют роль взрослых в отношении 7-летних новичков, заведомо беспомощных, более слабых физически. То есть по степени социализации и подготовки к взрослой жизни скаутское воспитание качественно превосходит семью и школу. Для будущих предпринимателей скаутский отряд – лучшая школа общественной жизни, заботливого отношения к согражданам.

Главная практическая трудность в организации скаутского движения — в ответственности за здоровье и жизнь несовершеннолетних. И пусть гораздо большее количество подростков, не охваченных скаутским движением, погибнут от наркотиков, будут искалечены в пьяных драках — за них никто не отвечает. Но если в скаутском лагере кто-нибудь обожжется от костра, сломает ногу или утонет, то родители засудят воспитателей.

Есть два способа преодолеть это препятствие, они вполне логично коррелируют с двумя возможными направлениями развития современного либерально-демократического общества — в сторону тотальной квази-монархии или в сторону предпринимательской республики:

1) в монархии или квази-монархии, в Спарте или в СССР, где за все отвечает государство, царь или правящая партия, родители просто побоятся судиться с государством — погиб ребенок в пионерском лагере или в армии от «дедовщины»;
2) в предпринимательской республике эту проблему не способен решить никто, кроме самих предпринимателей, с их умением договариваться и опытом самоорганизации. Воспитание будущих поколений — это работа не чиновников и федеральных ведомств, а Предпринимателей на местном уровне. Воспитание своих наследников доблестными гражданами и патриотами, а также помощь соседям в воспитании их детей — самое важное коллективное действие предпринимателей. Нет сомнения, что выход они найдут — используя самостоятельность местного самоуправления, общественных самоуправляемых организаций, применяя новые опции страхования здоровья детей, а также оптимальное соотношение зарплаты и ответственности воспитателей в скаутских лагерях.

Это первый этап воспитания — скаутский. Второй этап – волонтерский — начинается с достижением молодым человеком совершеннолетия, когда по закону он может самостоятельно, без учителей и воспитателей, помогать людям, спасать их.

Один из важных итогов скаутско-волонтерского воспитания состоит в том, что когда через много лет два предпринимателя, или просто два взрослых человека, независимо от профессии, национальной или религиозной принадлежности, смотрят друг другу в глаза и говорят «Слово бойскаута!» или «Слово волонтера!», то они понимают, как много за этим стоит. И это лучшая гарантия взаимного доверия в бизнесе и любой другой сфере человеческой деятельности!

Есть фильм, который дает четкое представление о человеке 21 века, настоящем Предпринимателе. «На грани» — фильм о битве американского бизнесмена с дикой природой и с не всегда совершенной природой человека.
Зрителям неважно знать, каким бизнесом занимается миллиардер Чарльз Морс (в исполнении Энтони Хопкинса) – но очевидно, что он в любом деле так же творчески смел, пытлив и любопытен, честен и благороден с окружающими, уверен в себе и одновременно критичен к себе. И благодаря всем этим качествам в любой точке планеты, в любой социальной «среде», в любой кризисной ситуации успешен!

Третий этап — собственно республиканское воспитание, арена республиканской доблести, не следует за первыми двумя, а идет параллельно с ними и далее продолжается всю жизнь. С малолетства ребенок в республиканском местном самоуправлении видит, как его отец и другие отцы зарабатывают общественную репутацию, соревнуются в таланте и трудолюбии, строят школы, больницы и мосты, помогают инвалидам и сиротам. Арена гражданской доблести — постоянно действующая на протяжении всей жизни.

Наследник крупного капитала, заслуживший высокую репутацию на арене республиканской доблести наследник крупного капитала — это признанный соседями профессионал общественного спасения, уважаемый гражданин республики, достойный стать частью новой государственной элиты.

После Века Чиновника неизбежно наступит Век Предпринимателя

Наш век – транзитный в обе стороны. Это одновременно век прогрессивного транзита — от монархической к предпринимательской экономике, от монархии к республике. Но одновременно может иметь место и обратный «особый путь» — в квази-монархию, в нео-феодализм.
Как только человеку надоест жить транзитным пассажиром на вокзале, никому не доверяя и всех окружающих подозревая, надоест каждый день ждать экономического или военного Апокалипсиса — неизбежно придет время предпринимательской республики. Это будет не интуитивная античная республика эпохи Афин, Рима или средневекового Возрождения, а разумно просчитанная, долгосрочно предсказуемая, безопасная, стабильная и победоносная предпринимательская республика.

Сегодня сущность Республики как системы, гарантирующей подлинное народовластие, еще менее описана и отрефлексирована, чем сущность профессии Предпринимателя. В Российском манифесте Республика как цельная и гармоничная социальная система описывается впервые.

До сих пор бытует упрощенное, если не сказать — примитивное понимание республики. Во-первых, считается, что республика — антипод монархии. Официально республикой называется любое государство без классической монархии — даже с несменяемым президентом, назначающим себе преемника, даже с пожизненным президентом-людоедом в Центрально-Африканской республике, или с правящей потомственной династией в КНДР.
Во-вторых, считается, что республика — противоположность демократии по механизму выбора народных представителей во власть. Когда предлагается возрождать республиканские традиции, то многие думают, что завтра на выборах место общего голосования займет жребий.

Оба представления трагически неверны. Во-первых, для выполнения республиканской функции остракизма в ряде стран Европы до сих пор успешно используется авторитет монархии. Во-вторых, Республика не предполагает выборов парламента и президента жребием. Когда государство устроено по принципу «Один бюджет — один Хозяин», то совершенно неважно, как избирается Хозяин — голосованием или жребием. У жребия совершенно иное, намного более глубокое эволюционное, воспитательное и организующее эволюционное предназначение.

То же самое можно сказать о других республиканских инструментах и механизмах, до сих пор действующих или незаслуженно в 20 веке забытых. Таких, например, как арена республиканской доблести – социальная площадка, где вознаграждаются высокие моральные качества человека. Благодаря этому постоянно работающему высоко-конкурентному республиканскому механизму самые честные и добродетельные граждане общины или города становятся не только самыми уважаемыми, но и самыми богатыми.

Подробнее о самом естественном для человека и самом справедливом обществе, о всех республиканских механизмах обеспечения безопасности, достижения свободы и счастья, а также подробная практическая инструкция по Возрождению Республики, по новому обустройству жизни в муниципалитете и государстве — во второй части — «Республика».

Приложения

Три закона Экономической темпологии показывают, куда и почему «бегут» капиталы, раскрывают условия эффективной экономики, вероятность «экономического чуда» или кризиса — в зависимости от того, кто является субъектом экономического планирования — Предприниматель или Чиновник.

Экономический кризис в России мало похож на долговой финансовый кризис в развитых странах, он имеет другую природу и более всего напоминает Великую Депрессию в США 1929 года.

Экономическая темпология города и деревни, передовых стран и стран-изгоев. Почему не все государства, члены ООН, равны. Почему странам с деревенским населением и бюрократическим сознанием элиты опасно доверять ядерное оружие.

Предприниматель Пол Полак спасает экономику, убитую чиновниками.

Великий Новгород и Московская Орда Как с использованием страшилки о внешней татаро-монгольской угрозе республиканской и предпринимательской Руси навязывалась монархическая экономика

Андрей Лебедев, независимый исследователь

© rosmanifest.info 2015

Фото NovayaGazeta.ru

6 thoughts on “Белые пятна новой реальности — Предприниматель и Республика. Часть 1 Предприниматель

  1. Еще с давних времен русский мужик славится своей страстью к отдыху. Современное производство не дает возможность по-настоящему по-русски расслабиться. Многое в 20 веке произошло из этого ментального противоречия, это все просто объясняет?!

    1. Есть такое дело — зима, праздники, пьянство для русского крестьянина. Но не для всех и не всегда. Кто-то шел в город на «отхожий промысел» и даже богател, как предприниматель Лопахин у Чехова. И соседи таким работягам завидовали, и в 1917 пришли с оружием по их душу — «Экономическая темпология города и деревни»
      А с началом НЭПа русские крестьяне за 2-3 года подняли Россию из разрухи!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Solve : *
29 − 10 =